СНЫ ВОРОНА

Кармен Картер

Перевод: M'Ress

ПРОЛОГ

Кайрон Джентай-Ханн, породнившийся в браке с Великим Домом Котжер, капитан боевого корабля Клингонской Империи "Фальчион", изнывал от скуки и злости. В таком настроении он пребывал уже целый год, с тех самых пор, как Военный Совет "почтил" его назначением на патрулирование звёздной системы Беленнии - самого никчёмного владения могучей Империи, занимащего самое бесполезное стратегическое положение в самом дальнем уголке клингонской территории.
Кайрон, прославленный и опытный воин, долгие годы верой и правдой служивший Империи, разумеется, знал, что это назначение было прямым следствием его связи с Великим Домом Котжер, чьё величие теперь заключалось лишь в имени. В последний год у него было вдоволь свободного времени, чтобы предаваться горьким сожалениям о злосчастной судьбе, соединившей его узами брака с опальным кланом. О жене он не думал вовсе и был уверен, что его равнодушие взаимно.
Как истинный клингон, Кайрон не считал нужным сдерживать растущее в нём негодование. Единственным слабым утешением оставалось право командира вымещать свои обиды на экипаже. Зато его подчинённые бесились и страдали от безделья, лишённые возможности спустить пар. Неудивительно, что первые месяцы долгого полёта на Беленнии были отмечены частыми ссорами и стычками по малейшему поводу, которые неизменно завершались рукоприкладством. Обилие смертельных исходов одновременно стало решением проблемы перенаселённости жилых отсеков, что сделало условия жизни на борту "Фальчиона" чуть более терпимыми.
К концу первого года оставшиеся члены экипажа, скрепя сердце, примирились с тягостной рутиной патрульной службы. Усталые и сердитые, они мотались туда-сюда по заданному квадранту, содержащему одну звезду типа "белый карлик", две жёлтые звезды без планетных систем, 4 020 астероидов, имеющих достаточные размеры для занесения в звёздные карты, и одну периодическую комету, которая появлялась в этой зоне каждые восемьсот сорок пять лет.
Это случилось на четыреста пятьдесят первый день патрулирования. Капитан Кайрон как раз предавался подробным рассуждениям о трусости министров, посоветовавших Императору заключить перемирие с Федерацией. Такие критические взгляды граничили с изменой, но если Кайрон и питал тайную надежду, что его отзовут на Клинжай - хотя бы для того, чтобы отдать под суд - его ожиданиям не суждено было сбыться. Экипаж давно научился пропускать мимо ушей его сентенции, несмотря на громкую и воинственную манеру, в которой они преподносились.
- Мир? Мир с этими бесхребетными червями из навозной кучи под названием Федерация? - гремел капитан с высоты своего капитанского трона. Капли пота блестели на его тёмно-бронзовой коже, раздвоенные брови свирепо щетинились, а свисающие усы намокли от брызжущей слюны. - Мир - это зловонный труп, которым они вскормят своих личинок!
Доведя до кульминации обвинительную речь в адрес собственного правительства, он развернул наступление на старых врагов:
- Пусть их вероломство не обманывает вас, - сурово предостерёг он навигатора; тот и ухом не повёл. - Они слабы, но хитры и коварны...
- Командир, - обратился к нему связист. - Я принимаю передачу.
- ...и должны быть истреблены на корню, как хилые и неполноценные младенцы, - Кайрон перевёл дыхание и только теперь обнаружил, что кто-то из экипажа заговорил. За последний четыреста пятьдесят один день никто не осмеливался прервать его вдохновенные речи; с такой наглостью капитан столкнулся впервые.
- Ещё не время выходить на связь, Катх! - зарычал он на провинившегося офицера. Кипя от возмущения, он не заметил, что речь идёт о входящей передаче.
- Нет, мой лорд, - согласился Катх с должным подобострастием. Вид у него был ошеломлённый. - Но это не сообщение с командной базы. Это передача с чужого судна.
Ответом на эти слова было гортанное ругательство, донесшееся из самого тёмного угла мостика. Сгорбленная фигура за консолью пошевелилась, возвращаясь к жизни, и застучала по кнопкам с неистовым, хотя и запоздалым, усердием.
- Сенсоры обнаружили незарегистрированный корабль-разведчик на расстоянии 457 километров, идёт курсом на перехват, встреча в точке 94, отметка 12! - сообщил нерадивый научный офицер, пытаясь быть спокойным, насколько позволял охвативший его страх.
Кайрон издал ликующий победный вопль.
- Недоумок! - Он сорвал с пояса дизраптор. - Слепой, как прогнивший мертвец!
Получив слабый разряд, научный офицер свалился без сознания. Кайрон оскалился в широкой усмешке.
- Поднять щиты! - скомандовал он. - Навести фазеры на цель!
Маленький корабль без регистрации. Лёгкая и приятная добыча для боевого крейсера. Откуда взялся нарушитель и представлял ли он собой какую-либо серьёзную опасность - об этом Кайрон не задумывался. "Фальчион" давно уже соскучился по боевым манёврам.
Поразмыслив, он всё же осведомился у связиста:
- Кто они такие?
Катх вывел на громкую связь передачу с чужого корабля.
- ...Ваш недостойный слуга смиренно умоляет о толике внимания... - зазвучал из транслятора жалобный блеющий голос.
- Собиратели! - Кайрон с отвращением сплюнул. Он презирал эту расу мусорщиков, прозябающих на окраинах Клингонской Империи. - Приготовиться открыть огонь.
- Мы предлагаем вам великое богатство и власть, - продолжал голос с корабля-разведчика.
Кайрон уже собирался отдать последнюю команду, но призадумался.
- Что за уловку задумало это отребье? - пробормотал он вслух.
- Мы нашли обломки разбитого судна, - скулил собиратель. - У нас есть важная информация.
По приказу капитана Катх открыл частоты связи.
- Где? - грозно спросил Кайрон. - Где эти обломки?
- Ах, достойнейший вождь, - почтительно откликнулся собиратель. - Мы были бы несказанно рады поделиться с вами этим знанием с глазу на глаз, на вашем корабле...
Перспектива заполучить ценный трофей пробудила в Кайроне жажду наживы. Он отвесил зверский пинок бесчувственному научному офицеру, чтобы тот побыстрее пришёл в сознание; Джэгер умел обращаться с мыслефильтром и должен был понадобиться очень скоро...
- Ладно, - буркнул капитан. - Обсудим это вместе. Приготовьтесь, мы транспортируем вас на борт.
Острозубая усмешка вернулась на его лицо. У него будет уйма возможностей поджечь эту летающую помойку, но... чуть позже.
После того, как собиратели расскажут ему всё, что он хочет узнать.

ГЛАВА 1

Джеймс Т. Кирк, капитан U.S.S. "Энтерпрайз", остановился, как вкопанный, при виде фазерной винтовки, нацеленной ему в грудь. Двое его спутников сделали то же самое. Оружие производило сильное впечатление: металлические части сверкали полировкой, цветные огоньки индикаторов переливались и мигали в гипнотическом ритме, освещая застывшее, бесстрастное лицо стрелка.
- Мы пришли с миром, - проговорил капитан.
Его голос был мягким и доброжелательным. Но в каждом его движении сквозила спокойная властность прирождённого лидера, говорившая об этом человеке больше, чем золотая туника и тройные нашивки.
Кирк улыбнулся самой обаятельной своей улыбкой и протянул руки ладонями вверх в дружелюбном жесте, но непреклонная фигура, стоящая у них на пути, судя по всему, не собиралась уступать дорогу. Брови на круглом лице стрелка мрачно сдвинулись, руки крепче стиснули оружие.
Узкий коридор был по-прежнему перекрыт.
- Отведи нас к своему командиру, - предложил один из спутников Кирка - немолодой человек, носящий синие цвета научного отдела.
- Не слишком оригинально, Боунс.
- Да, для старых вояк вроде нас. А он, может быть, в первый раз слышит.
Второй спутник капитана решил прибегнуть к иному методу воздействия.
- Нам требуется немедленный доступ в следующую зону. Дайте нам пройти.
Его тон, несомненно, был более настойчивым, чем у капитана, но точно так же не возымел эффекта. Более того - жужжание энергоблока винтовки сделалось заметно громче.
Маккой фыркнул.
- Отлично, Спок. Ваши дипломатические таланты поражают воображение. По вашей милости нас сейчас застрелят. А если случайный разряд пробьёт обшивку, то вся эта секция торговой станции будет разрушена, - Широким взмахом руки он обвёл коридор, где они стояли, и приличную часть гигантской кольцеобразной конструкции, которой принадлежал этот коридор. - Я, например, не хочу глотать на завтрак вакуум.
Научный офицер смерил доктора холодным взглядом.
- Человеческая нелогичность порой бывает очаровательна. Но в данной ситуации я нахожу её весьма обременительной, - Он двинулся вперёд.
- Стойте, мистер Спок, - Кирк удержал его. - Не стоит ссориться с местными жителями.
Он по-прежнему улыбался. Стрелок держал его на прицеле.
- К тому же я уверен, что мы легко подружимся... - продолжил Кирк, делая маленький шаг.
Стоило ему пошевелиться, как винтовка изрыгнула огонь. Ливень ярких красных лучей обрушился на офицеров.
- Умрите, клингонские свиньи! - завопил агрессор. Дав ещё один залп из своего оружия, он повернулся и бросился наутёк по коридору.
- Предполагается, что я должен упасть и скончаться на месте? - иронично спросил Спок, когда мальчуган скрылся за углом.
- Вы совершенно не умеете веселиться, - сокрушённо вздохнул Маккой. Трое продолжили свой путь от внешнего стыковочного тоннеля, опоясывающего станцию кольцом, к центральному отсеку. - Напомните мне об этом, если я позову вас играть в "сыщиков и воров".
Пока вулканец размышлял, стоит ли вступать в дискуссию о человеческих детях и их обычаях, Маккой воспользовался паузой, чтобы переключиться на Кирка:
- Пусть штаб Звёздного Флота никогда не узнает об этом позорном поражении, Джим. Оно может подпортить твой безупречный послужной список.
- Где-то выигрываем, где-то проигрываем, - философски заметил Кирк. С невольной улыбкой он вспомнил веснушчатое лицо мальчишки, очень похожего на его племянника Питера в том же возрасте.
Дойдя до места, где их коридор пересекался с третьим кольцом станции, Кирк поглядел налево и направо вдоль плавно изгибающихся стен, но мальчик уже исчез. Маленькая фигурка бесследно затерялась в толпе взрослых. Служащие станции в фиолетовой униформе - в основном люди и андорианцы - оживлённо сновали вокруг, занятые своими обязанностями. Купцы и торговцы всевозможного происхождения разгуливали неторопливо, то и дело заходя в небольшие магазины, выстроенные в ряд вдоль стены кольца. Мимо двоих людей и их друга-вулканца проковыляли несколько телларитов; их возглавлял крисаллид, передвигающийся короткими прыжками.
- Этот ребёнок, - сказал Спок, возвращая себе инициативу в разговоре, - лишь первый пример трудностей, которые неизбежно повлечёт за собой заключение перемирия с клингонами на постоянной основе.
- Вы хотите сказать, что считаете его противником мира? - спросил Маккой преувеличенно серьёзным тоном, поднимая круглую бровь таким же движением, как Спок поднимал свою длинную, изящно скошенную бровь. Кирк отметил, что попытки доктора передразнивать вулканца становятся всё более успешными.
- Фраза "Умрите, клингонские свиньи" отнюдь не свидетельствует о мирных настроениях, - ответил Спок с такой же серьёзностью. Если он и заметил мимические упражнения Маккоя, то предпочёл оставить их без внимания. - Если самые юные члены общества придерживаются подобных взглядов, то я предвижу значительные осложнения при налаживании дружеских отношений с Клингонской Империей на протяжении следующего поколения.
- Перемирие не означает, что мы должны полюбить клингонов, Спок, - возразил Маккой. - Мы всего лишь прекратим убивать их. И, что более существенно, они прекратят убивать нас.
Наученный горьким опытом, Кирк вовремя почувствовал, что обмен репликами между его офицерами вот-вот перетечёт в долгий утомительный спор, и предпринял отвлекающий манёвр.
- Всегда хотел иметь такую штуку, - небрежно обронил он, ткнув пальцем в сторону.
Проследив взглядом за указательным пальцем капитана, Спок и Маккой увидели витрину маленькой лавочки, где продавалось снаряжение для горнорабочих. В витрине был выставлен обычный набор из подержанных запчастей для защитных костюмов, солнечных батарей и старых кассет с развлекательными записями. Среди всего этого барахла глаза Маккоя наконец различили небольшой предмет, привлёкший внимание капитана.
- Нож?
Кирк кивнул.
- Тиреллианский клинок, Боунс. Пятая Династия.
- Скорее, Четвёртая, - поправил его Спок, изучая длинное тонкое лезвие с компактной рукоятью.
- Полегче, Джим, - пробормотал Маккой, хватая Кирка за руку и оттаскивая его назад. - Стоит торговцу взглянуть на твоё лицо, и он вздует цену вдвое.
Он подождал, пока энтузиазм в глазах капитана не погас, скрытый напускным равнодушием.
- Ладно, теперь попробуем, - Шагнув на порог магазина, доктор через плечо оглянулся на Спока. - А вы - чур, ни слова.
Вулканец послушно хранил молчание, пока его друзья-земляне здоровались с низеньким полным человеком, закутанным в струящееся одеяние местной Торговой Гильдии. С терпением, присущим его расе, Спок ждал, пока они обменивались ничего не значащими любезностями и заводили обычную беседу о трудностях межзвёздной торговли, равно неинтересную для обеих сторон. Но стоило им лишь заикнуться о ноже, как торговец мигом извлёк его из витрины.
- Великолепный артефакт, - заулыбался он. - Нечасто мне доводится держать в руках подобную редкость. Тиреллианские клинки ценятся...
Маккой оборвал его на полуслове:
- Сколько?
Торговец буквально всунул оружие в руки Кирку.
- Чувствуете, какой вес, какой удобный баланс? Это работа настоящего мастера. Во всём секторе не найти ничего подобного.
- Сколько? - настойчиво повторил доктор. К его огорчению, Кирк рассматривал оружие с нескрываемым восторгом. Торговец быстро оценил и покупателя, и ситуацию:
- Двести кредитов, - предложил он.
Маккой насмешливо присвистнул.
- Ого, Джим! Он, кажется, считает нас туристами.
- Джентльмены, прошу вас, - Торговец грустно покачал головой. - Двести кредитов - совсем небольшая цена за такой нож. На планете он стоил бы около трёхсот. Вам крупно повезло, что это тихая захолустная станция, где нет спроса на старинные вещи.
Спок подался вперёд, чтобы взглянуть на клинок, но Маккой уже забрал его у Кирка.
Торговец придал своему лицу хорошо отрепетированное выражение полной откровенности.
- Конечно, я всегда готов предоставить офицерам Федерации специальные скидки...
Маккой и Кирк улыбнулись в ответ, как будто клюнув на удочку.
- И какой же скидки заслуживают такие нашивки? - Кирк поднял руку над прилавком, и три золотые полоски сверкнули на обшлаге его рукава.
- Для вас, капитан, не меньше двадцати пяти кредитов.
Спок открыл рот и тут же закрыл его, поймав угрожающий взгляд Маккоя.
Доктор вертел нож так и эдак, придирчиво изучая его со всех сторон.
- Рукоятка поцарапана, - сказал он наконец.
- Это старинная вещь, - парировал торговец, отбирая нож у Маккоя. - Время оставляет следы, - Он снова протянул оружие Кирку, улыбаясь, как змей-искуситель. - Сто пятьдесят кредитов.
- И лезвие тупое, - заметил Маккой. Быстрый пинок в голень заставил Кирка мигом изобразить отсутствие интереса.
Торговец заволновался, видя, какое действие оказывают на покупателя критические замечания Маккоя.
- Лезвие притупилось от долгого употребления, капитан. Это ведь боевой клинок, а не декоративная безделушка.
Покупатель слегка оживился, но прежнего энтузиазма уже не проявлял. На лице торговца отразилось неподдельное раздражение.
- Сто двадцать пять кредитов, - твёрдо сказал он. - Это последняя цена.
В этот момент вулканец всё-таки заговорил.
- Если вы считаете такую цену приемлемой, - громко сказал он, прежде чем Маккой успел остановить его, - то эта вещь либо подделана, либо приобретена незаконным путём.
Услышав эти слова, торговец выхватил нож из рук Кирка и спрятал его за прилавок.
- Мне очень жаль, - буркнул он, - но этот товар не продаётся.
Улыбка его исчезла, как по волшебству.
- Джим, это была не подделка, - уверенно сказал Маккой, когда все трое покинули магазин и двинулись дальше по коридору.
- Нет, - вздохнул Кирк, - не подделка.
Спок не мог ни подтвердить, ни опровергнуть их суждение, поскольку Маккой не дал ему осмотреть оружие.
- Доктор, если это был подлинный тиреллианский клинок, то он, несомненно, был вывезен с Тирелли контрабандой.
- Мы офицеры Звёздного Флота, а не таможенники.
Вулканец был непреклонен:
- Это недостаточное оправдание для приобретения артефакта, вывезенного с планеты против воли коренных жителей.
- Конечно, нет, - сказал Кирк как можно более убедительным тоном.
- И всё же это была бы чертовски выгодная покупка, - огорчённо пробормотал Маккой.
Кирк насторожился, чувствуя за этими словами подготовку к очередной атаке, но, по счастью, у Маккоя и Спока не оставалось времени на новую перепалку. Длинный коридор закончился высоким арочным порталом.
За порталом простиралась огромная круглая площадь, покрытая куполом, - центральная ступица в исполинском колесе Торговой станции Вагнер. Перед глазами астронавтов предстало зрелище удивительной красоты. Пол и купол были сложены из многоугольных листов прозрачной стали, открывая взору чернильный мрак космоса, простирающийся сверху, снизу и вокруг заворожённых наблюдателей. Над куполом, светясь, как маленькая луна на тёмно-бархатном фоне, неподвижно висел U.S.S. "Энтерпрайз".
Шагая по прозрачному полу к перилам, протянутым вдоль изогнутой стены, Кирк старательно притворялся, что это зрелище нисколько его не трогает, но глубоко в груди он чувствовал всё тот же восхищённый трепет, с каким всегда смотрел на свой корабль со стороны. Он не мог отвести глаз от знакомых обводов дискообразного главного корпуса, от стройных гондол варп-двигателей. Так было с ним в первый раз, когда он увидел этот корабль, и так будет всегда, до конца его дней.
Спок шёл рядом с ним, но смотрел не вверх, а по сторонам, разглядывая сквозь стены конструкцию станции, выстроенной в виде четырёх концентрических окружностей, пересечённых радиальными тоннелями.
- Станцию Вагнер проектировала Т'Ралл с Вулкана, - пояснил он. - Правда, это было в годы её юности, до того как её инженерные способности достигли полного развития.
Кирк махнул рукой Маккою, приглашая присоединиться к ним, но доктор застрял, как вкопанный, в центре зала. Его взгляд блуждал по сторонам в поисках ближайшего выхода.
- Все эти годы я не замечал космоса, пока он не лез мне на глаза, - Он обвиняюще ткнул пальцем в невидимую поверхность у себя под ногами. - Но здесь его определённо слишком много.
Спок отвлёкся от своего исследования.
- Действительно, это архитектурное излишество лишено функциональной необходимости. Очевидно, здесь оказали влияние эстетические взгляды андорианцев, у которых училась Т'Ралл. Андорианцы подвержены клаустрофобии.
Мягкий звон хронометра разнёсся в воздухе, напомнив Кирку о неотложных делах. Ему следовало поторопиться, иначе он мог опоздать на встречу с управляющим станции, а это было бы расценено как признак высокомерия со стороны военных. Администраторы маленьких космических станций наподобие этой, страдающих от недостатка внимания со стороны центрального правительства, зачастую были болезненно самолюбивы.
С большой неохотой Кирк отвернулся от "Энтерпрайза" и, подозвав жестом Спока, вернулся в центр зала.
- Что с вами, доктор? Вы выглядите зелёным, как мой старший помощник.
- Я не люблю высоту, - раздражённо ответил Маккой. - В будущем я постараюсь остерегаться андорианских сооружений. Хорты куда умнее - они роют свои тоннели в сплошном камне.
Спок оставил без внимания ворчание доктора.
- Капитан, мы должны встретиться с управляющим Фриэл через восемь целых шесть десятых минут, - Он уверенно направился к одному из восьми порталов, совершенно одинаковых на вид, ведущих из купола. - Нам сюда.
- Вы с нами, доктор? - спросил Кирк, пытаясь примериться к длинным шагам своего старшего помощника.
- Ни за что, - решительно заявил Маккой и втянул голову в плечи - над ними как раз пролетели три пегаса, грациозно скользя по воздуху. - Я в увольнении, так что официальные мероприятия меня не касаются. Это торговая станция, и я твёрдо намерен способствовать развитию межзвёздной коммерции до последнего кредита на моём счету.
И он свернул в другом направлении.
- Только не влипай в неприятности, - крикнул ему вслед Кирк.
Благодаря Споку и его безошибочному чувству направления, два офицера прибыли на место встречи даже раньше условленного времени. К сожалению, для управляющего Фриэл этого оказалось недостаточно.
- Вам давно пора быть здесь, - обрушилась на них крупная, внушительного вида женщина, едва они переступили порог её кабинета.
Кирк сдержал раздражение и приготовился к полутора-двум часам утомительной дипломатической возни. Он через силу улыбнулся Фриэл. Впрочем, через мгновение стало понятно, что в её нетерпении виновен отнюдь не вспыльчивый нрав, несмотря на блестящие медные волосы и явно ирландские черты лица.
- Мы приняли сигнал бедствия первого уровня с прибывающего грузового судна. Капитан утверждает, что их атаковал клингонский боевой корабль.
Брови Спока удивлённо поднялись. Уголки губ Кирка опустились.
- В пространстве Федерации? - переспросил он.
- Я не знаю деталей, - ответила Фриэл, сметая со стола гору дискет и распечаток, чтобы добраться до компьютерного терминала. Нажатием нескольких клавиш она вызвала на экран изображение изящного, синего, как кобальт, андорианца. - Тиммо, вы восстановили контакт с "Весёлой Леди"?
- Нет, - прошелестел андорианец с характерным шипящим выговором.
Фриэл отключила терминал, сказав при этом несколько слов - довольно точный перевод очень выразительного орионского ругательства.
- Совершенно с вами согласен, - откликнулся Кирк, игнорируя явный интерес Спока относительно качества перевода. - Так что вам удалось расслышать?
- В основном помехи. Тиммо засёк сигнал бедствия пятнадцать минут назад. Код первого уровня был достаточно чётким, но пояснения слишком обрывочны, чтобы понять, что у них происходит. Но это точно была атака, - сердито добавила она, видя скептический огонёк в глазах Кирка. - Нейл - старый космический волк. Он семь лет возит грузы на Вагнер и не впадает в истерику, когда мимо пролетает клингонский корабль...
- Пролетает мимо? - Краска медленно заливала лицо Кирка от воротника до корней волос. - И как часто клингоны "летают мимо" в вашем секторе?
Фриэл закашлялась - очень неубедительно; к тому же уловка спасла её лишь на несколько секунд.
- Ну... время от времени, - выдавила она.
- Когда это было в последний раз?
Она смотрела под ноги, словно искала ответ в рассыпанных по полу бумагах.
- Восемь... может быть, девять месяцев назад.
- Мирные переговоры завершились только в прошлом месяце, - хладнокровно заметил Спок.
- Мы все здесь находимся далеко от дома, - Теперь Фриэл обращалась к нему. Говорить с бесстрастным вулканцем было легче, чем ещё раз взглянуть в окаменевшее от ярости лицо Кирка, - Клингоны, земляне, андорианцы. После нескольких лет патрулирования любому экипажу осточертеет жизнь на корабле. Им нужна увольнительная, и...
- И они готовы покупать провизию по самой высокой цене, - процедил Кирк.
Фриэл нервно передёрнула плечами.
- Мы не военная база и не стратегический объект. Мы не стреляем в них, они не стреляют в нас. Так что плохого...
Сигнал интеркома прервал её оправдания. На экране снова возникло лицо связиста. Его чувствительные усики-антенны дрожали от волнения.
- Да, Тиммо?
- Капитан Нейл на двенадцатой частоте, - сообщил он.
В ту же секунду из интеркома зазвучал голос с борта грузового судна:
- ...им позарез нужна помощь. Один корабль уничтожен, второй раздолбан так, что обломки разлетелись по всему сектору. Нужна медицинская помощь для тяжелораненых и техники для ремонта двигателей. Если их вообще можно отремонтировать.
- Кому нужна помощь? - крикнула Фриэл.
- Френнийскому торговому каравану. Хотя это уже не караван. "Верелла" уничтожена, а "Селессан" не может сдвинуться с места.
Кирк резко выдохнул, услышав названия пострадавших судов. Он шагнул к терминалу.
- Кто на них напал?
- Клингоны, - Даже сквозь треск помех в голосе мужчины слышалась горечь. - Караван установил с ними подпространственную связь... собирались торговать всякими припасами... Это был боевой крейсер, и он атаковал внезапно. Без объяснения, без предупреждения...
Капитан раскрыл коммуникатор.
- Кирк - "Энтерпрайзу", - тихо сказал он, одновременно прислушиваясь к докладу с борта "Весёлой Леди".
- ...и мы поймали их сигнал десять часов назад. Я собирался сойти с курса и подобрать спасшихся, но они попросили меня быстрее покинуть тот сектор и прислать вооружённое подкрепление. Ну я и убрался оттуда ко всем чертям.
Коммуникатор Кирка пискнул в ответ на вызов:
- "Энтерпрайз" на связи, капитан.
- Отмените увольнение, лейтенант Ухура, - решительно приказал он. - Вызовите весь экипаж на корабль и уведомите мистера Скотта, что мы должны покинуть орбиту в течение часа.

ГЛАВА 2

Бортовой журнал, звёздная дата 5302.1: Несмотря на только что заключённое перемирие, которое запрещает любые враждебные жесты и военные действия между Империей и Федерацией, "Энтерпрайз" не может не отреагировать на известие о клингонской агрессии...

Джим Кирк прервал диктовку, увидев подходящего к нему старшего помощника.
- Строго говоря, - заметил вулканец, занимая место сбоку от командного кресла, - система Френни не является территорией Федерации.
- Мирный корабль разнесли вдребезги со всем экипажем, а вы тут рассуждаете о тонкостях межзвёздного права, - резко отозвался Маккой, стоявший по другую сторону от Кирка.
- В данном случае различие существенно, доктор, - возразил Спок. - Нападение на нейтральный корабль в пределах его территории не может быть расценено как нападение на Федерацию.
- Он прав, Боунс, - сказал Кирк, прерывая дальнейшие возражения Маккоя. - По традиции, старинные торговые маршруты френнийцев имеют правовой статус отдельной планетной системы. Эти маршруты, как тоннели, проходят сквозь пространство Федерации и Империи. Странствующие торговцы всегда соблюдали строгий нейтралитет в отношении обеих сторон, поддерживая только коммерческие отношения. Но теперь, по неизвестным причинам, клингоны напали на френнийский торговый флот... - Кирк прервался, переводя дыхание.
- Это безумие, - гневно сказал лейтенант Сулу.
Его глаза были прикованы к штурвалу, худощавая мускулистая фигура напряжённо застыла у рулевой консоли в предельной сосредоточенности, которой требовало управление звездолётом на сверхсветовой скорости. По приказу капитана "Энтерпрайз" шёл на максимальной варп-скорости, что делало процесс пилотирования значительно сложнее - но зато и интереснее.
- Вся клингонская экономика зависит от импортных товаров. Разрушать связи с важнейшим торговым партнёром - просто самоубийство с их стороны.
Энсин Чехов второй раз проверял расчётный курс, который должен был вывести корабль сквозь искривлённое пространство в нужную точку.
- Клингонам не нужны причины, - пробормотал юный навигатор, безуспешно сражаясь с прядью непослушных русых волос, которая всё норовила упасть ему на глаза. - Они разбойники, вот и всё.
Кирк возвысил голос, заглушая посторонние реплики:
- ...Тем не менее, подобная атака имеет прямое отношение к безопасности Федерации в этой части Галактики. Поскольку "Энтерпрайз" - единственный звездолёт в этом квадранте, мы должны оказать помощь торговому кораблю "Селессан", командующий - капитан Эссерасс. Расчётное время рандеву - через полтора часа.
К моменту окончания его речи на мостике царило выжидательное молчание. Кирк нажал кнопку на подлокотнике, отмечая конец записи, и усмехнулся.
- Благодарю вас, джентльмены. Можете продолжать дискуссию.
Младшие офицеры обменялись смущёнными взглядами, но Спок, как обычно, воспринял слова капитана буквально.
- Данные, которыми мы располагаем, подтверждают мнение мистера Сулу о том, что нападение на торговый караван наносит ущерб собственным интересам клингонов. Таким образом, логично предположить, что агрессор действовал в одиночку, без официальной санкции имперского правительства.
- Бродячий боевой корабль? - хмыкнул Маккой. - Что за странная фантазия?
- Это лишь одна из возможных гипотез, - быстро сказал Спок, прежде чем доктор успел развить тему о бурном вулканском воображении. - Другая гипотеза заключается в том, что клингоны нашли другой источник товаров и больше не зависят от френнийских поставок.
- Это означает, что у Империи появился новый и, вероятно, сильный союзник, - в голосе Кирка сквозила тревога.
Война. Непроизнесённое слово, казалось, повисло в воздухе, эхом отражаясь от стен. Если клингоны получили преимущество в противостоянии двух равных сил - кто удержит их от соблазна нарушить хрупкое перемирие с Федерацией? Или, по крайней мере, проверить на прочность рамки мирного договора?
Лейтенант Ухура первой нарушила молчание.
- Мы всегда были самым веским аргументом в сложных дипломатических вопросах, - сказала она с лучезарной улыбкой.
Её преувеличенный энтузиазм был встречен благодарным смехом среди членов экипажа. Кирк невесело улыбнулся.
- Это точно. Кажется, нам достаётся большая часть всех споров и конфликтов в этой Галактике...
На подлокотнике его кресла вспыхнул маленький огонёк.
- ...включая семейные ссоры.
Он щёлкнул переключателем.
- Да, Скотти? - спросил он, отлично зная, что сейчас скажет инженер.
- Максимальный варп... - начал шотландец. - А, ладно, не буду повторять то, что вы уже слышали. Считайте, что я сказал это ещё раз. Если понадоблюсь, я в главном инженерном отсеке...
- ...с сердечным приступом, - присовокупил Маккой, послав Споку вызывающий взгляд через голову капитана, как мяч - через сетку.
- По правде говоря, доктор, - откликнулся Спок, - ваша привычка к преувеличению совершенно неуместна. Мистер Скотт не выказывает чрезмерного беспокойства - он всего лишь проявляет профессиональную заботу о нормальном функционировании корабля.
- Да он на стенку лезет! - возразил  Маккой.
На лице Спока застыло сосредоточенное выражение, пока он пытался определить смысл незнакомой идиомы. Маккой хотел ввернуть ещё какую-нибудь цветистую фразу, чтобы окончательно поставить вулканца в тупик, но голос Кирка вернул их к более насущным делам.
- Мистер Спок, пожалуйста, продолжайте постановку задачи.
- Конечно, капитан.
Спок вернулся к своей консоли и вывел изображение на боковой обзорный экран. На чёрном фоне засветились три неяркие звезды.
- В настоящее время "Селессан" дрейфует вдоль границ звёздной системы Беленнии - маленького, ничем не примечательного владения Клингонской Империи. Это нестабильная тройная система, состоящая из белого карлика и двух жёлтых звёзд. Несмотря на её близость к форпостам Федерации и второстепенным торговым путям, система никогда не использовалась в качестве военной базы. Во-первых, она слишком удалена от центральных планет Империи, чтобы обеспечить непрерывное снабжение энергией, материалами и оружием. Во-вторых, по эту сторону границы нет стратегических целей, которые могли бы оправдать значительный расход ресурсов, необходимый для освоения этого сектора.
Спок обернулся к капитану:
- Я не вижу логического мотива для этого нападения. Исключительно агрессивное действие без какой-либо видимой выгоды. Потеря одного судна может нанести значительный урон местным торговым связям, но никак не повлияет на военную мощь Федерации в целом. Этот поступок выглядит бессмысленным и самоубийственным.
- Но он может стать поводом для галактической войны, - возразил Кирк. - По этим торговым маршрутам проходят корабли со всех планет Федерации. Несколько таких атак - и в Совете наберётся достаточно недовольных сенаторов, чтобы проголосовать за нанесение ответного удара. Тогда перемирию конец.
- Оно едва вступило в силу, - сказал Маккой. - А вы говорите, что оно вот-вот закончится.
- Вполне предсказуемое развитие событий, - равнодушно заметил Спок. - Многочисленные группировки в военных кругах Империи активно противились идее перемирия ещё на стадии планирования. Успех мирной инициативы во многом связан с напряжением в отношениях клингонов и ромуланцев. Клингонское правительство хочет избежать войны на два фронта. И всё же политический авторитет тех, кто выступал за перемирие, сильно подорван.
- Вы хотите сказать, что им, может быть, не удастся остановить войну? - спросил Маккой, чувствуя нарастающий ужас. - Господи Боже! Да ведь могут погибнуть миллионы людей!
- Это только гипотеза, -  вежливо повторил Спок.
- Ты, хладнокровный...
Голос Ухуры прервал Маккоя:
- Капитан, я принимаю слабый сигнал от "Селессана". Мы скоро будем на расстоянии прямой связи.
- Спасибо, лейтенант, - Кирк прервал Спока, который собирался потребовать от неё точного указания времени. - Я встречал Эссерасса, капитана "Селессана".
- В самом деле? - Спок явно был заинтересован. Маккой всё ещё кипятился по поводу вулканской чёрствости и бессердечия, но и он был не прочь сменить тему разговора.
- Это было много лет назад, - начал Кирк, - когда я был ещё лейтенантом и служил на звездолёте "Фаррагут". У нас разладились холодильные установки на камбузе, и пришлось срочно покупать провизию. К сожалению, у френнийцев было лишь несколько тонн орионской деммы.
Байки и сплетни насчёт орионской деммы, её происхождения и, в особенности, побочных эффектов её употребления составляли немалую часть общегалактического фольклора. Как умелый рассказчик, Кирк выдержал драматическую паузу, чтобы слушатели в полной мере оценили сложность ситуации. По рубке прокатились придушенные смешки. Маккой широко ухмыльнулся. Даже на каменном лице Спока отразилась тень любопытства.
- К тому времени, как мы добрались до Звёздной Базы 7, в лазарете закончились противозачаточные средства, и...
Конец этой пикантной истории был заглушён громким треском статических разрядов из динамиков внешней связи. Ухура с трудом поймала ускользающий сигнал.
- Пожалуйс-с-ста, пос-с-спешите, нам оч-чень нужна помощ-щь...
Кирк узнал мягкий шепелявый выговор френнийца. Мгновенно перейдя от легкомыслия к полной серьёзности, он приказал Ухуре открыть канал связи с торговым судном:
- "Селессан", говорит Кирк, капитан звездолёта "Энтерпрайз". Мы выйдем из варпа через час.
Попытка Спока уточнить цифру была прервана сердитым взмахом руки.
- Вес-с-сьма признательны, капитан. С-с радос-стью ожидаем вашего прибытия, - Последовала долгая пауза. - Киррк... Ах, да, вс-споминаю. Вам понравилас-сь демма?
- Да, - смущённо отозвался Кирк, чувствуя, как некстати розовеют уши. - Спасибо, капитан Эссерасс.
- В благодарнос-сть за наше с-спас-с-сение я буду рад угос-с-стить вас-с другими деликатес-с-сами. Ес-сли они только уцелели, - устало вздохнул френниец. - Доброй торговли, Киррк.
Контакт прервался. Несмотря на шутливый тон, голос чужака был хриплым и слабым. Маккой хмуро взглянул на Спока.
- Жертвы, - сказал он. - Вот она, суть войны.
От Спока не укрылись нотки вызова в его словах.
- Полагаю, ситуация требует вашего присутствия в лазарете, - ответил вулканец.
- Не смейте указывать мне на мой долг! - взорвался Маккой - Конечно, моё место в лазарете! Кто же ещё будет собирать по кусочкам живых и вскрывать мёртвых?
Резко повернувшись, он вылетел с мостика.
- Он понимает, что вы не это имели в виду, - произнёс Кирк успокаивающим тоном.
Вулканец не ответил. Он подошёл к своему компьютеру и сел за консоль.
- Расчётное время рандеву - одна целая две десятых часа, - ровно сообщил он.
Команда "Энтерпрайза" начала подготовку к спасательным работам. В течение оставшегося времени Кирку пришлось подписать неимоверное количество документов, а в те редкие моменты, когда ему удавалось оторваться от бюрократической волокиты, его вниманием завладевал Скотти, чьё беспокойство по поводу двигателей возрастало с каждой минутой.
Обиженное молчание Маккоя продолжалось ровно час, после чего он начал то и дело вызывать мостик с какими-то пустяковыми докладами - просто чтобы убедиться, что всё идёт хорошо. Сигнал боеготовности звучал постоянным напоминанием об опасности повстречаться с разбойным крейсером.
- Сенсорное сканирование не обнаружило присутствия клиногонов, - объявил старший помощник, в тот момент, когда звздолёт покидал искривлённое пространство. - Мы достигнем "Селессана" через двадцать три целых четыре десятых минуты.
- Сможем ли мы использовать транспортаторы для эвакуации? - обеспокоенно спросил Кирк.
- Ответ отрицательный. Как я и предполагал, остаточная радиация после уничтожения "Вереллы" выведет транспортаторы из строя. Потоки ионизированных частиц уже начинают влиять на наше оборудование.
Кирк задумался. Невозможность прямой транспортировки значительно увеличивала риск. Для эвакуации френнийского экипажа с помощью шаттлов придётся опустить щиты по меньшей мере на несколько часов. Значит, всё надо сделать максимально быстро и чётко.
- Ухура, свяжитесь с лазаретом, пусть посылают санитарные бригады на ангарную палубу.
 Пока "Энтерпрайз" двигался к точке рандеву, они разослали приказы всем корабельным службам.
- Приближаемся к "Селессану", капитан. В зоне видимости.
Руки Сулу танцевали над рулевой консолью. На главном обзорном экране проявились нечёткие очертания торгового корабля. В ту же секунду на дефлекторах вспыхнули и рассыпались гроздья белых искр.
- То, что осталось от "Вереллы", - объяснил Спок, пока обломки уничтоженного судна горели в мощных защитных полях "Энтерпрайза", как горят метеоры в плотной земной атмосфере. Куски металла, стекла и пластика, хлопья замёрзшего воздуха и воды, тела погибших - всё обращалось в сияющий звёздный дождь.
Уцелевший корабль медленно вырастал на экране - неуклюжая конструкция, составленная из отсеков странной формы, беспорядочно соединённых друг с другом. В этой мешанине лишь двигательная гондола когда-то имела гладкие очертания, но теперь её металлическая поверхность бугрилась чёрными оплавленными язвами от фазерного огня.
Спок не отрывался от своего монитора.
- Показания сенсоров ухудшаются, много помех. Всё же можно определить, что бортовые системы "Селессана" получили серьёзные повреждения. Жизнеобеспечение функционирует на минимальном уровне, двигатели отключены, мощность систем вооружения практически нулевая.
Динамик внешней связи снова ожил.
- Добро пожаловать, Киррк. Грус-с-стное зрелищ-ще, не правда ли?
Кирк не мог не согласиться.
- Мы в два счёт вытащим вас оттуда, - сказал он ободряюще и щёлкнул клавишей интеркома. - Боунс...
- Санитарная бригада "С" погрузилась на "Галилео", - откликнулся скрипучий голос Маккоя. - Персонал лазарета готов к приёму пострадавших.
Кирк переключился на другую линию:
- Ангарная палуба, готовьтесь к запуску шаттлов.
Краем глаза он видел мерцание сигнальных огней на инженерной консоли, в то время как Скотти подтвердил команду.
Опустившись обратно в кресло, Кирк хмуро рассматривал повисший на обзорном экране "Селессан".
- Можете дать видеосвязь с кораблём, лейтенант Ухура?
- Нет, капитан, и я не могу понять, в чём причина. Звуковая связь работает нормально, за исключением помех, но остальная часть сигнала теряется.
Кирк жестом приказал ей снова открыть канал.
- Капитан Эссерасс, мы не можем получить видеосигнал с вашего корабля.
- Не удивительно. Мой с-связис-с-ст погиб. Я пытаюс-сь работать с-с его оборудованием, но оно с-с-сильно повреждено...
- Вас понял, - Кирк повернулся к старшему помощнику и понизил голос: - Спок, можете проверить биосканером, есть ли на этом корабле клингоны?
Спок сдвинул брови.
- Показания сканеров недостоверны из-за энергетических возмущений.
- Сделайте всё, что можете. Я не хочу посылать своих людей неизвестно куда.
Мигнул сигнал интеркома.
- Капитан Кирк, инженерные и санитарные бригады на местах. Все шаттлы готовы к запуску.
- Ждите моей команды, - Капитан повернулся к рулевому. - Лейтенант Сулу, готовьтесь опустить щиты. Мистер Спок, что у вас?
- Показания биосканера сильно искажены, но определённо не соответствуют анатомии и физиологии клингонов.
- Отключить щиты, Сулу, - Кирк снова вернулся к интеркому. - Запускайте шаттлы, мистер Скотт.
Красный огонёк вспыхнул на инженерной консоли, подтверждая запуск. Створки шлюза распахнулись, открывая выход с ангарной палубы в космическую пустоту. Шаттлы один за другим выскальзывали наружу; с минуты на минуту они должны были появиться на обзорном экране, направляясь...
- Капитан, - в голосе Спока прозвенела непривычная нотка тревоги. - Показания биосканера всё ещё нечётки, но параметры жизненных форм на корабле не соответствуют нашим данным о френнийской расе.
Кирк выпрямился в кресле, чувствуя, как по шее бегут мурашки.
- Отказ оборудования?
- Возможно, - признал Спок, вновь склоняясь над консолью. - Мне нужно время для повторной калибровки.
Длинные пальцы вулканца буквально летали по клавишам, но Кирку казалось, что он возится очень долго. Наконец Спок поднял голову.
- Это не клингоны, но и не френнийцы, - уверенно сказал он.
Кирк уже знал, что надо делать. Это был скорее инстинкт, чем осознанная мысль - тот инстинкт, что выводил его вместе с командой из сотни опасных переделок. Он ударил по клавише связи с инженерным отсеком:
- Мистер Скотт, возвращайте шаттлы, - приказал он. - Сулу, приготовьтесь опустить щиты, как только они совершат посадку.
- Киррк, что с-случилос-с-сь? - раздался из динамика растерянный голос Эссерасса, когда цепочка шаттлов повернула обратно к "Энтерпрайзу".
Кирк заколебался.
- "Селессан", кто у вас на борту?
- Но, капитан, мы уже назвали с-себя, - ответил торговец рассерженно. - Пожалуйс-ста, быс-с-стрее, здес-сь раненые, которым нужна с-с-срочная помощь.
Характерный свистящий голос, несомненно, принадлежал френнийцу; к тому же торговец помнил Кирка по их прошлой встрече... Если это обман, то очень, очень умелый.
- Спок?
Вулканец непреклонно качнул головой.
- Диагностика показывает, что приборы исправны. Биологические показатели не соответствуют френнийской расе.
Шаттлы всё ещё не достигли шлюза. Кирк заговорил спокойно, стремясь выиграть ещё немного времени:
- Эссерасс, у нас неисправность в системе управления из-за остаточной радиации в этом секторе. Потерпите, это лишь небольшая задержка...
- Капитан, что за игры с-с нами? Мы друзья Федерац-с-сии, мы прос-с-сим о помощи. Наш корабль не может быть опас-с-сен.
Кирк взглянул на старшего помощника.
- Оружие?
- Их системы вооружения по-прежнему бездействуют... - Спок удивлённо вскинул бровь. - Но уровень выработки энергии в двигательном отсеке повышается.
На экране френнийский корабль начал медленно двигаться. Как наяву, Кирк услышал тихий щелчок пружины - капкан сработал.
- Скотти, принимай шаттлы! Надо поднять щиты!
- Пять секунд, капитан!
"...три, четыре, пять!"
- Сулу, давай!
Но прежде чем рулевой успел выполнить приказ, френнийский корабль сорвался с места, устремляясь прямо к ним.

ГЛАВА 3

Маккой неловко стягивал хирургический халат. Застёжки и пуговицы выскальзывали из одеревеневших пальцев. Несколько минут назад его руки были уверены и точны, проворно собирая путаницу разрозненных нервных волокон в живой, работающий спинной мозг. Теперь всё это было позади - пятнадцать изнурительных часов над операционным столом, где он резал и сшивал заново. Пятнадцать часов труда, утомительного и опасного даже с учётом лучших медицинских технологий, поставленных на службу Звёздному Флоту.
Халат сполз ему на руки, потом упал на пол.
Сколько раз он, главный хирург, отчитывал докторов и медсестёр за малейшую оплошность... Но в медицине нет места и нет оправдания небрежности. Слишком высока цена ошибки; поэтому небрежность надо оставлять за порогом операционной.
Он не сделал ни единого движения, чтобы подобрать халат. Вместо этого он привалился плечом к шкафчику с инструментами. Не будь здесь шкафчика, он свалился бы на пол - следом за брошенной одеждой.
Маленькая ванная комната была островком спокойствия между двумя ураганами, что беспощадно обрушивались на него последние два дня. Сейчас операционная за его спиной пустовала, а шум, доносящийся с другой стороны, из палат для выздоравливающих, приглушали закрытые двери. Единственным звуком был монотонный голос из интеркома, бубнящий бесконечные перечни повреждений и отказов, перемежающиеся докладами о текущем состоянии корабля. Скотти занимался своей, особой хирургией.
- Доктор...
Сестра Чепэл стояла рядом с ним. Вообще-то, она давно находилась там, но только сейчас факт её присутствия дошёл до затуманенного сознания.
- Кто следующий? - машинально спросил он.
Он начал принимать пациентов спустя считанные минуты после первого попадания в корпус. Теперь, более суток спустя, он всё ещё работал, занимаясь теми, кто пострадал чуть меньше и кому пришлось ждать, пока хирурги трудились над умирающими. Двое членов экипажа лежали в специальных капсулах, погружённые в биостазисный сон, - их травмы были так тяжелы, что помочь им могли только в госпитале Звёздной Базы. Ещё шестнадцати уже не суждено было проснуться. "Энтерпрайзу" давно не приходилось нести таких потерь.
- Это всё, доктор. Ваша смена длится уже больше суток. Вы должны отдохнуть.
Чепэл зачитала распорядок дальнейших дежурств для медицинского персонала. Её деловой тон подразумевал, что любое возражение с его стороны будет расценено как оскорбление профессиональных способностей его подчинённых. В списке отсутствовало четыре имени: санитарная бригада погибла  на ангарной палубе. Четыре человека - каждого из них он назначил сам...
Маккой устало слушал, чувствуя, что от него будет мало толку, даже если он станется здесь. Голова раскалывалась от тупой ноющей боли, перед глазами всё расплывалось, а время реакции замедлилось почти до стадии кататонии.
Он встряхнулся, подавив в душе стон раздражения.
- Мне пока рано уходить, - Он с усилием выпрямился. - Ещё Бенсон из инженерного, ранение в грудь. Я наложил только временные швы, пока он не стабилизируется.
Чепэл заколебалась, потом неохотно проговорила:
- Это уже не нужно...
Маккой вскинул голову.
- Чёрт возьми, Кристина, не надо со мной нянчиться! Что с Бенсоном?
Её голос стал холодным и сухим.
- Он умер. Жизненные показатели были низкими, но устойчивыми, пока его готовили к операции, но потом...
Вспышка ярости подняла хирурга на ноги.
- Почему не позвали меня? Где он сейчас?
"Боже правый, достаточно смертей. Пожалуйста, хватит..."
Чепэл встала на его пути - пришлось остановиться.
- Доктор Маккой, Бенсон мёртв. Вы знаете, и я знаю, что мы делали всё, что могли, для спасения его жизни. Просто это было невозможно.
Всплеск адреналина разом угас, высосав остатки сил.
- Конечно. Простите, я не хотел... Я только...
Он умолк в замешательстве. Действительно, что он мог сделать? Схватить ангела смерти и не пускать его на порог?
- Спасибо, сестра Чепэл, - Он смотрел на неё и видел усталость в каждой чёрточке красивого строгого лица. - Пожалуй, мне пора уйти.
- Да, доктор.
Её взгляд был по-прежнему холоден, но голос смягчился.
- Чёрт возьми, как вы меня ещё терпите? - пробормотал он и, спотыкаясь, вышел из комнаты.
Прогулка по коридору слегка взбодрила Маккоя - ровно настолько, чтобы он мог вовремя уворачиваться от пробегающих техников и обходить трубопроводы, штабеля распакованных деталей и места, где на полу, стенах и потолке была вскрыта внутренняя обшивка. Корабельные часы показывали ранее утро, но на время ремонтных работ в коридорах включили полное дневное освещение. Понятие утра и вечера было совершенно искусственным, поскольку они находились в космосе, но лишнее напоминание об этом только раздражало Маккоя.
- Гравитационные бригады на седьмую палубу... гравитационные бригады на седьмую палубу. Приготовиться к регулировке через четыре с половиной часа. Повторяю...
Даже через динамики интеркома голос Скотти звучал хрипло.
Уступая дорогу группе взмыленных техников, Маккой вяло размышлял, как велики причинённые "Энтерпрайзу" повреждения. Как врач, он был в первую очередь озабочен человеческими травмами, но помнил, как сильно тряхнуло палубу во время атаки.
А между тем они всё ещё не знали, кем были их таинственные противники. Обломки френнийского корабля пока хранились в ангаре вместе с шаттлами, останки странных тел, подобранные на месте крушения, лежали в стазисных капсулах рядом с Эллисоном и Такеокой. При толике удачи, двое последних будут разморожены в несколько лучшем состоянии, чем чужаки...
Маккой тряхнул головой, пытаясь отсечь бесконечный поток мыслей, которые не отпускали его и за стенами лазарета. Бессмысленно было оценивать шансы этих ребят на выживание сейчас, когда корабль сможет добраться до подходящей Звёздной Базы в лучшем случае через несколько недель.
- Капитан Кирк, на мостик, - прозвенел из интеркома серебристый голосок Ухуры.
- Капитан Кирк, вас вызывает пульт управления фазерами, - тут же вклинился Скотти.
- Кирк на связи. Приду к вам, как только закончу здесь.
Маккой усмехнулся противоречивым требованиям и попытался представить, сколько ещё продлится этот хаос, прежде чем капитан сам угодит в лазарет. Раздражение в голосе Кирка было верным признаком приближающейся головной боли от недосыпания и постоянного напряжения.
Эти размышления помогали ему отгонять болезненные видения, пока он не добрался до своей каюты. Очутившись внутри, он сразу направился в ванную, на ходу снимая грязную одежду. Майка под синей туникой была мокрой насквозь. Это всего лишь пот, сказал он себе. Пот, а не кровь. И вздрогнул, чувствуя, что никуда не может деться от этих мучительных мыслей.
Даже бодрящая щекотка акустического душа не смогла рассеять мрак в его сознании. Выключив душ, Маккой взглянул на себя в зеркало. Это было то же самое лицо, которое он видел мельком каждое утро. На этот раз он внимательно рассматривал себя. Крупные правильные черты намекали на полноту, которой не было и в помине. Утомление подчеркнуло морщины, наметившиеся вокруг рта и на лбу. Голубые глаза будто выцвели и казались серыми, белки покрылись кровавой сеточкой сосудов. Каштановые волосы не поредели, но кое-где уже поблескивали сединой.
"С каждым днём я становлюсь всё больше похож на своего отца".
Отступив от зеркала, он закутался в халат и вышел из ванной. Каюта была замусорена, завалена смятой одеждой и полотенцами, которые недосуг было бросить в утилизатор. Земля в цветочных горшках высохла, растения поникли.
На столе валялись дискеты с непрочитанными медицинскими записями, громоздились стопки распечаток - последняя партия корреспонденции, присланная по каналам подпространственной связи Звёздного Флота. Благодаря обаянию и дипломатическим уловкам Ухуры им доставляли личную почту с каждой официальной передачей. У него не было времени, чтобы прочесть хоть одну из этих бумаг, но несколько часов задержки едва ли имели значение для сообщений, которые шли через Галактику уже много недель.
Доктор также подавил желание немедленно заняться уборкой. Он знал, что обязательно должен поспать, хотя нервное напряжение было так велико, что он не чувствовал сонливости - только возбуждение и слабую тошноту. Это ощущение было давно знакомо ему - ещё со времён интернатуры...  сколько же лет прошло с тех пор?
"Я слишком стар для таких нагрузок".
Он упал на кровать и попытался расслабиться и выбросить все мысли из головы. Это получилось не сразу. Дважды он вскакивал, чтобы связаться с лазаретом, по мере того, как нерешённые вопросы один за другим всплывали в его сознании. Указал ли он новую дозировку в медицинской карте Вергалена или только собирался это сделать? И - тут он покрылся холодным потом - не забыл ли предупредить доктора Кортехо, что Гэллоуэю, получившему ранение в живот, нужна вторая операция?
Да нет, конечно, Чепэл так или иначе передала бы информацию второму хирургу. Чёрт возьми, он полагался на неё, как на самого себя, и даже больше - с учётом его теперешнего состояния... Эта мысль странным образом успокоила его, и он наконец погрузился в сон.
...Пронзительный свист из динамиков корабельной связи вырвал Маккоя из забытья. Он просыпался с трудом, липкая паутина кошмаров переплеталась с явью, и смысл слов, звучащих в комнате, ускользал от сознания. Его пальцы непроизвольно подёргивались - во сне он сшивал воедино целые ярды нервных волокон, размотанных по всей командной палубе.
-...начнётся приблизительно через тридцать минут.
Чёрт бы побрал Монтгомери Скотта! Неужели он не может починить этот корабль, не поднимая такого шума по всем каналам?
Хронометр показывал, что прошло всего четыре часа, но Маккой больше не хотел спать. Правду сказать, он боялся, что кошмар повторится, как только он снова закроет глаза. И раз уж его разбудили, он мог теперь заняться делами. Джим просил подготовить отчёт об исследовании инопланетных останков как можно скорее. Поскольку вскрытием руководил ксенобиолог Фрейзер, не мешало бы изложить его зубодробительные научные тирады в более приемлемой для капитана форме. С другой стороны, Маккою самому было любопытно взглянуть на существ, из-за которых лазарет на два дня погрузился в хаос.
Он выбрался из кровати, надел последнюю смену чистой одежды и проковылял к столу. Протирая слипающиеся глаза, которые упрямо отказывались фокусироваться, он включил компьютер, соединённый с бортовой информационной системой, и вызвал на экран отчёт о проведённой аутопсии.
Отчёт начинался с фотографий останков - зрелище отвратительное, но необходимое для определения морфологии пришельцев. Два первых снимка были в этом смысле бесполезны: они запечатлели куски непонятной оранжевой массы, которая могла оказаться чем угодно, от растительной ткани до изоляционного пеноматериала. Но за ними следовал внушительный кадр с крупным планом массивной головы, покрытой синей, отливающей сталью кожей. Круглые красные глаза были открыты и смотрели в пустоту, даже после смерти сохраняя выражение почти человеческой злобы. От лба до затылка по голому черепу тянулся иссиня-чёрный гребень жёстких волос; посреди лица торчал широко разинутый хитиновый клюв.
Маккой почувствовал, как у него самого волосы встают дыбом. Какого чёрта...
Он изумлённо уставился на изображение. Несмотря на гротескные черты, во внешности чужого не было ничего особенно жуткого; ничего, что могло бы вызвать этот колючий холодок страха, пробежавший по позвоночнику. И всё же он ощущал необъяснимую тревогу, ауру молчаливой угрозы, исходящую от этого неопознанного существа.
Он неотрывно смотрел на фотографию ещё несколько минут, но странный озноб не повторился. Не пролил света на эту загадку и педантичный доклад Фрейзера: "...при анализе морфологической структуры не выявлено соответствия с какими-либо известными конфигурациями... Судя по комбинациям аминокислот в молекуле ДНК, происхождение указанной особи значительно отличается от биохимической эволюции известных инопланетных видов..."
Маккой фыркнул. "Иными словами, вы никогда не видели ничего подобного и не знаете, что это такое".
Продираясь через замысловатые обороты ксенобиолога, Маккой быстро набросал более удобоваримую версию отчёта. О собственной странной реакции на чужого он не стал упоминать. Нетрудно было представить себе снисходительный взгляд Спока, если тот прочтёт в отчёте о "неясном страхе" и "тревоге без видимых причин". Что ж, если здесь сработала какая-то подсознательная ассоциация, то рано или поздно она проявится сама.
Всё ещё охваченный беспокойством, Маккой выключил терминал и принялся разбирать распечатки. Несмотря на неодобрение Спока, доктор всегда распечатывал свою профессиональную корреспонденцию. Маккой любил вес и гладкость бумаги, шелест страниц, и для него экран, заполненный текстом, не мог сравниться с настоящим документом.
Первые листы содержали копии медицинских периодических изданий и неопубликованный доклад судового хирурга U.S.S. "Уэльборн". Эти материалы он отложил в сторону, чтобы изучить на досуге. Обратный путь на повреждённом корабле обещал в ближайшем будущем много свободного времени.
Под докладом он с удивлением обнаружил письмо на отдельном листке. Странно. Те немногие друзья, с кем он поддерживал связь, мотаясь по дальним рейсам, и кто готов был оплачивать дополнительную стоимость космической передачи, обычно присылали сообщения в форме видеозаписей.
Но этот случай был исключительным.
Озадаченный, он взглянул на подпись. Знакомое имя будто распахнуло давно запертую дверь, и поток болезненных воспоминаний захлестнул его с головой.
Всего один краткий, скупой абзац. Он прочёл его дважды, повторяя про себя каждое слово. Потом судорожно скомкал листок.
Это не должно было так сильно волновать его - сейчас, после стольких лет... Проклятье, это вообще не должно было его волновать. И всё же его руки дрожали. Какая-то часть его сознания отрешённо диагностировала состояние лёгкого шока, но сам он чувствовал только слабость и пустоту внутри. На мгновение он подумал, не позвонить ли Джиму Кирку. Хотя нет, тогда пришлось бы говорить, объяснять... снова вспоминать. Зачем?
Ведь он уже всё решил для себя, давным-давно. Он надеялся, что оставил это позади... и только сейчас понял, как тщетна была надежда.
Маккой разглядывал комок бумаги на своей ладони, пытаясь пересилить нарастающую горечь.
Господи, я слишком стар, слишком устал, чтобы начинать эту борьбу сначала.
В спальне на комоде лежал декоративный металлический поднос. Маккой бросил на него скомканное письмо, выдвинул нижний ящик и достал потрёпанную дорожную сумку. Вытащил оттуда миниатюрный лазерный зонд и щёлкнул кнопкой - на тонком кончике зажглась раскалённая точка. Прикосновение зонда оставило на бумаге маленькое тёмное пятно, потом пошёл слабый дымок. Через секунду бумага вспыхнула.
- Тревога! Тревога! Возгорание в помещении!
Маккой криво усмехнулся.
- Это, уважаемый бортовой компьютер, всего лишь дым погребального костра. Конечно, это против правил.
Пламя уничтожило тонкий лист и быстро погасло. Тревожный сигнал умолк. На подносе осталась лишь щепотка лёгкого пепла.
Нечего было и думать о сне, но Маккой был слишком выбит из колеи, чтобы заняться чем-нибудь ещё. С другой стороны, бодрствовать означало снова погружаться в воспоминания, воскрешать прежние обиды, гнев, боль...
Нетвёрдыми шагами доктор вернулся в кабинет. Рискелианский мескаль должен был отлично справиться с поставленной задачей. Встряхнув бутылку обеими руками, Маккой до краёв наполнил приземистый стакан бледно-красной жидкостью.
- За воды Леты! - провозгласил он и ополовинил стакан одним глотком. Жгучий огонь вспыхнул в горле и прокатился по всему телу, вышибая слезу: "Красная Новая" имела нешуточный градус. То, что надо.
Прежде чем остаток порции отправился по назначению, дверной звонок возвестил о приходе посетителя. Маккой не имел ничего против - чем больше отвлекающих факторов, тем лучше.
- Войдите.
В комнату вошёл Спок, чудом удерживая в руках груду дискет и электронных чипов. На лице его пребывало выражение полной сосредоточенности и погружённости в себя, как всегда во время ремонта или переоборудования корабля. Без всякого предисловия он обрушил на доктора длинную фразу, полную невообразимых технических терминов. В период напряжённой работы вулканец иногда пренебрегал человеческими стандартами вежливости.
- Погодите, - прервал его Маккой взмахом руки. С некоторым усилием он заставил свой голос звучать твёрдо. - Я не расслышал и уж тем более не понял, что вы там сказали. Я ждал чего-нибудь вроде "Доброе утро, как поживаете" или хотя бы просто "Здравствуйте, доктор".
Спок не стал спорить.
- Здравствуйте, доктор, - ровно сказал он и повторил сначала: - Демпферы электромагнитных импульсов не обеспечивают полной защиты при циклическом резервном копировании внутренних системных файлов для медтестера PF-3500...
- ...и я ни слова не понял, - категорически заявил Маккой, сделав ещё один хороший глоток. - И вообще я сейчас не на дежурстве.
Старший помощник не позволил сбить себя с толку.
- Я прошу вашего разрешения на перенастройку компьютерных систем медицинского отдела. Это никак не отразится на функционировании отдела и на состоянии пациентов.
- Если бы вы сразу так сказали, то сэкономили бы своё и моё время. Я-то думал, вы спешите поскорее вернуться к работе.
Маккой злорадно усмехнулся, видя, как сжались губы вулканца. Подразнить Спока - это было лучше любого тонизирующего из корабельной аптечки.
- Распишитесь здесь, - сухо проговорил старший помощник, протягивая электронный блокнот.
Прежде чем отставить стакан, Маккой проглотил остаток "Красной Новой". Его рука слегка дрожала, когда он взял планшет, и это не укрылось от внимательных глаз Спока.
- Не смотрите на меня с таким осуждением, мистер Спок, - Доктор быстро нацарапал свои инициалы на бланке и вернул планшет. - Я не пьян. По крайней мере, пока. Не желаете выпить со мной, прежде чем погрузиться в свои компьютерные дебри?
Изогнутая бровь взлетела к самой чёлке.
- Пристрастие человеческих особей к поглощению большого количества смесей на основе этанола...
"Есть контакт!" - возликовал Маккой, наливая себе вторую порцию.
- ...не перестаёт меня удивлять. Зачем вы так настойчиво придерживаетесь этой традиции, несмотря на ядовитые свойства алкоголя?
- Не "несмотря на", мистер Спок. Благодаря его ядовитым свойствам, - Маккой сопроводил свой тезис изрядной дозой обжигающего питья.
Вулканец насупился, внезапно осознав, что его в очередной раз вовлекают в спор, который он не сможет выиграть, поскольку логика не входит в правила этой игры.
- Я должен вернуться к своим обязанностям, - отчеканил он, игнорируя довольную ухмылку Маккоя, и повернулся к двери.
Интерком снова разразился свистом.
- Внимание всем постам. Регулировка гравитации через десять секунд.
- Эй, Спок, - позвал Маккой, не желая отпускать добычу так легко. - Я хотел ещё обсудить с вами ту маленькую сделку, которую вы сорвали Джиму на торговой станции...
Он потянулся следом, и в этот момент палуба задрожала и покачнулась. Старший помощник был готов к толчку и удержался на ногах, но Маккой взмахнул руками, теряя равновесие. Гул двигателей заглушил звон разбитого стакана и тупой удар кости о твёрдый металл.
- Маккой!
Пол вздымался и опадал, словно "Энтерпрайз" качало на крутой волне. Несколько секунд потребовалось Споку, чтобы ползком добраться до доктора. Маккой лежал на спине, запрокинув голову. Кровь растекалась тёмной лужицей из-под затылка.
- Регулировка гравитации завершена. Повторяю, регулировка гравитации завершена.

ГЛАВА 4

Кирк с болезненным любопытством рассматривал искорёженный пилон варп-гондолы. Его контуры, когда-то строгие и элегантные, превратились в нечто скрученное и согнутое, нарушая параллельную симметрию конструкции корабля. Потрескавшаяся, изрытая оспинами поверхность пилона была заляпана тёмными пятнами, словно кровью, - в момент столкновения кипящий металл френнийского судна буквально вплавился в обшивку.
С той секунды, как камера зонда начала передавать изображение, на мостике царило угнетённое молчание. Скотти составил первый доклад о повреждениях спустя считанные часы после атаки, но никакие словесные описания не могли подготовить команду к этому зрелищу. Умелые руки главного инженера способны были творить чудеса, но и ему не под силу было залечить эту рану в условиях открытого космоса, без материалов и строительных агрегатов.
- Если бы мы не остановились на время спасательной операции, то превратились бы в пыль, - вздохнул Скотти. - Разнесло бы двигатели, будь мы на ходу.
Он стоял рядом с Кирком возле инженерной консоли мостика, но, в отличие от капитана, избегал смотреть на обзорный экран. Не так давно он сам обследовал зону повреждения на шаттле; картина, выжженная в его памяти, была куда подробнее и страшнее, чем переданная с зонда.
- Если бы мы не остановились, нас бы не атаковали, - с горечью ответил капитан.
Сколько раз он мысленно возвращался назад, снова и снова проходя всю цепочку событий, от сигнала бедствия до столкновения... И всякий раз убеждался, что действовал единственно возможным образом. Он ошибся, попался на уловку, но в тот момент не было способа распознать обман.
"И всё-таки... всё-таки я должен был знать..."
Камера медленно переместилась на пилон второй двигательной гондолы. Его скруглённые профили были испещрены мелкими пробоинами от осколков, словно гигантская рука небрежно посыпала их молотым перцем.
- Сейчас накладываем последние заплатки. Мы должны были восстановить корпус за пять часов, но у нас не хватает рук, чтобы снова загерметизировать все отсеки. На обслуживании систем жизнеобеспечения и прочих регулярных работах осталось всего две бригады.
Вытянутое лицо Скотти было серым от усталости, но ещё больше - от горя. Ущерб, причинённый любимому кораблю, давил на него тяжким грузом.
- Как скоро мы сможем убраться отсюда? - спросил Кирк.
Удручающий вид на экране заставил его усомниться в том, что "Энтерпрайз" вообще способен сдвинуться с места, не взорвавшись. Тем не менее Скотти заверил его, что они в состоянии добраться до ремонтного дока торговой станции.
- Сама гондола, как ни странно, почти невредима, - пояснил он. - Но если мы попытаемся запустить двигатель, хотя бы с до-варповой мощностью, усилие от движущего момента просто оторвёт её. Как только загерметизируем основные отсеки, ремонтные бригады смогут укрепить место соединения с корпусом. Работать она всё равно не будет, но по крайней мере не отвалится по дороге.
Главный инженер слегка поёжился. Температура на мостике упала на несколько градусов: ледяное дыхание глубокого космоса понемногу высасывало из корабля остатки энергии.
- Варп-привод нам не восстановить, пока не доберёмся до сухого дока и не заменим пилон целиком. Но импульсные двигатели достаточно надёжны.
На экране вытянулась во всю длину правая гондола - целая, невредимая, но, увы, бесполезная в одиночку. Команда мостика вернулась к своим обязанностям. Негромкий гул голосов заполнил помещение.
- Оценка времени, мистер Скотт?
Шотландец тяжело вздохнул. Кирк вечно требовал от него точных предсказаний в непредсказуемых условиях.
- Минимум сорок восемь часов, может быть, больше. В зависимости от...
Он слишком устал, чтобы перечислять множество факторов, которые могли осложнить ситуацию, и без того достаточно скверную. Кирк не настаивал.
- Оружие?
- Фазеры в рабочем состоянии, но энергии мало. Дилитиевый кристалл треснул, когда этот чёртов камикадзе врезался в щиты.
Очень некстати.
Френнийский корабль взорвался между поднимаемыми щитами, превратившись в убийственный металлический смерч, который и нанёс столь разрушительный удар по двигательным узлам "Энтерпрайза". Что случилось бы, если бы щиты не остановили этот безумный бросок? Собирались ли чужаки высадиться на "Энтерпрайз" и захватить его силой, или хотели лишь уничтожить звездолёт вместе с собой? Теперь об этом можно было только гадать.
- Дефлекторы?
 Самый больной вопрос Кирк приберёг напоследок. Скотти подтвердил его худшие опасения:
- Дырявые, как старое решето. Даже ручной фазер пробьёт их на раз.
- По крайней мере, мы живы, - хмуро сказал Кирк, ища хоть какой-то проблеск света в их невесёлом положении.
- Думаю, что да, - Скотти был так утомлён, что даже мысль о продолжении жизни не могла обрадовать его. - Не считая того, что мы торчим здесь, как подсадная утка для любого, кому захочется пальнуть в нас.
Кирк знал это слишком хорошо.
- Это моя задача, Скотти. А вы уж постарайтесь вытащить нас отсюда. За сорок восемь часов.
- Есть, - буркнул главный инженер, но вид у него был явно озабоченный.
Капитан продолжил обход.
- Лейтенант Ухура, вы уверены, что связь работает?
- Да, капитан. Я принимаю сигналы космического буя в этом секторе на навигационной частоте, уровень статики на переговорной частоте - не выше нормы. Мы немного в стороне от зоны активного радиообмена, но я поймала несколько слабых передач с торговой станции, вероятно, рутинные запросы. Сигналов бедствия нет, как и кодированных сигналов.
Возможно, это означало, что клингоны покинули территорию Федерации. Возможно, нет. В любом случае, "Энтерпрайз" соблюдал полное радиомолчание в предположении, что клингоны или те враждебные существа могут находиться в пределах сектора. Учитывая плачевное состояние звездолёта, любой посланный с борта сигнал мог стать приговором, если противник засечёт их местонахождение. Вместо радиосообщения в пространство полетели два беспилотных аппарата с записями: один - на торговую станцию, чтобы предупредить персонал о возможном нападении; второй - на ближайшую Звёздную Базу, с полным рапортом командованию Звёздного Флота. Последнему, несмотря на миниатюрный варп-двигатель, понадобится не меньше двух недель, чтобы достичь цели.
Кирк стиснул зубы, вспоминая просьбу о помощи, приложенную к рапорту. Он не любил просить о помощи; ещё больше он не любил нуждаться в ней. Впрочем, с учётом расстояния, отделяющего "Энтерпрайз" от Звёздной Базы, им пришлось бы чертовски долго ждать подкрепления. Либо за это время они сами выпутаются из беды, либо... помощь уже не потребуется.
Ухура продолжала:
- Корабельные коммуникации - это совсем другая история. Чехов разбирает линии интеркома, чтобы достать запчасти для ремонта компьютеров. Я каждый час теряю связь с какой-нибудь палубой.
Пока она говорила, Кирк услышал за спиной мягкое шипение дверей турболифта. Он ещё не видел входящего, но узнал эти почти беззвучные шаги.
- Мистер Спок, я жду отчёта о состоянии сенсорных систем...
Он осёкся на полуслове, взглянув на старшего помощника. Тёмные маслянистые пятна на тунике Спока пугающе напоминали кровь - но кровь человека, не вулканца.
- Капитан, ваше присутствие требуется в лазарете.
- Проблемы с медицинскими компьютерами? - по инерции спросил Кирк, уже понимая, что дело не в них. За годы совместной службы он научился различать едва заметные оттенки выражений на непроницаемом лице Спока. Таким мрачным Кирк давно его не видел.
- Доктор Маккой пострадал в результате несчастного случая. Он находится в операционной.
Всё-таки человеческая кровь...

У дверей реанимационного отделения Кирк замедлил шаг. Он не избегал посещений, когда это было необходимо, но всей душой ненавидел это место.  Оно было для него символом поражения - его поражения в борьбе за жизнь и благополучие экипажа. Проходя между рядами кроватей с неподвижными телами, он ощущал внутри почти физическую боль. Если бы он распознал засаду раньше, если бы действовал на несколько секунд быстрее, эта комната могла бы быть пустой.
- Капитан, - Кристина Чепэл уже ждала его. - Доктор Кортехо закончил операцию. Доктор Маккой ещё не приходил в сознание, но его состояние стабильно.
Профессиональная холодность, звучавшая в каждом слове, была для неё своего рода щитом от эмоциональных потрясений, неизбежных в её работе. Не самый лучший признак. Кирк меньше бы тревожился о состоянии Маккоя, если бы она не прятала своё беспокойство так тщательно.
- Я хочу видеть его, - сказал он вслух. Воспоминание о кровавых пятнах на рубашке Спока всё ещё не отпускало его.
Медсестра кивнула.
- Он в резонансной камере. Доктор Кортехо сообщит вам все подробности, как только закончит сканирование. А теперь извините меня, я должна вернуться к пациентам.
Ей надо отдохнуть, подумал Кирк, провожая её взглядом. Да и всем на борту, включая его самого, не помешало бы хорошенько выспаться. К сожалению, это не означало, что в ближайшем будущем им представится такая возможность.
Он двинулся дальше, вглубь медицинского отсека. Ещё из-за угла он услышал голос со звонким акцентом, принадлежащий человеку, который в данный момент возглавлял медицинскую службу корабля.
Эдуардо Альварес Кортехо не пользовался большой любовью экипажа. Склонность к полноте он компенсировал горделивой осанкой и всегда высокомерным видом. На всех, кто не числился в его штате, он смотрел с невыносимым презрением и казался полной противоположностью дружелюбному, отзывчивому Маккою. А поскольку на Маккоя, как на главу медслужбы, равнялся весь лазарет, то заносчивые манеры Кортехо раздражали всех медицинских работников. Лишь взаимное уважение к хирургическим талантам друг друга удерживало двух врачей от открытой вражды. Маккой вряд ли бы одобрил, что Кортехо будет управлять лазаретом в течение следующих нескольких дней.
Однако, взглянув на  резонансную камеру и того, кто находился в ней, Кирк ясно осознал, что его старший медицинский офицер пребывает не в том состоянии, чтобы заботиться о подобных вещах.
Маккой лежал на спине под прозрачным колпаком, тихий и такой неподвижный, каким здоровый человек не бывает даже во сне. На осунувшемся, бледном до синевы лице резко обозначились скулы. Словно в насмешку, сама рана на голове была почти незаметна - просто маленький кусочек пластыря за правым ухом пострадавшего.
- Что с ним? - спросил Кирк у двух врачей, стоявших рядом с камерой.
- Он в коме, капитан.
Это сказал не Кортехо. Кирк взглянул на молодую женщину, смуглую и стройную, чьё лицо было ему как будто знакомо. Он смутно припомнил, что её прислали на "Энтерпрайз" для прохождения ординатуры, обязательной для будущих врачей Звёздного Флота. Но чего он точно не мог вспомнить, так это её имени: стажёры приходили и уходили слишком часто, чтобы удержать в памяти их всех.
- Доктор Дайсон, приступайте к сканированию, - отрывисто бросил Кортехо. - Я что, сам должен возиться с кнопками?
Девушка залилась краской, но тут же опустила глаза, блеснувшие скорее гневом, чем смущением. Кусая губы, она отвернулась к панели управления.
Тихий гул заполнил комнату. Сквозь прозрачные стенки камеры Кирк мог видеть, как узкая платформа с телом Маккоя движется вперёд и назад через сканирующие кольца. Тонкие пучки магнитных волн медленно перемещались по телу, посылая в компьютер кадр за кадром - миллионы срезов микронной толщины, будто сделанных невидимым скальпелем. Пальцы доктора Дайсон проворно бегали по кнопкам, преобразуя полученную информацию в голографическую копию пациента, в его призрачного двойника, повисшего в воздухе над проекционной панелью. Голова изображения пестрела множеством цветов: здесь сканер делал снимки с максимальной частотой.
Подкрутив несколько регуляторов для большей чёткости, Кортехо начал  объяснять:
- Травмы были получены в результате действия нескольких факторов. Непосредственный удар об угол стола повлёк за собой поверхностную рану волосистой части головы и линейный перелом черепа, - Указательный палец врача прошёлся по яркой пурпурной линии на оранжевом черепе. - К счастью, потеря крови была умеренной и затылочная кость осталась невредима. Также нет осколков кости, которые могли бы повредить ткани мозга. Таким образом, с точки зрения хирургии, повреждения минимальны и легко устранимы. Однако удар, нанесённый по свободно откинутой, подвижной голове, привел к акселерационному сотрясению. Последствия этой травмы могут быть серьёзными, хотя по результатам осмотра на данный момент я склоняюсь к оптимистичному прогнозу. Доктор Дайсон - специалист по неврологическим обследованиям.
Врач отступил в сторону, освобождая своей помощнице место у панели. 
Кажется, Дайсон стеснялась быть в центре внимания. Тем не менее она говорила чётко и деловито, словно на лекции.
- Основной механизм первичного диффузного повреждения мозга после тупой травмы головы - растяжение и разрыв нервных волокон и кровеносных сосудов. Исследование энцефалограммы доктора Маккоя не выявило видимых разрушений или разрыва тканей. Однако в данный момент мы не в состоянии определить, подверглись ли растяжению нервные волокна. Единственным показателем в этом случае может служить неврологическая функциональность, но оценить её можно будет лишь после пробуждения. Что касается вторичных механизмов, то имело место кратковременное повышение внутричерепного давления, но недостаточно сильное, чтобы повредить мозг. Никаких признаков смещения нервных тканей, отёка или кровоизлияния. Это большая удача, что мистер Спок оказался рядом и сразу же вызвал санитаров. Любая задержка перед операцией увеличила бы риск развития осложнений...
- Кстати об операциях, - перебил её Кортехо. - Я должен вернуться к своей работе. Здесь мне больше нечего делать.
Он неприязненно дёрнул головой в сторону капитана, что, видимо, должно было означать учтивый кивок, и вышел, не удостоив девушку-ординатора ни словом. Кирк начал понимать, почему этот человек так раздражает Маккоя, но размышления о недостатках Кортехо отошли на второй план; сейчас капитана беспокоил совсем другой вопрос.
- Это растяжение нервных волокон - чем оно грозит?
Дайсон неопределённо пожала плечами.
- Последствия могут быть разными - от лёгкого сотрясения до нарушения памяти, механизмов узнавания, ассоциативных связей, двигательной координации... В таких случаях потребуются месяцы или даже годы  восстановительной терапии. Но пока он без сознания, мы не можем определить тяжесть аксонального повреждения. Обычно, чем дольше длится кома, тем выше вероятность ухудшения, но в данном случае трудно судить о причине потери сознания. Доктор Маккой только что сменился с дежурства после тяжёлой работы в операционной. Сестра Чепэл сказала, что он был очень утомлён, когда пошёл к себе. И ещё... - она слегка заколебалась, - уровень алкоголя в его крови был повышен. Не до состояния опьянения, но в сочетании с усталостью, потерей крови и травмой... В общем, он явно заслужил небольшой отдых, - закончила она с вымученной улыбкой.
Как ни странно, этот мрачный юмор немного развеял тревогу Кирка.  Под обычной робостью младшего офицера, разговаривающего с командиром, он чувствовал в этой девушке острый, проницательный ум и незаурядную медицинскую подготовку. Интересно, что думал Маккой о её профессиональных качествах?
Сканирование закончилось. Две медсестры бережно перекатили безвольное тело на гравиносилки и вынесли его из палаты под внимательным присмотром Дайсон. Здесь Кирк больше ничего не мог сделать.
Что за дурацкое происшествие, думал он, входя в турболифт. После всех военных стычек, после встреч с враждебными аборигенами на десятках неизученных планет, после этой сумасшедшей скачки по всей Галактике - разбить себе голову во время рутинных гравитационных испытаний! Когда Маккой выздоровеет, в чём Кирк не сомневался, ему надо будет дать медаль за неуклюжесть. Доктор давно грозился ввести особый знак отличия для членов экипажа, которые падают с лестниц, обжигаются о горячие трубопроводы и роняют себе на ноги тяжёлые агрегаты.
Турболифт просигналил об остановке и распахнул двери, выпуская капитана на мостик. Сейчас же со всех сторон на него обратились взгляды, полные ожидания и надежды. Несмотря на принадлежность к медицинской службе, Маккой часто маячил на мостике, и здесь его считали своим человеком.
- Он пока без сознания, но стабилен, - сообщил Кирк и добавил, обращаясь к Ухуре: - Доктор Дайсон будет посылать отчёты как можно чаще.  Если что-нибудь изменится, сразу же дайте мне знать.
Он повернулся к компьютерной консоли.
- Мистер Спок?
Его старший помощник был в буквальном смысле погружён в работу, почти целиком скрывшись под своей панелью управления. Снаружи остались только его ноги в чёрных ботинках. Время от времени ноги шевелились и из-под металлического кожуха доносились приглушённые фразы на вулканском языке.
- Если бы я хуже знал вас, я подумал бы, что вы ругаетесь, - усмехнулся капитан.
- В вулканском языке отсутствует ненормативная лексика, - уже отчётливее отозвался Спок, не без труда выбираясь обратно на палубу. В одной руке он сжимал электронную микросхему. Кирк отметил, что он уже надел чистую тунику. - Неблагоприятные обстоятельства можно изменить лишь действием, а не символической вербализацией негативных эмоций.
- И какие же действия вы предпринимаете?
Ответ он мог бы прочитать по пальцам Спока, которые колдовали над микросхемой, что-то нажимали, сдвигали, отвинчивали, извлекая крошечные платы из гнёзд. Вулканец не отрывал глаз от работы и не смотрел на капитана; лишь его реплики показывали, что он знает о присутствии человека рядом.
- Импульсные демпферы восстановлены. В компьютерных схемах имеются единичные отказы, но все повреждённые элементы уже выявлены, - Он мысленно прошёлся по списку первоочередных задач. - Мистер Чехов руководит инженерной бригадой по установке резервных блоков памяти во всех системах, необходимых для передвижения и обороны корабля.
Спок слегка подчеркнул последние слова. Значит, слух о стёртых кинозаписях в комнате отдыха был верным. Ладно, всё равно им ещё долго не придётся отдыхать.
- Сенсоры ближнего действия будут включены через семь минут, - Спок закончил тонкую работу и вставил исправленную схему в раскрытую панель. - Для грубой калибровки потребуется ещё час.
Кирк вздохнул про себя. Уже не слепые, но ещё не вполне зрячие. Что ж, это всё равно лучше, чем ничего.
- Как насчёт сенсоров дальнего действия?
Спок уже нырнул обратно в недра консоли, но его чуткий слух различил вопрос. Кирку, чьи уши были не столь восприимчивы, пришлось нагнуться, чтобы расслышать ответ:
- Их восстановление продлится дольше, поскольку они пострадали от прямого физического воздействия. Мистер Скотт оценивает время ремонта оборудования приблизительно в двенадцать часов. Ещё четыре часа потребуется для калибровки.
Шестнадцать часов.
- Спок, мы всё ещё понятия не имеем, кто напал на нас и почему. Возможно, мы окружены армадой этих существ, но не увидим их, пока не столкнёмся нос к носу.
- Несколько удручающая метафора, капитан, - Снизу что-то звякнуло, и компьютерная консоль ожила, издав серию подтверждающих сигналов. - Но в целом верная.
Капитан вполголоса вербализовал несколько крепких символических эмоциональных выражений.
Самоубийственная атака чужаков была не только совершенно неожиданной, но и необъяснимой. Кирк был незаурядным тактиком, но даже ему требовалась хоть какая-нибудь информация о природе его противника. Тела, найденные на месте катастрофы, не принадлежали ни к одной расе Федерации или её союзников. Не были они и кем-то из известных врагов Федерации. Впрочем, враждебность этих существ не вызывала сомнений: по оценке ксенобиолога Фрейзера, около двадцати особей уничтожили себя, чтобы обездвижить "Энтерпрайз". Эта отчаянная акция внушала сильное подозрение, что в секторе могут находиться и другие вражеские корабли. Корабли, которые скрываются совсем рядом, за пределами видимости сенсоров...
- Капитан, - Спок прервал его раздумья. - Сенсоры ближнего действия будут в норме очень скоро...
Старший помощник уже поднялся с пола и теперь склонился над терминалом, отщёлкивая на клавиатуре быструю комбинацию команд.
- Точнее... сейчас.
Одновременно с его словами вспыхнула жёлтая лампа и воющий звук сирены наполнил помещение мостика.

ГЛАВА 5

Медленное, размеренное мигание огней жёлтой тревоги начинало действовать Кирку на нервы. За последние десять часов им не удалось уловить ничего, кроме слабого мерцания на границе видимости сенсоров. Достаточно близко, чтобы вызвать предупредительный сигнал, но слишком далеко, чтобы предпринимать активные действия. Хотя вряд ли "Энтерпрайз" был способен на какие-нибудь действия в своём нынешнем состоянии. И, потом, неясное мерцание могло быть всего лишь эхом, влиянием остаточной ионизации после взрыва на чувствительное оборудование.
Конечно, на обзорном экране не было видно никаких чужих кораблей, лишь слабое сияние далёких звёзд. Некоторое время Кирк бесцельно изучал их, потом устало сгорбился в своём кресле, борясь с желанием ещё раз запросить рапорты со всех палуб. Напряжённое ожидание изматывало сильнее любой физической нагрузки.
Если он подолгу задерживался на одном месте, к нему тут же подходила старшина со стопкой документов на подпись, поэтому Кирк поднялся на ноги. Он постоял перед экраном, с деланным интересом разглядывая неподвижное изображение, потом отошёл и медленно двинулся по периметру мостика, рассеянно кивая работающим людям, пока не достиг терминала связи.
- В диапазоне аудиосвязи никаких перемен, капитан, - Для тех, кто хорошо знал Ухуру, этот чеканно-звонкий голос был верным признаком тщательно сдерживаемой ярости. - Результаты поиска по всем частотам по-прежнему отрицательные.
То же, что и десять минут назад. Кирк придал лицу непроницаемое выражение, которое вряд ли могло обмануть связистку. Он посмотрел на компьютерную консоль, но не решился подойти. Спок был явно озабочен тем, что не может вытрясти из повреждённых сенсоров более достоверную информацию. Отвлекать его от работы означало бы лишнюю задержку в ремонте, а время было дорого.
Пожалуй, впервые Кирк пожалел, что его экипаж так слажен и так замечательно подготовлен. Если бы работа вокруг него выполнялась хоть немного хуже, это дало бы ему законный повод попридираться к офицерам и тем отвлечься от гложущего его беспокойства. Но каждый на мостике занимался своим делом, будь то ремонт, расчёты или наблюдение, с безупречным профессионализмом.
Бездействие было сродни нестерпимой жажде. Но что, черт побери, он мог сейчас сделать?
Словно в ответ на его мысли, Ухура замерла над консолью, прижимая к уху наушник, и одарила Кирка сердечной улыбкой.
- Капитан, доктор Дайсон просит вас прийти в лазарет. Кажется, доктор Маккой приходит в себя.
Никто не поднял головы, не оторвался от работы, но настроение на мостике разом поднялось на несколько градусов.
- Спасибо, лейтенант, - Кирк подавил вздох облегчения. - Мистер Спок, примите управление.
Последние слова он произнёс уже на полпути к турболифту.
- Есть, капитан.
Старший помощник выпрямился, отложив очередную микросхему. На  столе и на палубе вокруг него в рабочем беспорядке валялись бракованные платы.
- И, капитан...
Кирк остановился у лифта, оглянулся на вулканца:
- Мистер Спок?
- Когда доктор Маккой придёт в сознание, пожалуйста, сообщите ему, что компьютеры медицинского отдела полностью функционируют.
- Конечно. Я понимаю.
Кирк действительно понимал. Он хорошо знал своего сдержанного друга и услышал в его скупых словах то, о чём Спок никогда не сказал бы вслух, в присутствии других офицеров: искреннее беспокойство за Маккоя и надежду на его скорое выздоровление.
Медицинский персонал "Энтерпрайза" был слишком квалифицирован, чтобы проявлять заботу об одном пациенте, обделяя вниманием остальных. Но по удивительному совпадению у большинства врачей и медсестёр нашлись дела, требующие их присутствия в реанимационном отделении именно в это время. Кирк мог лишь удивляться тому, как старательно они обходили один дальний угол, предпочитая слоняться по периметру палаты.
Доктор Дайсон и сестра Чепэл стояли над кроватью Маккоя с двух сторон, как почётный караул, внимательно изучая показатели на диагностическом мониторе. В отличие от других мониторов в палате, сигналы на этом  были почти в норме. Кирк отнюдь не был врачом, но за время службы успел познакомиться с медицинским оборудованием - и даже ближе, чем хотелось бы.
Несмелая улыбка Чепэл подтвердила его диагноз.
- Он выходит из комы, капитан, - тихо пояснила она, в то время как её взгляд перебегал с диагностической панели на Маккоя и обратно.
Кирк сдержанно кивнул, зная, что радоваться пока что рано.
- Что насчёт мозгового повреждения?
- Об этом ещё рано говорить, - рассеянно пробормотала Дайсон. - Мозг - загадочный орган, и ещё не создан прибор, способный исследовать его во всех тонкостях.
Её глаза не отрывались от стрелки одного из индикаторов, ползущей вверх неуверенными рывками.
- Думаю, он вот-вот придёт в себя, - Она наклонилась и взяла Маккоя за плечи. - Доктор Маккой, вы слышите меня? Вы достаточно долго спали.
За словами последовало осторожное встряхивание.
- Вы должны проснуться. Ответьте мне, доктор Маккой.
Откликом был лишь слабый трепет ресниц.
- Боунс, очнись!
Кирк попытался выдержать тон приказа, но его слова прозвучали скорее как просьба. 
Маккой слегка пошевелился.
- Ага! - воскликнула Дайсон и несколько раз хлопнула его по щекам. - Ну же, проснитесь и дайте мне по шее за издевательства над пациентом!
Ресницы Маккоя снова затрепетали, и с невнятным стоном он открыл глаза. Взгляд его был ясным, осмысленным.
- Что случилось? - сиплый голос врача прозвучал не громче кваканья.
- Вы сами можете сказать мне? - спросила Дайсон. - Что вы помните?
Тёмные брови нахмурились в раздумье.
- Я упал. Ударился головой. И она болит.
- Держу пари, что да. Вы заработали славную трещину в черепе. Теперь скажите, кто вы?
Он колебался лишь секунду.
- Доктор Леонард Г. Маккой, - Его голос уже немного окреп.
- Где вы находитесь?
Кирк улыбнулся её педантичному тону. Чёрта с два этот ворчун позволил бы себя допрашивать, не будь он так слаб.
Приподнявшись на локте, доктор оглядел троих людей, собравшихся у его кровати, потом комнату, в которой они находились.
- Ну... это, наверное, госпиталь, но чёрт меня возьми, если я когда-нибудь видел такой. А что, мы далеко от ранчо?
- Ранчо? - переспросила Дайсон. Её голос был ровным, но рука на плече доктора напряглась.
- Ну да, "Чёрная Шпора". Конечно, брыкающиеся лошади - не самый безопасный способ провести отпуск. Но я и не подозревал, что в этой дыре есть такая современная клиника... - Он растерянно умолк, осматриваясь по сторонам. Потом его взгляд остановился на золотистой форме Кирка. - Я ведь уже не в Вако?
- Нет-нет, - ласково сказала Дайсон, послав капитану предостерегающий взгляд, чтобы тот не вмешивался. - Расскажите мне подробнее о том, что случилось.
Маккой откинулся на кровати, осторожно устроив голову на подушке. В его речи отчётливо слышался тягучий южный выговор.
- Я толком не помню само падение, но это обычное дело при травме головы. Наверное, я забыл последние две-три минуты, - Он снова повёл вокруг рассеянным взглядом. - В общем, я ехал на том гнедом дьяволе, у которого дурной нрав и железные губы. У нас вышел небольшой спор насчёт прыжков через проволочные изгороди. То есть он хотел прыгать, а я - нет. Так или иначе, спор закончился не в мою пользу.
Он обозначил рукой нечто очень высокое.
- Полагаю, мы приземлились порознь, но я не помню, на что это было похоже. Я, наверное, здорово стукнулся, потому что не помню и того, как попал сюда, - Тень беспокойства скользнула по его лицу. - Надолго я отключился?
- Вы были без сознания несколько часов, - легко сказала Дайсон. - А теперь вам пора заснуть и хорошенько выспаться.
Она взглянула на Чепэл.
- Сестра, приготовьте успокоительное.
- Мне не нужно успокоительное! - огрызнулся пациент знакомым сварливым тоном.
- Я ваш лечащий врач, и вы будете делать то, что я скажу, - отрезала Дайсон.
Вопрос явно не подлежал обсуждению. Сила воли этой хрупкой женщины была на голову выше её самой.
- Ладно, из уважения к вам, коллега, - неохотно сказал Маккой, - я буду выполнять предписания.
Чепэл прижала инъектор к его плечу и впрыснула лекарство.
- Вам скоро станет лучше, - проговорила она мягко.
- Спасибо, сестра.
Его веки медленно опустились. Кирк беспомощно смотрел на засыпающего друга. После первого всплеска любопытства при виде незнакомой формы Маккой ни разу взглянул на него.
Дайсон быстро, вполголоса отдавала распоряжения, одновременно записывая какие-то примечания на своём планшете.
- Крис, организуй для него отдельное помещение, даже если это будет запасной туалет. Знаю, это непросто, когда лазарет набит до отказа, но ему пока нельзя общаться с экипажем. Мне понадобится монитор, но в остальном постарайся обойтись без сложной аппаратуры. Это уменьшит его дезориентацию, когда он будет в состоянии осмотреться повнимательнее. И выключи там громкую связь, чтобы он не слышал никаких объявлений по интеркому. Где доктор Кортехо?
Медсестра на миг задумалась, восстанавливая в памяти расписание дежурств.
- В операционной. Он пробудет там ещё не меньше часа.
- М-м-м... Ладно, сейчас он всё равно не поможет, но если поймаешь его на выходе, расскажи ему, что тут творится. Похоже, он останется нашим начальником ещё на какое-то время.
Сотни вопросов теснились в голове Кирка, он едва сдерживался. Должно быть, нетерпение всё же отразилось на его лице, потому что Дайсон бросила на него быстрый взгляд.
- Ещё несколько минут, капитан. Потом мы сможем поговорить.
Она жестом пригласила его следовать за ней, продолжая строчить на ходу. К тому времени, как они достигли её кабинета, планшетка была полностью исписана.
Дайсон включила голосовое управление медицинским журналом.
- Компьютер, внести следующую запись в карту пациента Леонарда Маккоя, - Она подключила планшетку к разъёму.
- Чтение данных, - отозвался синтезированный голос машины.
Лишь после этого женщина повернулась к капитану.
- За исключением потери памяти, у доктора Маккоя не наблюдается признаков вербальной афазии* или других нарушений речи. Координация движений в норме, насколько можно судить по кратковременным наблюдениям. После проведения неврологических тестов мы узнаем, нет ли каких-либо скрытых нарушений. В остальном я пока воздержусь от точных прогнозов; амнезия - одно из наименее изученных расстройств мозга. Она может быть кратковременной - до следующего пробуждения - а может продлиться несколько месяцев. Или даже всю жизнь.
- Такой ответ меня не устраивает.
В словах капитана не было упрёка - только горечь и разочарование.
- Он забыл последние несколько лет собственной жизни. Он не узнал ни меня, ни корабль; я даже не уверен, что он узнал форму Звёздного Флота. Как глубоко в прошлое простирается эта амнезия?
- А вот это можно узнать прямо сейчас. В любом случае надо определить, в каком времени он себя осознаёт, прежде чем объяснять ему ситуацию. Компьютер, показать полную медицинскую карту пациента Леонарда Маккоя.
- Принято. Запись на экране.
- Судя по его описанию, то падение было достаточно серьёзным, чтобы попасть в медицинскую карту, - Дайсон внимательно прочла текст на экране, потом начала прокручивать запись назад. Жизнь Маккоя разворачивалась перед ней - строчка за строчкой, начиная с сегодняшнего дня. Она изучала карту довольно долго, потом остановила прокрутку.
- Кажется, вот оно. "Лёгкое сотрясение и ушиб рёбер. Госпитализирован накануне вечером в клинику Вако, Техас; выписан после обычного обследования;  осложнений не выявлено", - Она подняла глаза на капитана. - Двадцать пять лет назад.
--------------------------
* Афазия - нарушение высшей нервной деятельности, утрата способности понимать чужую речь

ГЛАВА 6

Запах, пропитавший воздух в лаборатории аутопсии, заставил желудок Кирка протестующе сжаться. Зрелище тоже оказалось не из приятных. Бесформенные куски органики, плавающие в пробирках для сбора образцов, к счастью, не поддавались опознанию и потому не вызывали отторжения. Зато от вида того, что было разложено на анатомическом столе, замутило бы даже опытного таксидермиста.
Собрав волю в кулак, капитан заставил себя сосредоточиться на научной стороне вопроса.
- Конечно, это лишь примерная реконструкция внешнего облика, - пояснил лейтенант Стивен Фрейзер, помещая на стол последний фрагмент - оторванную стопу. - Мы ведь не нашли ни одного целого тела.
Неудивительно. От торгового корабля остались лишь искорёженные обломки и брызги расплавленного шлака.
- Но это не френнийцы и не клингоны? - настойчиво спросил Кирк.
- Не-а.
В повседневном общении ксенобиолог не чурался разговорных оборотов. Нудным и путанным научным стилем он изъяснялся только на бумаге. Как говорил Маккой - "типичный продукт марсианской образовательной системы".
При мысли о главном хирурге желудок капитана снова изъявил протест. Стойко игнорируя предательское поведение своего организма, Кирк придвинулся к столу, чтобы получше рассмотреть их таинственного врага.
Отделённая голова была самой большой и хорошо сохранившейся частью этой жуткой анатомической головоломки. Пребывание в вакууме удивительно мало повлияло на неё. У любого гуманоида экстремально низкое давление вызвало бы обширные подкожные кровоизлияния, но эластичная кожа этого существа осталась неповреждённой и сохранила синевато-стальной цвет. Большие ясные глаза были защищены прозрачным третьим веком. Фрейзер полагал, что их ядовито-красный цвет был естественным, а не возник вследствие баротравмы. Чёрные жёсткие волосы черепного гребня вызывающе топорщились, и лишь безвольно раскрытый клюв выглядел как уступка неумолимой смерти.
Массивная голова предполагала наличие такой же массивной грудной клетки, но в центре стола находилось лишь несколько кусков клейкой оранжевой субстанции, разложенных в случайном порядке. По обе стороны от них были выложены части конечностей, образуя подобие прямоходящей, двуногой и двурукой фигуры. Имелись также одна стопа и одна кисть руки - и та, и другая были снабжены крепкими острыми когтями.
- Эта реконструкция точна?
- В том, что касается внутреннего строения, - не очень, - признался Фрейзер, увлечённо перекладывая сомнительные части. Он был высокий и тощий, с ярким румянцем и чёрной лохматой шевелюрой. - Но основная форма восстановлена правильно. Я не пропустил ни лишних конечностей, ни хвоста.
- Мерзкое создание, - пробормотал Кирк.
Обычно он не позволял себе поддаваться ксенофобии, но, чёрт побери, эти твари пытались уничтожить его корабль!
- Мистер Спок ввёл в компьютер временное классификационное наименование, - сказал Фрейзер, - но экипаж уже окрестил этих зверюшек "Воронами".
Вороны... Слово пробудило в памяти Кирка острый запах горячей земли и соломы на золотых полях Айовы в пору жатвы и полузабытое лицо худощавой, сутулой старой женщины. Бабушка называла воронов "вестниками смерти", и в детстве он не раз вздрагивал от их резкого скрипучего карканья. Большие птицы с гладким иссиня-чёрным оперением часто гнездились на деревьях возле дома; их разбойничий нрав, их коварство и прожорливость доставляли фермерам немало беспокойства. Да, прозвище было подходящим.
И тут же ещё одна ассоциация всплыла в его сознании: вороны умны, их можно научить разговаривать и подражать любым звукам. Перед отправкой спасательной команды Кирк был убеждён, что с ним говорит капитан Эссерасс. Только безоговорочное доверие Споку поколебало эту убеждённость. Но голос, интонации, упоминание об их первой встрече... Как они могли всё это узнать? Как сумели поддерживать обман достаточно долго, чтобы "Энтерпрайз" опустил щиты?
- Эти существа - телепаты? - спросил он вслух.
Такая способность объяснила бы удивительную точность подражания. "Ворон" мог извлечь необходимую информацию из сознания настоящего капитана Эссераса или даже из сознания самого Кирка прямо во время разговора...
- Вероятно, нет, - ответил Фрейзер. - Современные исследования выявили группу характерных биохимических маркеров, имеющихся у большинства телепатических рас. У этих существ я не нашёл ничего подобного.
Значит... От ярости у Кирка похолодело в груди, даже тошнота отступила на время. Значит, информацию добывали у Эссерасса с помощью пыток. Устройства наподобие мыслефильтра действовали очень эффективно, но побочным результатом процедуры было неизлечимое безумие или смерть.
- Зато у них потрясающая нервная система, - продолжал ксенобиолог с мальчишеским энтузиазмом. - Я в жизни не видел ничего подобного. Дайсон говорит, что об этом можно написать целую научную статью.
Он ухватил голову чужака и перевернул её, чтобы показать затылочную часть черепа. Другой рукой он раздвинул волосы гребня.
- Смотрите сюда!
Сглотнув горечь, Кирк взглянул на голову. В основании гребня виднелась глубокая борозда, разделяющая череп ровно пополам.
- И что дальше? - спросил он.
- Череп разделён на две доли, в буквальном смысле, - объяснил лейтенант. - Каждое полушарие - это полноценно развитый мозг, и между ними нет никаких нервных связей. У каждого полушария есть свой мозговой ствол, и они соединяются только вот здесь, в нервном узле на стыке со спинным мозгом.
Его пальцы провели линию по задней стороне шеи и остановились на слабой выпуклости рядом с местом разрыва, отделившего голову от туловища.
- Случаи развития двойного мозга очень редки среди высокоразумных существ. Даже если один мозг доминирует, а второй представляет собой просто плотный сгусток нейронов, контролирующий отдельные функции вегетативной нервной системы. 
- Мутант? - предположил Кирк.
- Нет. Насколько можно судить по другим фрагментам, это, кажется, общая черта Воронов, - Молодой человек пожал плечами. - Но мы не можем понять, зачем им два мозга. В условиях эволюционной борьбы это не преимущество, а фатальный недостаток. Прежде чем изучать их дальше, нам нужен живой экземпляр.
Кирка передёрнуло.
- Меньше всего на свете я хотел бы увидеть живой вариант вот этого, - Он обвёл жестом стол с его содержимым.
Фрейзер ухмыльнулся.
- Ага. Я тоже не хотел бы повстречаться с ним без фазера в руке.
Он оставил в покое голову и взял со стола кисть руки. Держа обмякшую конечность за запястье, он помахал ею перед лицом Кирка, не замечая подозрительной бледности капитана.
- Эти когти не только острые, как бритва, они ещё и отравленные. В основании каждого когтя находится ядовитая железа, производящая достаточно токсина, чтобы парализовать лошадь.
Кирк не отказался бы от дозы чего-нибудь, парализующего обоняние, но Фрейзер словно бы не замечал зловония, исходящего от останков Ворона.
- Этот яд - смесь выделений железы и сложных органических соединений. Медики считают, что на его основе можно разработать новый анестетик. Конечно, не раньше, чем мы найдём способ противостоять его действию. Как только будет сделан структурный анализ яда, я наверняка сумею состряпать антидот.
- Ещё что-нибудь интересное?
Кирк старался говорить как можно спокойнее. Он уже сожалел, что пообедал перед посещением лаборатории, и его тело угрожало в любой момент исправить это упущение.
- Да нет, в общем, это всё, - закончил Фрейзер, небрежно роняя кисть обратно на столешницу - та шлёпнулась, словно кусок сырого теста.
Кирк покинул лабораторию так быстро, как только позволяло его достоинство. Может, даже быстрее.

По дороге из лазарета к ангару Кирк отдышался от мерзкого запаха, и его потревоженный желудок немного успокоился. По ангарной палубе он шёл осторожно, глядя под ноги: в металлическом покрытии зияли разрывы и выбоины. Один из шаттлов - тот, что вёз санитарную команду, - находился ближе всех к "Селессану" и, соответственно, дальше всех от "Энтерпрайза", когда был отдан приказ о возвращении. Пилот знала, что звездолёт с опущенными дефлекторами беззащитен; она также знала, что Кирк не включит дефлекторы, пока последний шаттл не достигнет палубы. Поэтому на обратном пути Прусиновски врубила двигатель на полную мощность.
Она выиграла гонку и добралась до корабля первой, но не успела погасить скорость при заходе на посадку. Ошибка стоила жизни и ей, и всем её пассажирам, когда шаттл ударился о палубу. Ещё двое техников погибли, оказавшись на пути неуправляемого челнока, который перепахал ангар по всей длине и врезался в дальнюю стену.
Самые тяжёлые последствия катастрофы были уже устранены, но смятый корпус шаттла всё ещё находился на месте своей последней остановки. Неподалёку возвышалась вторая груда металлолома. С помощью тяговых лучей удалось выловить из космоса останки френнийского корабля. Ещё больше обломков добыли ремонтные бригады Скотти, извлекая их из обшивки самого "Энтерпрайза". В течение последних пяти часов лейтенант Сулу исследовал эти обломки, пытаясь пролить хоть какой-то свет на природу враждебных чужаков.
- Удалось что-нибудь найти? - спросил Кирк, прокладывая путь между рядами искорёженных фрагментов, разбросанных по полу ангара.
- Я пока работаю над основной структурой, капитан, - Сулу обвёл рукой сотворённый им хаос. - Задачка не из лёгких.
На это неопределённое заявление Кирк ответил таким же неопределённым кивком. Откровенно говоря, он не рассчитывал, что поиск окажется успешным, но ему нужна была любая информация о Воронах. Но пока подраненный "Энтерпрайз" дрейфовал в космосе, его пилоты всё равно оставались не у дел, и Сулу копался в этом барахле, в надежде отыскать ключ к загадке.
- Продолжайте, мистер Сулу.
- Есть, сэр.
Сулу старательно разглядывал исковерканный кусок металла, который держал в руке, пока капитан не скрылся из виду. Когда гроза миновала, он собрался было швырнуть несчастную железяку через весь ангар, но, поразмыслив, решил, что оно того не стоит. Повернувшись вправо, Сулу аккуратно положил обломок в кучу точно таких же.
Из недр кучи донёсся тяжкий вздох, словно души побеждённых пришельцев оплакивали свой погибший корабль.
- Это бесполезно, - простонал призрак.
- Ну, в целом это была хорошая идея... теоретически, - невозмутимо сказал Сулу. Поскольку авторство идеи принадлежало ему, он старался не поддаваться пессимизму.
- Возможно, - По ту сторону мусорного развала возникла взъерошенная копна русых волос. - Но на практике она вовсе не так хороша.
Чехов двинулся в обход кучи.
- Из этого хлама не выжать никакой полезной информации, - бурчал он, пробираясь на сторону Сулу.
Рулевой вздохнул, соглашаясь. Он вытащил из груды треснувшую крышку вентиляционного клапана и поднял её к свету. Из всех его находок эта по крайней мере поддавалась опознанию. При столкновении френнийский корабль был буквально разорван в клочья, а силовое поле поднятых в последний момент дефлекторов испарило большую часть обломков. Эта запоздалая мера отчасти защитила "Энтерпрайз" от удара, но уничтожила все улики, по которым можно было бы установить происхождение агрессоров.
- А теперь капитан будет ждать от нас ответов, - продолжал Чехов, сетуя на злосчастную инициативу Сулу. - И, что хуже всего, мистер Спок будет ждать ответов. А мне вовсе не хочется разочаровывать мистера Спока.
Значительная часть рабочего времени энсина уходила на сбор и анализ данных для научного офицера. Чехов рассматривал эти труды как ежедневную жертву, призванную умилостивить требовательного полубога.
Сулу задумчиво перевернул крышку.
- Похоже на абстрактную скульптуру с Бенеги-4. Мой сосед по комнате в Академии был бенеганцем. Он показывал мне, как обрабатывают металл...
Чехов оборвал его рассуждения исключительно громким и выразительным потоком таинственных русских выражений.

Как только Кирк вышел из турболифта, Спок поднялся с капитанского кресла. Вулканец никогда не проявлял недовольства, покидая командирский пост, - власть прельщала его куда меньше, чем научные исследования.
- Вы читали отчёт Фрейзера? - спросил Кирк, занимая освободившееся место.
- Да, капитан. Очень интересно.
Спок терпеливо сносил все шутки и подначки, но Кирк подозревал, что и у вулканского терпения имеются пределы, - в последнее время старший помощник старался не употреблять термин "очаровательно".
- Полагаю, вы даже поняли его, - вздохнул Кирк.
Сам он не смог переварить этот высокоучёный труд даже в редакции Маккоя - почему и был вынужден лично познакомиться с предметом обсуждения.
- Там нет ответа на самый важный вопрос: почему на нас напали? Почему эти Вороны пытались уничтожить наш корабль? Притом заплатив за это собственными жизнями.
Спок не стал возражать, когда Кирк назвал чужаков "Воронами". Неправильный, но меткий термин быстро прижился в научном отделе.
- Они действительно проявили тенденцию к чрезвычайно агрессивному поведению, - согласился Спок. - К сожалению, их мотивы нельзя определить с помощью вскрытия.
- Жадность и стремление к власти - самые распространённые причины агрессии, - проговорил Кирк в раздумье.
Вулканец выдвинул встречную версию:
- Оборона своей территории - тоже частый повод для военных действий.
- Только не на этот раз. Эта территория не принадлежит им.
- Возможно, они считают, что принадлежит, - спокойно возразил Спок.
- Или же им всё равно, чья она на самом деле, и они просто хотят её захватить. Территориальная экспансия - ещё одна популярная приманка, наряду с жадностью и жаждой власти.
Спок не мог согласиться с таким поспешным и необоснованным выводом:
- Чужой разум и чужая культура зачастую руководствуются мотивами, лежащими вне нашего понимания.
Кирк со стоном опустил голову на руки.
- У вулканцев бывают головные боли, мистер Спок?
- Нет, - ответил старший помощник. - Но моя человеческая половина время от времени испытывает подобные неудобства.
- Что ж, по крайней мере, перемирие не нарушено, - Кирк стиснул ладонями виски, пытаясь унять нарастающую боль. - Известие о клингонской атаке было ложным - просто байка, которой нас заманили в ловушку.
Спок изогнул бровь.
- Вы предпочитаете истолковывать факты в благоприятную сторону, капитан, - упрекнул он, но, заметив досаду Кирка, уступил: - Впрочем, даже с объективной точки зрения ваше предположение наиболее вероятно.
Кирк обнаружил, что невидимый молоток внутри его черепа стучит в такт миганию сигнала жёлтой тревоги, который вспыхивал на мониторе с неумолимой монотонностью в течение последних пятнадцати часов.
Спок проследил его взгляд.
- Сенсоры дальнего действия будут готовы к работе через один час и двадцать две минуты, - сообщил он.
"Ещё полтора часа", - устало подумал Кирк. - "Но что мы обнаружим потом?"

ГЛАВА 7

Когда Леонард Маккой проснулся во второй раз, он был один в маленькой безликой комнате с серыми металлическими стенами. Потолок скрывался в густой тени. Единственным источником света было слабое мерцание монитора над изголовьем; единственным звуком - его же тихое гудение.
Сначала он просто лежал, наслаждаясь покоем и предаваясь праздным воспоминаниям о равнинах, покрытых низкой травой и зарослями мескитовых деревьев, о сухом ветре и жалящих лицо песчинках, о жгучем сиянии летнего солнца над головой. Потом эти мысли неизбежно воскресили в его памяти падение, которое, в свою очередь, привело его в кровать, где он и лежал.
По иронии судьбы, тот отпуск был попыткой убежать как можно дальше от всего, что напоминало бы дневные обходы и ночные дежурства в "скорой помощи". Хотя на сей раз работать пришлось не ему, Маккой не был уверен, что эта сторона больничной жизни понравится ему больше. Впрочем, он не должен был застрять здесь надолго, поскольку от столкновения с землёй пострадала лишь его голова, а остальные части чувствовали себя вполне целыми. Чтобы убедиться в этом, Маккой стал напрягать каждую мышцу тела, начиная с пальцев ног. Ноги, руки, грудь - ничего больше не болело. Ни сломанных костей, ни разорванных связок, ни ушибов. Последний факт озадачил его. Возможно, по счастливой случайности, последнее падение обошлось без ушибов, но накануне он точно набил себе пару красивых синяков, когда мерин неожиданно шарахнулся в сторону, выбросив его из седла.
Но сколько Маккой ни трогал и ни щупал ушибленные места, боли он так и не ощутил. Недоумение только усилилось, когда он вспомнил первое пробуждение в больничной палате. У него осталось смутное ощущение, что то место не было похоже на обычный госпиталь. И всё же никто не сказал ему толком, где он находится. Они только спрашивали, но не торопились отвечать...
Они... Там была женщина-врач, которая разговаривала с ним, и ещё медсестра, сделавшая ему укол. Но третий - кем был он? Маккой не мог отчётливо вспомнить ни лицо того человека, ни его странную униформу.
"Где я?" - с нарастающей тревогой подумал Маккой. Он сел на постели и осмотрел диагностический монитор. Форма и назначение прибора были ему вполне знакомы, но такой сложной модели он в жизни не видал. Многочисленные индикаторы располагались иначе, чем на обычных мониторах, вместо надписей имелись только цифры и непонятные значки.
"Может, меня всё-таки перевезли в Даллас?"
Желание выяснить, наконец, куда он попал, стало непреодолимым. На стене, в пределах досягаемости, обнаружился выключатель. Маккой зажёг свет и не увидел ничего, что помогло бы ответить на его вопрос. Маленькое помещение было удручающе пустым, стерильным и предельно функциональным.
Он спустил ноги с кровати и поднялся, терпеливо переждал приступ тошноты и головокружения, потом сделал пробный шажок вперёд. Равновесие и мышечные рефлексы в норме, отметил он с удовлетворением.
Только сейчас он заметил, что на нём надето: чёрная безрукавка и просторный голубой халат. Так что следующей задачей стал поиск нормальной одежды. Преисполненный уверенности, он обыскал комнату, но не нашёл ни своей старой одежды, ни других личных вещей. Однако на маленькой полке возле кровати его ожидала пара мягких туфель и аккуратно сложенный комбинезон - всё новое, приятное на ощупь и подходящее по размеру.
Переодевшись, он направился к выходу, но путешествие оказалось коротким. Он едва успел сделать пять шагов, когда дверь распахнулась, пропуская высокую светловолосую женщину - уже знакомую ему медсестру.
- Вы идёте не в ту сторону, - ласково сказала она, указывая в дальний угол комнаты. - Вам туда.
Маккой покраснел.
- Я только хотел выйти в коридор.
- Это ни к чему. В следующий раз просто нажмите кнопку звонка под монитором, и я приду.
Пока она говорила, Маккой каким-то образом опять очутился в постели.
- Моё имя Чепэл, сестра Чепэл. Я нахожусь здесь большую часть времени, так что не беспокойтесь, вы всегда меня найдёте. Думаю, вы уже не в том возрасте, чтобы подтыкать вам одеяло, - добавила она, производя именно это действие, - но если потребуется что-нибудь ещё, только попросите.
Откуда ни возьмись, на её ладони появилась маленькая капсула.
- Если вас мучает бессонница, вот это поможет...
- Я бы предпочёл не засыпать, - осторожно сказал Маккой. - И ещё я хотел бы узнать, где я нахожусь и долго ли я пробыл здесь. Доктор сказала, что я был без сознания несколько часов - но сколько именно?
- Вы всегда так энергичны в три часа ночи? - спросила медсестра самым непринуждённым тоном. Но за её шутливыми словами Маккой распознал желание уйти от прямого ответа, и его недоумение переросло в тревогу.
- Могу я взглянуть на свою медицинскую карту?
Чепэл задумалась.
- Вы пробыли в коме двенадцать часов, доктор Маккой. Доктор Дайсон всего лишь заботится, чтобы вы не перенапряглись, торопясь скорее встать на ноги. Вы же медик, вы сами должны понимать, что вашему организму ещё нужен отдых. Утром вы с вашим врачом посмотрите свою карту и сможете обсуждать вопросы лечения, сколько душе угодно.
Улыбаясь, она снова протянула ему капсулу. Она очень убедительно играла свою роль, и всё же доктор чувствовал, что это именно игра, хотя объяснение выглядело вполне разумным.
- Не хочу показаться трудным и привередливым пациентом, но я хотел бы прочесть её сейчас.
Её симпатичное лицо застыло.
- У меня нет таких полномочий. Что бы вы сказали одной из ваших медсестёр, если бы она дала пациенту его карту?
Он через силу усмехнулся.
- Ладно, вы выиграли. Скажите только, как называется эта больница, и я пойду баиньки, как примерный мальчик.
- Это... центральный госпиталь "Энтерпрайз".
Запинка была краткой, едва уловимой. Всё-таки отговорки и уклончивые ответы удавались Чепэл лучше, чем прямая ложь.
- Я не верю вам, сестра Чепэл, - Маккой смотрел ей прямо в лицо, и промелькнувший в глазах испуг выдал её с головой. - Зачем вы мне лжёте?
Слова, произнесённые врастяжку, на южный манер, прозвучали как вызов.
Чепэл первой отвела взгляд и с тяжёлым вздохом ударила по кнопке интеркома.
- Доктор Дайсон, в лазарет.
Время ожидания они провели в настороженном молчании, старательно не глядя друг на друга. Появление доктора Чепэл восприняла с видимым облегчением.
- У нашего пациента есть вопросы, - объяснила она, когда Дайсон встала на пороге. - Кажется, они не могут подождать до утра.
- Спасибо, - ответила женщина с сонным зевком. Её длинные каштановые волосы выбились из небрежно заколотого пучка; синяя туника была измята, как у всех дежурных врачей. - Можешь вернуться в палату. Не беспокойся, я позову тебя, если будет нужно.
Как только медсестра вышла, Маккой дал волю своему нетерпению:
- Что здесь творится? Я хочу знать, куда я попал и почему мне ничего не говорят о моём состоянии!
Он кипел от возмущения, но в глубине его гнева таился страх.
- Вы всё узнаете, - Дайсон не повторила ошибку и не пыталась говорить с ним успокаивающим тоном. - Но прежде чем слушать, имейте в виду, что я отвечу на ваши вопросы в том порядке и так, как сочту нужным.
Она дождалась его неохотного кивка и продолжила:
- При падении вы получили линейный перелом затылочной части черепа. Из-за сопутствующего сотрясения вы пробыли в коме около двенадцати часов. Судя по первичному осмотру, я могу сказать, что органические повреждения невелики.
Она смерила его сердитым взглядом.
- По крайней мере, ваши речевые способности точно не пострадали. Но всё же без последствий не обошлось...
Она замолчала, подбирая нужные слова.
- Теперь подумайте хорошенько. Что вы помните после происшествия на ранчо?
Маккой сдвинул брови.
- Потом я проснулся здесь, где бы это ни было, - ответил он. Внутри всё сжалось в комок от дурного предчувствия.
- Что ж... Между вашим отпуском и настоящим временем прошло больше, чем двенадцать часов. И сейчас вы выздоравливаете не после падения с лошади. В тот раз у вас было лёгкое сотрясение и несколько ушибов, но ничего серьёзного. А кома была результатом второй, более поздней травмы. Период между этими двумя падениями исчез из вашей памяти.
- И... сколько времени прошло? Недели, месяцы?
Он опять покосился на монитор, на странные индикаторы и незнакомые символы.
- Но не годы же? - спросил он, не в силах поверить.
- Да, годы, - прозвучало в ответ. - Вы не узнали меня и Кристину Чепэл. Но вы снова вспомните нас, возможно, очень скоро. Не переживайте и имейте в виду, что вы только начинаете выздоравливать...
Маккой слушал её молча. Он отметил, как осторожно она выбирает слова, стараясь как можно меньше травмировать пациента.
- Но я могу так и не выздороветь, да?
- Возможно, - неохотно согласилась она. - Но это вряд ли. Обширная амнезия - довольно редкое явление, несмотря на её драматический ореол. Скорее всего, вы начнёте понемногу вспоминать отдельные фрагменты, пока не восстановите всю картину или большую её часть.
- Ну, я очень надеюсь, что вспомню вас, - сказал он с неожиданным проблеском юмора.
- Вы ставите меня в неловкое положение.
Она выбрала верный тон разговора: непринуждённая пикировка не давала ему сникнуть и поддаться жалости к себе.
- И всё-таки, где я нахожусь? И как долго пробыл здесь?
- Думаю, на эту ночь довольно разговоров.
- Что, всё плохо? - спросил Маккой, снова помрачнев. - Так плохо, что вы должны выдавать мне новости по чайной ложечке в день?
- Это будет для вас куда большим потрясением, чем минуту назад. Если только...
- Вы мне не слишком-то доверяете, да, доктор Дайсон? Ну так знайте, что мне опротивела вся эта стерильная деликатность. И если я не получу от вас внятного ответа, то закачу такой скандал, что никакое потрясение с ним не сравнится.
- Чёрт бы вас побрал! В роли пациента вы ещё более несносны, чем в роли доктора.
Дайсон сжала губы, но решительность в голосе Маккоя заставила её уступить.
- Так и быть, - проговорила она, - вы получите всю порцию новостей разом. В настоящий момент вы находитесь на борту U.S.S. "Энтерпрайз", звездолёта Федерации, выполняющего исследовательскую работу на границах населённой части космоса. Человек в униформе, который стоял рядом, когда вы проснулись, - Джеймс Кирк, капитан этого корабля.
- Что?!
Маккой уставился на неё не просто с недоверием - он выглядел совершенно ошеломлённым.
- Звездолёт? Но я же доктор, а не какой-нибудь космический волк!
- Вы действительно доктор. Строго говоря, вы начальник медицинской службы и главный хирург "Энтерпрайза".
Маккой фыркнул.
- Должно быть, у Федерации совсем плохи дела. Я семейный врач, а не хирург. Чёрт, да я в жизни не летал дальше Луны, а вы хотите, чтобы я поверил...
Он смущённо осёкся.
- Ладно. Чтобы дослужиться до этой должности, мне потребовались бы годы. Но вы и сказали, что прошло несколько лет... - Он внезапно побледнел. - Сколько?
- С тех пор, как вы провели отпуск на ранчо, прошло двадцать пять лет, - тихо ответила она.
- Милая Джорджия! - прошептал он в благоговейном ужасе. - Но ведь это значит, что я уже старик! Полжизни прожито, а я ничего не помню.
Он бессильно опустился на кровать.
- И... что я делал всё это время?
- Я не могу посвятить вас во все детали, доктор, - сказала Дайсон. - Но капитан Кирк хорошо знает вас и сумеет объяснить...
Пронзительный гудок вклинился в её слова. Интерком в этой комнате был заблокирован для обычных сообщений, но аварийный сигнал имел наивысший приоритет.
- Красная тревога. Красная тревога. Всем на боевые посты.
- Опять! - простонала Дайсон.
- Опять? - требовательно переспросил Маккой. - Что за чертовщина тут творится?
Договаривал он, обращаясь уже к её спине.
- Простите, я должна идти, - бросила Дайсон через плечо. - Нас атакуют. Оставайтесь здесь.
- Где это - здесь?
Но дверь уже захлопнулась за ней.
Гудок продолжал завывать, свет в комнате быстро угасал. Из-за стены долетал топот бегущих ног, перекликались чьи-то голоса.
- Атакуют! - Маккой схватился за голову. - Я, наверное, сошёл с ума, когда подался в Звёздный Флот.
Свет окончательно погас. Маккой подождал немного, но лампы так и не зажглись.
- Я ухожу в отставку, - пробормотал он в темноту и начал на ощупь пробираться к двери.

ГЛАВА 8

Сенсоры дальнего действия, наконец, перестали нести бессмысленную тарабарщину и начали выдавать упорядоченную информацию. Изображение, переданное ими на обзорный экран, подняло уровень тревоги с жёлтого до красного. Из всех сценариев, которые Джим Кирк обдумывал в течение последних двадцати четырёх часов, этот определённо был наихудшим: оказаться лицом к лицу с клингонским боевым кораблём, не имея ни щитов, ни варп-двигателя.
Он опустился обратно в кресло, сосредотачиваясь на предстоящей битве.
- Можете увести нас отсюда, мистер Сулу?
Рулевой убеждённо покачал головой.
- Повреждённая гондола ещё не укреплена. Если я сейчас включу двигатели, нас закрутит волчком. Но даже будь она надёжна, нам не уйти от боевого крейсера на импульсной тяге.
Его голос прерывался, он всё не мог отдышаться после стремительного бега от ангарной палубы до мостика.
- Чехов, как у нас с оружием?
- Не очень хорошо, капитан, - Энсин вытирал вспотевший лоб. Он не отстал от Сулу, торопясь на пост, но пробежка и ему далась нелегко. - Фазеры заряжены на тридцать три процента. Мы не сможем пробить их щиты, даже общим залпом.
Кирк ударил кулаком по кнопке интеркома.
- Скотти, мне нужна мощность!
- Я больше ничего не могу дать! - откликнулся взбешённый голос из динамика. - Питание бортовых систем урезано по самое никуда, жизнеобеспечение сокращено до минимума. Мы не можем драться, мы не можем бежать, мы не можем даже защищаться... Мне срочно нужно чудо!
- Тогда готовьтесь полностью отключить системы жизнеобеспечения по моей команде. Всю мощность - на фазеры.
- Что?
- Ты слышал меня, Скотти. После отключения систем у нас останется ещё минут пятнадцать. Если к тому времени мы будем живы, у нас будет возможность позаботиться о дыхании.
- Капитан, - Невозмутимый голос Спока прервал возражения инженера. - Возможно, в этом не будет необходимости. Сенсоры показывают, что двигатели клингонского корабля выключены.
- Но он двигается.
- Его скорость чрезвычайно мала и продолжает уменьшаться, как у дрейфующего судна, движимого лишь силами инерции.
- Как и у нашего френнийского приятеля, - с горечью сказал Кирк.
Однажды он уже попался на эту удочку. Сейчас он был предупреждён - и всё же беззащитен перед второй атакой.
- Каковы биологические показатели на этот раз?
- Никаких, - Казалось, Спок сам был удивлён не меньше капитана. - Нет признаков присутствия на борту живых существ, будь то клингоны или кто-либо ещё.
- Возможно, это значит, что экипаж погиб. Сканеры могут быть неисправны?
- Маловероятно. Все прочие индикаторы дают нормальные показания, - Высокая фигура Спока склонилась над научной консолью. - При сохранении текущей скорости дрейфа пройдёт не менее пяти часов, прежде чем крейсер окажется в пределах досягаемости фазеров.
- Вот и моё чудо, - прошептал Кирк сам себе, а вслух сказал: - Ухура, держите связь с главными отсеками, но отслеживайте все частоты вызова. Если услышите хоть малейший шорох с этого корабля, я должен об этом знать.
- Да, капитан.
По интеркому отдали команду инженерному отсеку, и наполовину погасшие лампы снова засияли ярким светом, воздух на мостике стал теплее, его затхлый привкус улетучился.
Сигнал с панели связи привлёк внимание Ухуры. Она внимательно выслушала сообщение, прижимая к уху металлический завиток наушника.
- Капитан, медицинский отсек докладывает, что у них потерялся пациент. Это доктор Маккой.
- Потерялся? Что значит - потерялся?
- Кажется, он вышел из своей комнаты во время боевой тревоги, и с тех пор его никто не видел. В медотсеке его нет.
- Огласите по общей связи приказ: доктору Маккою явиться в лазарет. Потом поднимайте службу безопасности, пусть начинают поиск по всем палубам.
Как будто мало других хлопот!
- Мистер Спок, наша загадка становится всё сложнее. Теперь мы имеем повреждённый в бою френнийский корабль, на котором нет френнийцев; несколько тел неопознанных существ; и, наконец, дрейфующий клингонский корабль, на котором нет клингонов.
- В самом деле, капитан, весьма интригующий набор исходных данных для задачи. Это возвращает нас к проблеме вторжения клингонов в пространство Федерации.
- Да, похоже, наш "лже-Эссерасс" не лгал, когда сказал, что здесь замешаны клингоны. Но что именно они сделали? Кто напал на френнийский караван? Откуда взялись Вороны? Что случилось с боевым крейсером? - Кирк взглянул на старшего помощника. - Есть ответы, мистер Спок?
- Вы огласили исчерпывающий перечень вопросов, капитан. К сожалению, точная формулировка задачи не означает автоматического нахождения решения. Мне не хватает данных.
- Капитан, мистер Спок!
Чехов как раз закончил серию навигационных расчётов, и полученный результат привёл его в необычайное возбуждение.
- Я проследил обратный курс боевого корабля. Его траектория пересекается с траекторией "Селессана"!
Кирк удивлённо моргнул.
- Но он двигается в нашем направлении. Как он мог оказаться вне радиуса действия наших сенсоров, когда мы вошли в этот сектор?
Спок шагнул к навигационной консоли и пару секунд изучал приборную доску.
- Любопытно, - спокойно проговорил он.
Его пальцы коснулись панели управления, и на обзорном экране вспыхнула звёздная карта.
- Согласно векторному анализу Чехова, клингонский корабль и френнийский караван, вероятно, находились рядом в этой точке.
Два схематичных изображения кораблей бок о бок повисли на карте.
- Остаточный ионный след в этом месте указывает, что здесь произошёл бой, в ходе которого была уничтожена "Верелла". Оба оставшихся корабля потеряли тягу двигателей, но продолжали дрейфовать по отдельности от точки столкновения.
"Корабли" разошлись на несколько дюймов в стороны.
- Мы встретили "Селессан" здесь, - на экране появился значок звездолёта, - в то время как клингонский крейсер ещё находился за пределами видимости сенсоров. Однако, по мере того, как он терял скорость, гравитационное притяжение системы Беленнии оказывало на него всё большее влияние, отклоняя от первоначального курса.
Один из кораблей начал двигаться по дуге, приближаясь к "Энтерпрайзу".
- Он направляется по курсу 83, отметка 4, так что не подойдёт ближе, чем на восемь с половиной километров, - сказал Чехов.
Карта замерцала и сменилась панорамой звёзд, безмятежно сияющих посреди пустоты.
- Вот вам и дополнительная информация, Спок. Что вы скажете теперь?
Однако научный офицер стоял на своём:
- В настоящий момент, капитан, любая экстраполяция была бы скорее вымыслом, нежели логически обоснованной версией. Мне всё ещё...
- ..не хватает данных, - сочувственно повторил Кирк. - Очень хорошо, мистер Спок.
Он прекрасно знал, когда не стоит подгонять Спока. Если что и могло привести вулканца в раздражение, так это требование делать необоснованные выводы, не поддержанные твёрдыми фактами.
Капитан снова повернулся к штурвалу.
- Лейтенант Сулу, поскольку мы никуда не летим, в ближайшее время нам вряд ли потребуется рулевой. Вы будете полезнее при подготовке десантного отряда для высадки на крейсер.
- Есть, сэр!
Лицо молодого человека расплылось в восторженной улыбке. Кроме заманчивой перспективы изучить новый корабль, это означало конец бесплодной возни с обломками френнийского судна.
От Кирка не укрылось завистливое выражение, промелькнувшее на лице навигатора.
- Вы тоже, Чехов. Я хочу, чтобы вы обследовали каждый дюйм этого корабля. Добудем для мистера Спока те новые данные, в которых он нуждается.
Чехов молча возблагодарил святого покровителя угнетённых младших офицеров за возможность умилостивить строгого вулканца. Несомненно, на целом и невредимом клингонском крейсере отыщется предостаточное количество ответов, которых ждал от него научный офицер.
- Капитан, - позвала Ухура. - Служба безопасности докладывает, что доктора Маккоя нигде не нашли.
- Чёрт... Неужели так трудно отыскать больного, растерянного человека? Как далеко он мог уйти?
Словно в ответ, двери турболифта распахнулись. С неразборчивым ругательством Маккой выскочил наружу и, оглянувшись, уставился на двери, которые снова сомкнулись за ним. Он отнюдь не выглядел растерянным.
- Боунс!
Доктор не отреагировал. Он медленно поворачивался вокруг своей оси, и глаза его расширялись от изумления, обозревая круглое помещение, наполненное мигающими и гудящими аппаратами, мониторами, приборными панелями. Когда его взгляд упал на обзорный экран, он заметно вздрогнул, но остался на месте.
- Будь я проклят, - тихо сказал он. - Я и впрямь в космосе.
Кирк поднялся из кресла и подошёл к нему.
- Доктор Маккой?
Маккой с трудом отвёл глаза от экрана и обнаружил, что находится в центре всеобщего внимания. Он слегка покраснел.
- Простите за вторжение, но я пытался найти этот... "лазарет". Если кто-нибудь объяснит мне, куда идти...
- Не беспокойтесь. Я распоряжусь, чтобы охранник показал вам дорогу.
Кирк нарочно говорил сухим, деловитым тоном. В стороне от него Ухура тихо зашептала в интерком.
- Большое спасибо, - Маккой внимательнее вгляделся в его лицо. - Я помню вас.
Кирк встрепенулся в радостном ожидании, но Маккой продолжал:
- Вы были там, в палате, когда я пришёл в себя. Вы, должно быть, капитан Кирк, - и протянул ему руку.
Капитан и начальник медицинской службы обменялись церемонным рукопожатием. Всё ещё чувствуя, что на него все смотрят, Маккой нервно обернулся, его взгляд быстро скользнул по незнакомым лицам.
- Я не хотел создавать проблем. Просто не удержался. Трудно оставаться в стороне, когда вокруг такая суматоха.
- Вы не создали никаких проблем, - заверил его Кирк. - Мы лишь забеспокоились, когда вы не ответили на вызов по интеркому.
- Я слышал приказ, только не понял, как на него ответить, - Маккой снова бросил неприязненный взгляд на двери турболифта. -  Или как заставить работать эту чёртову штуковину.
Кирк невольно улыбнулся.
- Я лично устрою вам полную экскурсию по "Энтерпрайзу", чтобы вы больше не терялись, - Он заметил, как глаза Маккоя снова обращаются к экрану, словно чёрная бархатная бездна гипнотизировала его. - Не желаете ли для начала осмотреть мостик, доктор?
 Со всей надлежащей учтивостью капитан подвёл сгорающего от любопытства Маккоя к терминалу связи и представил его лейтенанту Ухуре:
- Вот голос, который приказывал вам вернуться в лазарет.
- Значит, я всё-таки шёл в правильном направлении, - сказал Маккой, принимая её руку с лёгким галантным поклоном. Девушка ответила любезной улыбкой, и только Кирк видел, сколько напряжения было в её притворной вежливости.
Пока внимание доктора было отдано Ухуре, Кирк сделал знак Споку подойти ближе. До этой минуты старший помощник сидел неподвижно за своей консолью, но по сигналу капитана он бесшумно поднялся и присоединился к маленькой группе. Два офицера поняли друг друга без слов: внезапное появление вулканца могло встряхнуть дремлющую память Маккоя.
Когда Маккой обернулся и увидел рядом с собой высокую сумрачную фигуру, возникшую словно из воздуха, он был, несомненно, потрясён, но на его лице отразилось лишь удивление, без тени узнавания.
- Это мой старший помощник, мистер Спок, - небрежно сказал Кирк, с трудом проглотив острый укол разочарования.
Маккой кое-как справился с замешательством.
- Как поживаете? - выдавил он.
Его рука нерешительно потянулась вперёд, но каменное лицо Спока выглядело совершенно отстранённым и слишком чуждым для такого фамильярного человеческого жеста, как рукопожатие. Немного растерявшись, Маккой спрятал руки за спину, нервно переминаясь с ноги на ногу.
- Простите, если я что-то сделал не так. Я никогда раньше не встречал вулканцев.
Спок бесстрастно наклонил голову.
- В извинениях нет нужды. Я знаком с обычаями человеческого общества.
- А... ну, да... - промямлил Маккой. Он покосился на Кирка, словно взывая о помощи, но капитан лишь улыбался.
От необходимости продолжать сложную беседу доктора избавило явление разгневанной Кристины Чепэл из турболифта.
- Ого, - пробормотал Маккой себе под нос, - вот теперь я влип.
- Э-э-э... наверное, мы продолжим экскурсию как-нибудь в другой раз, - сказал Кирк, когда медсестра, мрачнее тучи, устремилась к ним. Её тревога об исчезнувшем пациенте быстро сменилась яростью.
Маккой со смиренным видом шагнул ей навстречу.
- Не стреляйте, - покаянно сказал он. - Я не окажу сопротивления.
Её лицо не смягчилось, но она остановилась и, кажется, не собиралась выволакивать его с мостика за шиворот.
- Ну что ж, приятно было познакомиться, капитан, - Маккой приветливо кивнул Споку, улыбнулся Ухуре и вслед за Чепэл повернулся к выходу. На полпути к лифту он вдруг заколебался; на его лице отразилось смущение. Он оглянулся через плечо:
- Думаю, нам надо потом поговорить.... - он осёкся и быстро вошёл в открывающиеся двери.
Предоставив Чепэл управлять непослушным лифтом, Маккой в изнеможении прислонился к стене. Он закрыл глаза, пытаясь побороть приступ тошноты. С момента объявления тревоги его переполняло восхитительное ощущение чуда, словно он был мальчишкой, удравшим в цирк со скучного урока. Он переходил из коридора в коридор, ускользая от озабоченных, погружённых в работу астронавтов. Откликаясь на его приближение, автоматические двери раздвигались, и за ними, как в калейдоскопе, мелькали лаборатории, кабинеты, технические помещения, тускло освещённые огнями аварийных панелей... Он отбросил прочь тревожные слова доктора Дайсон и с головой погрузился в новые впечатления, позволив любопытству увлекать себя всё дальше и дальше, пока не потерял всякое представление о том, где он находится.
Но сейчас, после ухода с мостика, это знание снова настигло его и обрушилось с беспощадной тяжестью океанской волны, принеся с собой мучительное чувство потери ориентации.
Я должен знать этих людей, этот корабль. Я провёл здесь много лет.
Я никогда не вернусь домой.
Будто пропасть разверзлась под его ногами - пропасть такой глубины, что голова кружилась от одного взгляда.
- Вы устали, - сказала Чепэл не без сочувствия.
- Я стар, - горько ответил Маккой, хотя никак не мог заставить себя поверить, что настолько состарился, - как ему казалось, за одну ночь.
- Сорок восемь лет - отнюдь не дряхлый возраст, - прозвучал ироничный ответ. Маккой открыл глаза, поражённый неожиданной сменой интонации. Чепэл разглядывала его с немного смущённым видом. - И вы сегодня бегали по "Энтерпрайзу" довольно-таки резво для человека преклонных лет.
- Это не смешно! - взорвался он. - Вам нет дела, что я потерял половину жизни! И никому на этой дурацкой ракете нет дела! Я вас не знаю. Я вас в жизни не встречал!
Даже когда двери лифта открылись, он продолжал кричать:
- Вы все лжёте! Меня обманули, силой увезли с Земли, я хочу вернуться назад!
Сильные руки схватили его за плечи.
- Пустите! Выпустите меня отсюда!
Слепой от бешенства, Маккой размахивал кулаками, отбиваясь от удерживающих его людей. Но силы были неравны, и чужие руки прижали его к полу. Он услышал тихое шипение возле уха, потом что-то холодное прикоснулось к основанию шеи, и он потерял сознание.

ГЛАВА 9

Изнутри клингонский корабль напоминал чей-то оживший сон, причём сон кошмарный. Красные огни, расположенные с неравными промежутками, тянулись тусклым пунктиром, указывая путь через узкие тёмные коридоры, мимо тесных, как тюремные камеры, кают. Общая планировка была знакомой, но все очертания выглядели странно искажёнными, сочетания цветов резали глаз. Этот корабль был построен не людьми и не для людей.
Но его инопланетные хозяева исчезли. На борту не было клингонов - ни живых, ни мёртвых.
Рапорт Спока выдернул Кирка из глубокого сна, заставил встряхнуться, двигаться, действовать. Но утомление стирало границы между царством грёз и окружающей действительностью, и временами ему казалось, что он по-прежнему спит и досматривает прерванный сон.
В этом зыбком полубреду только фигура старшего помощника оставалась чем-то реальным и вещественным, и Кирк цеплялся за его голос, как за поплавок, удерживающий по эту сторону яви.
- Тщательный осмотр судна подтвердил данные сенсорного сканирования. Десантный отряд докладывает, что на борту нет живых существ. Они также не обнаружили тел. Однако все каюты обжиты, койки застелены.
- У меня плохое предчувствие, Спок.
- Предчувствие, капитан?
Как всегда, вулканец скептически относился к человеческим эмоциональным оценкам.
- Эта ситуация имеет пугающее сходство с исчезновением экипажа земного мореходного корабля "Мария Селеста". Её нашли дрейфующей в открытом океане без единого человека на борту. Эта тайна так и не была раскрыта.
Спок не удостоил ответа столь пустяковое замечание.
- Что насчёт бортового журнала? - спросил Кирк.
- Начисто стёрт. Все компьютерные записи о действиях корабля уничтожены. Таким образом, ближайшее прошлое этого судна остаётся неизвестным. Тем не менее, по данным разведки Звёздного Флота, "Фальчион" нёс обычную пограничную службу в системе Беленнии приблизительно два солнечных года. Командиром корабля был капитан Кайрон, опытный ветеран, который заслуживал лучшего назначения. Однако последняя смена власти в Империи сопровождалась политическими беспорядками, и он мог попасть в немилость.
- Или его могли направить сюда как раз для подготовки нападения на Федерацию, - задумчиво проговорил Кирк.
Вслед за Споком он протиснулся в узкий дверной проём и оказался в командном центре корабля, назначенный точкой сбора для десантной группы. Полдюжины тёмных силуэтов, неотличимых друг от друга в тусклом красном свете, бродили по рубке, водя трикодерами во всех направлениях. Здесь сильнее, чем где-либо ещё, проявлялась нехватка энергии: огни на приборных панелях были погашены, обзорный экран стал просто белой стеной.
- Капитан, это бесподобная возможность изучить клингонские технологии!
Непринуждённый голос принадлежал лейтенанту Азиз. Как истинная ученица Скотти, она приходила в восторг при виде новых технических систем.
- К сожалению, у вас не будет времени, чтобы ознакомиться с ними, - ответил Кирк, так и не сумев отыскать её среди движущихся в полумраке теней.
- Всё в порядке. Я уже собрала достаточно информации, чтобы загрузить себя работой на несколько месяцев. Но Сулу до смерти хочется полетать на клингонской птичке, и если он доберётся до штурвала - я за него не ручаюсь.
- Такой шанс бывает раз в жизни! - раздался взволнованный голос рулевого. Он тоже находился где-то рядом.
- Так корабль исправен? - изумлённо спросил Кирк.
- Насколько мы можем судить - да, - сказала Азиз.
Спок включился в разговор:
- Все бортовые системы в рабочем состоянии, хотя запас энергии крайне низок из-за отключения двигателей. Предположительно, имея достаточно времени, мы сможем запустить двигатели и восстановить выработку энергии в нормальном объёме.
- Так где же клингоны?
Это был риторический вопрос. Из опыта общения с людьми Спок знал, что такие реплики следует оставлять без внимания.
- Прямо как "Мария Селеста", - с удовольствием сказал Сулу. Теперь его можно было отличить от прочих, поскольку он приблизился к старшим офицерам. - Её нашли в море в Бермудском треугольнике, а экипаж будто растворился в воздухе.
Спок не преминул возразить:
- Мне тоже известны земные мифы и легенды эпохи раннего мореплавания. Но я не вижу необходимости объяснять происходящее некими сверхъестественными причинами. Рациональное, - он аккуратно подчеркнул это слово, - объяснение должно состоять в том, что экипаж перешёл на другое судно.
- Оставив неповреждённый, полностью исправный боевой корабль дрейфовать на территории Федерации? - не согласился Кирк. - Возможно, это рациональное объяснение, мистер Спок, но только при условии весьма иррационального поведения со стороны клингонов. И, поскольку на "Селессане" не было френнийцев, нам придётся объяснить пропажу не одного, а двух экипажей. Мы повидали немало космических тайн и не раз сталкивались с неизведанным, необъяснимым, фантастическим. Но теперь нечто известное вдруг ведёт себя непонятным образом. Мне это не нравится.
Спок отмолчался; он давно взял за правило вежливо игнорировать наиболее вопиющие проявления эмоций со стороны капитана.
Взгляд Кирка блуждал по затенённой рубке. Где витал сейчас призрак бывшего капитана "Фальчиона"? Не здесь ли, среди прочих теней, смутно маячащих в багровом тумане?.. Явь мешалась с фантазией, сон затягивал его, как трясина, хотя он ещё держался на ногах.
Из динамика интеркома донёсся едва слышный голос Чехова:
- Сэр, я закончил осмотр внешнего корпуса. Есть следы недавних повреждений от фазерного оружия.
Кирк рывком стряхнул дремоту.
- Так "Фальчион" действительно напал на френнийский караван...
- Но, капитан, - возразил Сулу, - откуда тогда взялись Вороны?
- Возможно, это была совместная атака, - хмуро ответил Кирк. - Похоже, Клингонская  Империя нашла новых сильных союзников и вместе с ними развязала войну против Федерации.
- Тогда, должно быть, клингоны покинули "Фальчион" на корабле Воронов, - сказал Сулу с видимым разочарованием. Такая разгадка была бы куда прозаичнее, чем его метафизические гипотезы.
Спок лишь покачал головой. Склонность землян к безудержному фантазированию глубоко ранила его логический ум.
- Мистер Спок, вам не кажется, что каждый новый факт только запутывает нашу загадку?
- Это неизбежный риск при любом научном исследовании, капитан, - ответил вулканец, нисколько не смутившись. - Отбросив в сторону теории, мы имеем один непреложный факт: корабль функционален. В сущности, он пребывает в лучшем состоянии, чем "Энтерпрайз".
Кирк тихо рассмеялся.
- Лейтенант Азиз, сколько времени потребуется, чтобы восстановить системы жизнеобеспечения и запустить двигатели на полную мощность?
При этих словах члены десантной группы застыли, как громом поражённые.
- Не больше четырёх часов, - быстро откликнулась Азиз. - Даже меньше, если лингвисты точно переведут надписи на панелях управления.
- По последней оценке Скотти, нам нужно ещё десять часов, чтобы подготовить "Энтерпрайз" к старту. Сулу, у вас есть шесть часов, чтобы разобраться, как эта штука летает.
- Есть, сэр!
Ответ рулевого прозвучал для всех призывом к действию. Бешеный взрыв активности был зримым свидетельством их энтузиазма.
- Вооружённый эскорт, - одобрительно проговорил Спок. - С полностью исправным оружием и щитами.
- И с маскирующим устройством, которое сделает "Фальчион" нашим козырем в рукаве. Нам очень пригодится эта карта, если Вороны ещё прячутся в этом секторе.
Про себя Кирк взмолился, чтобы у чужаков не было средств обнаружения замаскированных кораблей. Впрочем, Империя не раздавала подобные технологии просто так, даже если речь шла о её союзниках.
- Для управления этим кораблём достаточно малого экипажа. Сулу может совмещать должности пилота и командира, Азиз будет бортинженером...
- Я рекомендую энсина Чехова на пост навигатора и научного офицера, - добавил Спок. - Поскольку он уже ознакомился с кораблём, использование его знаний сэкономит нам время.
Несмотря на обтекаемую формулировку, в этом предложении читался скрытый комплимент в адрес молодого офицера.
- Рекомендация принята, - ответил Кирк.
Корабельные динамики задрожали от восторженного вопля энсина. Кирк сильно подозревал, что старший помощник предпочёл бы исчезнуть прежде, чем Чехов перейдёт на родной язык для выражения своей благодарности.
- Готовы вернуться на "Энтерпрайз", мистер Спок?
- Вполне готов, капитан.
Кирк вытащил коммуникатор, активируя связь с кораблём.
- Мистер Кайл, принимайте на борт двоих.
Когда мерцание транспортного луча погасло, Кирк обнаружил, что мир вокруг плывёт и кружится, а платформа шатается под ногами. Спок поддержал его за локоть.
- Сон - биологическая потребность организма, - в холодном голосе вулканца скользнула укоризненная нотка.
- Вы же меня и разбудили, - упрекнул его Кирк. Он стряхнул руку Спока и сам сошёл по ступеням. - Кроме того, я подозреваю, что вы тоже провели на ногах последние три...
- Четыре целых пять десятых, если быть точным. Однако мне, как вулканцу, достаточно коротких сеансов медитации вместо продолжительных периодов полного отключения сознания.
- Я делаю то же самое с помощью стимуляторов. Если я вам понадоблюсь, ищите меня в лазарете.
По дороге в медицинский отсек Кирк совсем измучился от зевоты, и вид множества кроватей только усилил отчаянное желание прилечь где-нибудь в тёмном уголке и спать много, много дней. Увы, в настоящий момент эта мечта была совершенно недостижима.
- Вы получили две инъекции стимулятора за последние сорок восемь часов, - Доктор Кортехо смотрел на него с глубоким осуждением. - Я не могу разрешить вам снова принимать медикаменты. Придётся подождать ещё двенадцать часов.
- К тому времени я впаду в кому.
- Требуется как минимум двенадцать часов, чтобы вывести химикаты из вашего организма, - назидательно сказал доктор, поджав тонкие губы .
- Но я - капитан, - Других аргументов у Кирка не было. - Бывают ситуации, когда я должен бодрствовать во что бы то ни стало.
Когда реакции не последовало, он добавил неохотно:
- Доктор Маккой, будучи начальником медслужбы, понимал необходимость компромисса между медицинскими требованиями и общей целесообразностью. Текущая тактическая ситуация важнее, чем состояние моей биохимии.
Лицо доктора выдало его оскорблённую гордость.
- Очень хорошо, - процедил он. - Но я снимаю с себя всякую ответственность за последствия ваших действий.
Он сделал знак сестре Чепэл.
- И кстати о вашем начальнике медслужбы. Вам следует знать, что доктор Маккой орал и катался по полу в этой самой палате после его прогулки на мостик.
Махнув рукой, он величественно удалился из комнаты.
- Ещё пять минут его присутствия, и мне потребовалась бы смирительная рубашка, чтобы не свернуть ему шею, - сказал Кирк подошедшей медсестре.
- Занимайте очередь, капитан, - вздохнула Чепэл. - Вы не первый, кто об этом мечтает.
Она приложила инъектор к его плечу и надавила на плунжер. Горячий огонь пробежал по жилам Кирка; туман, заволакивающий сознание, мгновенно рассеялся.
- То, что он сказал, - сколько в этом правды?
- Боюсь, что его описание было довольно точным. Но это был скорее приступ ярости, чем сумасшествие. Спросите у доктора Дайсон, если хотите.
Она указала в сторону регистратуры.
Дайсон сгорбилась перед компьютерным терминалом, сосредоточенно изучая записи. При появлении Кирка она выключила экран и начала отчёт по своему пациенту:
- Достигнутые на сегодняшний момент результаты позволяют рассчитывать на быстрое физическое выздоровление. Но я не могу дать окончательный прогноз, пока мы не закончим полный комплекс тестов.
- Что с этим его... приступом ярости? - спросил Кирк. Рассказ о возвращении Маккоя с мостика привёл его в замешательство.
- Гнев - хороший признак, - Она улыбнулась в ответ на недоверчивый взгляд капитана. - Отсроченный стресс. Я скорее забеспокоилась бы, если бы он принял всё спокойно. Теперь он готов воспринять информацию о своём прошлом. Фактически, это нужно сделать как можно скорее. Он не осознает временное смещение как нечто реальное, пока не узнает больше о своих пропавших годах.
Она вынула из ящика стола дискету.
- Мистер Спок достал его личное дело. Будет лучше, если он прочтёт это вместе с кем-то, кто сможет посвятить его в детали.
- Кто-то вроде меня, - согласился Кирк, принимая дискету.
Она провела капитана в маленькое помещение, где Маккой проходил серию тестов на двигательную координацию. Обнажённый по пояс, он стоял в центре комнаты, напротив встроенной в стену панели, сосредоточенно напрягая щуплые мускулы. Его кожу усеивали круглые металлические пластинки - датчики моторной реакции. Дайсон не ошиблась, оценивая его душевное состояние. Он был внимателен, собран и вполне спокоен, хотя ему приходилось заниматься довольно скучным делом: ловить маленькие цветные шарики, которыми обстреливал его тренажёр.
Благополучно упустив последний шарик, Маккой оглянулся на зрителей.
- Что теперь, доктор Дайсон? Решение головоломок или, может, прыжки через скакалку?
- Урок истории. У капитана Кирка есть ваше досье, и он может ответить на любой вопрос о том, что вы делали за последние два десятилетия.
Она принялась отлеплять датчики от его спины.
- Не пытайтесь через силу вспомнить события, о которых он вам расскажет. Память скорее вернётся, если вы расслабитесь.
- Вам легко говорить.
- Потому что я доктор, а вы пациент.
Маккой зашипел сквозь зубы - Дайсон безжалостно отодрала последний датчик от его груди.
- Следите за ним в оба, капитан, - добавила она, прежде чем выйти. - Он - достояние медицинской науки.
- Я начинаю чувствовать себя подопытной свинкой, - буркнул Маккой, натягивая тунику через голову и путаясь в непривычных застёжках.
Кирк заметил, что с рукавов туники спороты офицерские нашивки, и эта небольшая деталь задела его куда сильнее, чем он ожидал.
- Капитан Кирк, тут есть какое-нибудь тихое место, где мы могли бы спокойно препарировать мою жизнь? Обещаю не беситься и не впадать в истерику.
- Пойдём в мою каюту, - предложил Кирк, выводя Маккоя из лазарета. - Капелька саурианского бренди успокоит ваши нервы.
- Правда? Никогда его не пробовал, - сказал Маккой с таким невинным видом, что Кирк, не удержавшись, громко расхохотался. Проходивший по коридору астронавт испуганно шарахнулся от него.
Лишь у дверей турболифта Кирк сумел достаточно совладать со смехом, чтобы внятно произнести вслух место назначения.
- Ладно, - сказал он, когда лифт пришёл в движение. - Может, ваш разум и забыл об этом, но я уверен, что тело помнит. Ваша кровеносная система имела долгое и приятное знакомство с саурианским бренди.
Маккой поддержал шутливый тон:
- И много ли дурных привычек я успел подхватить?
- В этом-то вся беда, доктор. Вы оставались образцом добродетели, как я ни пытался сбить вас с пути истинного.
- Как давно вы меня знаете, капитан? - спросил Маккой. В простом на вид вопросе была скрыта настороженность.
- Много лет, - ответил капитан и, чувствуя, как напрягся Маккой, поспешил свернуть разговор на менее болезненную тему: - Хотя "Энтерпрайз" - первый звездолёт, которым я командую.
Краткий обзор исследовательских полётов корабля позволил отвлечь внимание доктора, пока они не добрались до кают старшего офицерского состава.
Первые минуты пребывания в капитанской каюте приятно напоминали прежние дружеские визиты - пока Кирк наливал выпивку, Маккой разгуливал по комнате, разглядывая обстановку. Но когда Кирк повернулся к нему, держа в руках бокалы, мимолётное сходство исчезло. Человек, которого он видел перед собой, был другим - неуловимое отличие сквозило в его позе, в самой манере держаться; на смену простоте и самоуверенной беззаботности пришла кипучая нервная энергия.
Кирк протянул гостю его порцию.
- Лучшее бренди по эту сторону Ригеля, - отрекомендовал он. К сожалению, в его собственном бокале не было ничего крепче альтаирской минеральной воды. Он поднял руку, предлагая тост:
- За ваше здоровье, доктор.
Маккой осторожно пригубил маслянистую жидкость. Сделал глоток, другой.
- Это чертовски хорошая дурная привычка, - проговорил он с невыразимым удивлением.
Но алкоголь не притупил его беспокойства. Он снова принялся мерить шагами каюту, разглядывая и трогая сувениры с чужих планет, разложенные на полках.
- А вы немало помотались по Галактике, - задумчиво сказал он.
Осмотр инопланетных диковин довёл его до кровати, но там Маккой мельком увидел своё отражение в настенном зеркале и быстро отвёл глаза.
- Никак не привыкну к этому лицу, - сказал он извиняющимся тоном, возвращаясь назад.
- Это неплохое лицо, - с укором заметил Кирк.
- Да, для старика.
Маккой отставил бокал и взял дискету со стола.
- Значит, это и есть полное содержимое моих последних двадцати пяти лет. Сублимированное и замороженное. Просто добавь воды и отправляйся прямиком в будущее.
Он подозрительно осмотрел компьютерный терминал.
- Ладно, давайте не будем тянуть резину. Как вы управляете этой машинкой?
Кирк зарядил дискету, коснулся нескольких клавиш, выводя на экран первую страницу файла:
"Личное дело Леонарда Г. Маккоя"
Маккой уселся перед компьютером и щёлкнул клавишей прокрутки, бормоча под нос нетерпеливые комментарии к тому, что показывал ему экран:
- Да, спасибо, я знаю, где и когда я родился... Здесь никаких сюрпризов...
Строчка за строчкой возникали на экране. Внезапно он ударил по кнопке, останавливая кадр:
- Ближайший родственник - Джоанна Маккой? - Он наморщил лоб в замешательстве. - Что за чёрт...
- Это ваша дочь, - пояснил Кирк.
- Моя дочь? - ошеломлённо повторил Маккой. - У меня есть дочь?
- Да. Ей было всего несколько лет, когда вы записались в Звёздный Флот, так что её воспитывала ваша сестра Донна, на Центавре.
- Дочь. Но это значит, что она родилась во время моего пребывания... - Доктор быстро посчитал что-то в уме, - Двадцать один! Ей почти столько же лет, сколько мне... то есть, сколько мне было...
Кирк сел напротив него.
- Наша миссия длится не первый год, но я знаю, что перед отлётом вы навещали её так часто, как только могли. А потом вы с ней общались по межгалактической связи. Хотя вы иногда шутили, что в её возрасте очень удобно иметь родителя, удалённого на несколько сотен световых лет.
- Если у меня есть дочь, то как насчёт жены? Это же обычно поставляется в комплекте, разве нет?
Глаза Маккоя снова обратились к монитору. Он прочёл имя вслух:
- Джоселин? Но я не знаю эту женщину, - Он зажмурился на секунду: снова подступило головокружение, одолевшее его на мостике. - Что с ней случилось?
- Вы развелись, - Меньше всего Кирку хотелось упоминать о неудачном браке Маккоя, но выхода не было. - Это продлилось недолго... и расставание было... тяжёлым.
- Надеюсь, я не распускал романтических соплей по этому поводу. Скажите, капитан, я вздыхал и тосковал по утраченной любви?
- Нет, - коротко ответил Кирк. - Вы никогда не обсуждали это ни с кем.
- Ну что ж, это немного утешает.
Он выключил экран.
- Награды и благодарности Звёздного Флота мы пропустим. На данный момент у меня предостаточно пищи для размышлений.
- Боунс...
Капитан осёкся, встретив вопросительный взгляд Маккоя.
- Простите. Это и впрямь звучит немного странно. Я называл вас этим прозвищем.
- "Боунс" - это от слова "костоправ"?
Кирк усмехнулся.
- Вы часто утверждали, что в душе вы простой сельский доктор.
При этих словах Маккой будто закаменел.
- Да, капитан. Кажется, мои идеалы пали жертвой брака и развода. Я никогда не стремился стать высокотехнологичным, зависящим от электроники специалистом, наподобие хирурга. Я мечтал открыть семейную практику где-нибудь в сельской местности, где хороший доктор становится частью жизни своих пациентов. Мне и в голову не приходило, что я могу не довести эти планы до конца.
- Время и опыт зачастую меняют жизненные ориентиры, - Кирк обнаружил, что ищет слова, способные оправдать поступок его друга. - Вы никогда не жалели о том, что поступили на службу.
- Зато теперь жалею, капитан Кирк, - Голубые глаза Маккоя потемнели от едва сдерживаемого гнева. - Я хочу вернуться на Землю, и как можно скорее.
Кирк подавился своим питьём.
- Я тоже, доктор, - сказал он, отдышавшись, - но, к сожалению, всё не так просто. Это не увеселительный круиз. Мы находимся на военном корабле, который только что побывал в бою. Понимаю, обычный распорядок жизни на борту вам незнаком, но вы, конечно, заметили, что мы ремонтируем корабль после боевых повреждений.
Маккой медленно кивнул.
- Раненые в лазарете. И все эти люди, бегающие по коридорам. Наверное, я был слишком погружён в себя, чтобы сделать очевидные выводы, - Его гнев сменился озабоченностью. - Атака была серьёзной?
- Чрезвычайно. Наши щиты сильно ослаблены, мощность фазеров опасно сокращена. Мы починим импульсные двигатели через несколько часов, но варп-привод не подлежит восстановлению, пока мы не доберёмся до ремонтного дока...
Кирк прервал объяснения, видя непонимание в глазах Маккоя. Все эти термины ничего не значили для сидящего перед ним человека. И не стоило ждать от него ни убийственной критики, ни тёплого слова ободрения для капитана подбитого звездолёта.
- Ещё некоторое время мы не сможем попасть домой, - сказал Кирк, опустив прочие подробности.
- Кто напал на нас? - спросил Маккой с возрастающим волнением.
Капитан начал было объяснять, но потом лишь неопределённо пожал плечами.
- Ситуация довольно запутанная. Но вам не стоит об этом беспокоиться. Беспокойство - моя работа.
В его словах Маккою послышалась бесконечная усталость.
- Значит, атака может повториться?
- Как сказал бы мистер Спок, имеется определённая вероятность.
Кирк видел, как озадаченное выражение на лице его друга сменяется тревогой и, наконец, изумлением.
- Я могу погибнуть, - проговорил он, будто отказываясь поверить.
- Да, доктор, - хмуро ответил Кирк. - Мы все можем.

ГЛАВА 10

Бортовой журнал, звёздная дата 5524.2: "Энтерпрайз" всё ещё тяжело повреждён, но мы можем двигаться на импульсной тяге к Торговой станции Вагнер. Наше оружие располагает лишь половинной мощностью, наши щиты практически бездействуют, и трофейный клингонский крейсер остаётся нашим единственным малоприятным эскортом...

Кирк откинулся на спинку кресла. Вокруг него на мостике царила знакомая и уютная рабочая обстановка. Все были на своих постах, огни индикаторов вспыхивали и гасли с приятной регулярностью, тихое гудение аппаратуры складывалось в ласкающую слух мелодию.
- Вперёд, варп-фактор два.
- Сэр? - откликнулся удивлённый голос от штурвала.
Капитан вздохнул. Он не собирался озвучивать свои бесплодные мечты, но случайно вырвавшаяся фраза выдала его с головой.
- Двигатели на четверть импульсной мощности, мистер Лесли.
- Есть, капитан.
Рулевой подавил кривую улыбку сочувствия. Его собственные мысли блуждали там же, где и мысли его командира.
Не без трепета Лесли послал с пульта команду на включение импульсных двигателей "Энтерпрайза". Звездолёт медленно, но без напряжения стронулся с места и тихо заскользил в пространство. Кирк, наполовину ожидавший протестующего скрежета и стона металла, перевёл дыхание.
- Увеличить до половины мощности.
- Есть половина мощности.
- Курс пятьдесят три, отметка шесть, - подхватил в свой черёд навигатор. Слаженная работа всего персонала мостика вошла в привычное русло, где каждый знал своё дело до мелочей.
- Мистер Скотт, - Кирк вызвал главного инженера. - Мы можем идти на полной скорости?
- Да, капитан. Это мы можем, - Нескрываемое удовлетворение в голосе Скотти было слышно даже через интерком. - Нашей красотке здорово досталось, но она держится молодцом.
В каждом его слове звучала такая нежность, словно он говорил о любимой умнице-дочери.
- Вперёд, полная импульсная мощность.
Рулевой в последний раз увеличил тягу, разгоняя "Энтерпрайз" до предельной скорости. Кирк с тревогой наблюдал неторопливое смещение звёзд на экране. Корабль едва тащился. Спок огласил невесёлый прогноз:
- При сохранении текущей скорости мы достигнем станции Вагнер через двенадцать целых шесть десятых дней.
Этот удручающий факт не был новостью для Кирка, но только сейчас он в полной мере осознал его. Путь, недавно проделанный ими за несколько часов на варп-скорости, теперь растянулся на недели - угнетающее напоминание об истинной протяжённости космоса. Кирк был сыт по горло угнетающими событиями за последние несколько дней.
- Ухура, вызовите "Фальчион".
Лейтенант активировала узкополосный канал, обеспечивающий связь с трофейным крейсером.
- Лейтенант Сулу капитану Кирку. "Фальчион" готов к запуску импульсных двигателей. Держим курс пятьдесят два, отметка семь. Ждём вашей команды.
- Вас понял, командующий Сулу, - отозвался Кирк тем же официальным тоном. - Начинайте движение.
Он хорошо представлял себе, как нервничает сейчас Сулу. Не так давно он и сам был таким - молодой офицер, впервые ощутивший на своих плечах весь груз ответственности.
На обзорном экране вспыхнул силуэт клингонского корабля. Выпуклый головной отсек был рябым от мелких пробоин, металлические крылья исполосованы чёрными рубцами, но в сравнении с "Энтерпрайзом" его состояние можно было назвать образцовым.
В течение нескольких секунд крейсер оставался неподвижным. Потом короткая дрожь прошла по его корпусу, и он двинулся вперёд, рывками наращивая скорость.
- "Фальчион" на полном ходу, капитан, - бодро отрапортовал Сулу.
Ещё через несколько секунд его уверенность была подкреплена делом: скорость крейсера выровнялась, и он лёг на параллельный курс с "Энтерпрайзом".
- Мы быстро осваиваемся, - Едва схлынуло напряжение, как сдержанность Сулу уступила место безудержной разговорчивости. - Я в два счёта научу эту колымагу крутить бочки.
Крейсер неторопливо завалился в крен, ложась на одно крыло. Неугомонный лейтенант был мастером высшего пилотажа; это его качество не раз спасало "Энтерпрайз" в самых отчаянных ситуациях.
- Только сохраняйте дистанцию, когда будете практиковаться в боевых манёврах, Сулу. Я не хочу, чтобы одна из ваших мёртвых петель закончилась внутри нашего корпуса.
- Есть, сэр. Конец связи.
Выйдя из крена, "Фальчион" качнул крыльями в старом, как мир, прощальном салюте.
На обзорном экране снова распахнулась панорама далёких звёзд. Без искажения, вносимого варп-движением, они светили ровно, не мерцая. Кирк изучал узор созвездий. Их расположение будет изменяться медленно, почти незаметно для глаза в течение ещё...
- Двенадцать дней?
- Двенадцать целых шесть десятых, - педантично поправил старший помощник. С небрежностью он не мог смириться.
- Теперь у вас будет время выспаться, - сказал Кирк.
От Спока не укрылся завуалированный намёк на земную половину его генов. Он тут же вернул капитану замечание:
- Эффект принятого вами стимулятора рассеется в течение ближайших пятнадцати минут. Вам следует сдать пост, прежде чем вы будете не в состоянии исполнять свои обязанности.
- Как там кто-то сказал? - кисло спросил Кирк. - На такой скорости я могу командовать даже спящим.
Он расписался, как положено, на протянутой ему планшетке.
- Как насчёт вашего состояния, Спок? Кто его проверяет?
- Доктор Кортехо.
Для ушей Кирка эта лишённая выражения реплика несла весьма сильный эмоциональный подтекст. Выходит, даже выносливость Спока всё-таки не была безграничной.
- Да, согласен. Мне бы тоже хотелось, чтобы Маккой вернулся к своей работе.
Спок поднял бровь в знак укора, но не стал опровергать такое истолкование.
- Прогноз доктора Дайсон не изменился?
В первый раз Спок задал прямой вопрос о состоянии Маккоя.
- Она ждёт последних результатов неврологического обследования, - ответил Кирк.
Кто-нибудь, незнакомый с особенностями характера полувулканца, мог ошибочно принять его сдержанность за равнодушие, но Кирк знал, что дело обстояло скорее наоборот. Беспокойство было слишком глубоким, чтобы выражать его вслух. Он вспомнил пятна крови на тунике Спока, и его захлестнула волна сочувствия и симпатии к старшему помощнику.
- Я иду в лазарет, - сказал он. - Прямо сейчас.

Едва переступив порог медицинской исследовательской лаборатории, Кирк отметил витающее в воздухе напряжение. Маккой и Дайсон едва заметили прибытие капитана. Их внимание было сосредоточено на экране компьютера, забитом какими-то цифрами и графиками. Кирку эта информация ни о чём не говорила, но для двух врачей она, очевидно, означала нечто важное.
- Очень интересно, - Маккой пристально смотрел на невролога. - Я не дурак, доктор Дайсон.
Он собирался добавить ещё что-то, но покосился на капитана и промолчал. Он мне не доверяет, с удивлением понял Кирк.
- Всё, что касается моего экипажа, касается и меня, - твёрдо сказал он. - А вы - мой офицер и главный врач. Кроме того, вы, как ни странно, мой друг. Уж поверьте на слово.
- Хорошо, капитан, - сказал Маккой. - Тогда вы должны знать, что ваш главный врач психически невменяем. Здесь нет признаков длительного повреждения мозга. Клинические симптомы указывают на истерическую фугу*, вызванную психологическими причинами, - Он криво усмехнулся. - Проще говоря, я слетел с нарезки.
- Дайсон, вы согласны с этим диагнозом?
Она согласно кивнула.
- Это наиболее вероятное заключение, судя по имеющимся данным. Посттравматическая амнезия - широко известное свойство закрытых травм головы, но такая обширная ретроградная амнезия обычно связана со значительным повреждением головного мозга. Вместо этого результаты теста указывают на очень умеренное сотрясение - небольшое снижение двигательной координации и речевых ассоциаций. Эти симптомы должны исчезнуть в течение нескольких дней, - Она сделала паузу. - На самом деле, я подозревала нечто подобное уже после первого сеанса, не не была уверена, пока не увидела эти графики.
Кирк задумался.
- Но если мозг не повреждён, значит, воспоминания по-прежнему там, нетронутые. Их можно восстановить...
- Да, и это хорошая новость.
- Плохая же новость, - перебил Маккой, - заключается в том, что мы пока не можем предсказать, когда это произойдёт - если произойдёт вообще.
Первым побуждением Кирка было промолчать о том, что пришло ему в голову, но потом он передумал. Кажется, Маккой был способен обсуждать вопрос объективно.
- Что, если Спок...
- Это было бы слишком опасно, - немедленно возразила Дайсон. - Для доктора Маккоя - определённо, а возможно, и для мистера Спока. Если основная причина была психологической, то любая попытка вмешательства встретит сильнейшее сопротивление. Психика имеет удивительные защитные механизмы, охраняющие её от боли. Амнезия - это реакция на невыносимый стресс: удалите память, и стресс уйдёт вместе с ней. Но если память восстановится прежде, чем психика сможет справиться с болью, результат может быть катастрофическим.
Маккой подавил поднимающуюся в нём волну злости. Он устал от бесплодных попыток понять, что происходит вокруг.
- О чём вы тут говорите?
- О вулканском слиянии разумов.
- Ого, - сказал он озадаченно. - Спасибо... но нет, не стоит. Я предпочитаю держать свою психопатию при себе.
- Но ведь есть какое-нибудь лечение? - требовательно спросил Кирк. - Конечно, нужна психиатрическая консультация...
- Лично мне не нужны никакие консультации и анализы, - заявил Маккой. - Учитывая обстоятельства, я чувствую себя просто отлично. Это тот Маккой, у которого был стресс, нуждался в помощи, но он ушёл обедать.
Дайсон пропустила мимо ушей его легкомысленные слова.
- Хороший результат могли бы дать гипноз и наркоанализ, особенно с применением амилобарбитала натрия. Однако эти методы лежат вне моей компетенции как бионевролога. По иронии судьбы, доктор Маккой - единственный врач на борту, достаточно квалифицированный для проведения таких сложных процедур. Экипажи звездолётов редко нуждаются в таком специализированном лечении. Так что в основном это вопрос времени. Времени, чтобы достичь Звёздной Базы, или времени самостоятельного спонтанного выздоровления.
Медицинские записи доктора Маккоя показывают, что у него очень высокий порог стрессоустойчивости. Каким-то образом он перешагнул этот порог, но разумно предположить, что сбой памяти - временное явление. Всего лишь способ дать отдых мозгу, пока защитные механизмы сознания не адаптируются полностью.
- Так сказать, самовольная отлучка, - съязвил Маккой. - Надеюсь, меня не отдадут под трибунал?
- Чёрт возьми, Боунс, хватит! - рявкнул Кирк, не задумываясь.
Маккой отшатнулся, как от удара.
- Прошу прощения, капитан Кирк, - проговорил он с ледяной вежливостью незнакомца. - Я не привык иметь дело с военными командирами и военными порядками.
- Боунс...
Имя было чужим. Оно не принадлежало стоящему рядом человеку. Этот человек не мог по-простому ляпнуть в ответ что-нибудь вроде: "Иди к чёрту, Джим"; не мог расслышать извинения в голосе Кирка.
- Это моя вина, доктор Маккой, - через силу сказал он. - Я забыл, что вы действительно не знаете меня.
- Конечно, капитан, - отозвался Маккой тем преувеличенно любезным тоном, каким нормальный человек пытается успокоить сумасшедшего.
Дайсон первой нарушила неловкую тишину.
- Вот моя официальная рекомендация: предоставить доктору Маккою отпуск по медицинским показаниям до тех пор, пока я не диагностирую полное восстановление памяти.
- Рекомендация принята, доктор Дайсон.
Капитан повернулся к своему судовому хирургу:
- Лейтенант-коммандер Маккой, настоящим распоряжением вы освобождаетесь от всех обязанностей, связанных с вашей должностью начальника медицинской службы звездолёта "Энтерпрайз".
У него предательски запершило в горле, но Маккой, кажется, не обратил внимания.
- Вы можете считать себя свободным от работы, пока доктор Дайсон и доктор Кортехо не признают вас достаточно здоровым для возвращения на пост.
- Или пока мы не доберёмся до одной из этих Звёздных Баз, чтобы я мог вернуться на Землю, - твёрдо сказал Маккой.
Кирк коротко кивнул в знак согласия и вышел из лазарета, не сказав больше ни слова.
- Я понимаю, что вам приходится нелегко... - начала Дайсон, когда они остались одни.
- Пожалуйста, избавьте меня от лекции на тему эмоциональной адаптации, - взмолился Маккой. - Я пытаюсь относиться к этой абсурднейшей ситуации как можно серьёзнее, но какая-то часть меня продолжает искать за кулисами выход со сцены. Обязанности начальника медицинской службы! Боже ты мой, да я только что закончил интернатуру!
Дайсон недоверчиво покосилась на него.
- Ну и как?
Он тяжко вздохнул.
- Я, наверное, счастливчик, если до сих пор работаю в медицине. Если верить Энди Гилдстрому, я самый неуклюжий, самый бестолковый... - Он осёкся. - Что это вы на меня так смотрите?
- Как смотрю? - переспросила она с простодушным видом.
Он подозрительно сощурился.
- Когда я упомянул Гилдстрома, вы посмотрели так... изумлённо.
- О, просто я никогда не слышала, чтобы доктора Андерсона Дж. Гилдстрома называли "Энди".
- Вы его знаете? И что, он всё так же важничает? Он самый... был самым невыносимым всезнайкой среди младших ординаторов Атланты.
- Он руководитель службы здравоохранения системы Аргелиус, - ответила она, давясь от смеха.
Теперь уже Маккой изумлённо таращился на неё.
- Руководитель службы здравоохранения... Боже милостивый, да я не доверил бы ему и простуду лечить, не то что заниматься медицинским обслуживанием миллионов людей!
- Вероятно, он несколько улучшил свою квалификацию за последние двадцать лет, - предположила Дайсон.
- Да, точно.
Он внезапно нахмурился, обводя взглядом комнату.
- Как бы то ни было, я не могу распознать половину оборудования в этом отделе. В отделении реанимации девять пациентов, но я боюсь даже подступиться к ним. Под руководством сестры Чепэл я, может быть, смогу взять на себя несколько амбулаторных случаев, но и только. Чёрт, да любой санитар знает о медицине на этом корабле больше меня. Если я мог управляться с этим оборудованием, значит, я потерял больше двадцати лет медицинских знаний и опыта.
- Будем считать, что вы просто положили их не на то место, - Кристина Чепэл вошла в комнату незамеченной. - Но они обязательно к вам вернутся.
- Вы так уверены в этом, мэм?
- Да, - сказала медсестра. - Но до тех пор мне придётся работать под надзором действующего начальника медслужбы Кортехо. Имейте в виду, доктор Маккой, я ещё припомню вам все мои мучения. Диана, ты тоже горько пожалеешь, если повторишь кому-нибудь то, что я сказала. А теперь брысь из лазарета, вы оба. Я устала от ваших физиономий.
- Но я здесь живу, - запротестовал Маккой.
- Уже нет, - Чепэл указала на дверь. - С этой минуты вы выписаны. У вас есть собственная каюта на этом корабле, и сейчас самое время вернуться туда, чтобы я могла отдать вашу койку тому, кто больше в ней нуждается. Проваливайте.
Она бросила на застывшего Маккоя притворно-сердитый взгляд. Дайсон ласково взяла его за локоть.
- Не бойтесь, вас не изгоняют из райского сада. Я покажу вам дорогу к вашей каюте.
Она провела его через запутанный лабиринт комнат, составляющих медицинский комплекс, тщательно объясняя конструкцию и планировку корабля на каждом повороте.
- Вы меня слушаете? - спросила она наконец.
Маккой что-то рассеянно пробормотал в ответ, потом вдруг остановился и повернулся к ней.
- Я был хорошим врачом?
- Да, - без колебаний ответила она. - Одним из лучших на Звёздном Флоте.
- Слава богу, - Он прислонился к стене коридора, скрестив руки на груди. - В последний год... ну, я начал размышлять - может, я в конце концов не создан для медицины? Господи, я порой чувствовал себя таким тупицей... Всё валилось из рук. Я упорствовал лишь потому, что не мог представить, как буду заниматься чем-нибудь ещё. Я всегда хотел стать врачом - но только хорошим врачом.
Дайсон улыбнулась.
- Все поначалу чувствуют себя некомпетентными. Я тоже иногда ловлю себя на такой мысли, особенно после гневного выговора от старшего доктора. С тех пор, как я попала на "Энтерпрайз", такое случалось несколько раз.
- Это я вас распекал?
- Иногда, - призналась невролог. - Но всегда за дело и по существу.
Он неожиданно ухмыльнулся.
- В отличие от действующего начальника медицинской службы?
- Ш-ш-ш! Не так громко, - предупредила она, но в уголках её губ таилась улыбка. - Хотите, чтобы меня выгнали из Звёздного Флота?
Она взяла его за руку и потянула дальше.
- Нам дальше, на пятую палубу, доктор Маккой. 
- Забудьте об экскурсионной программе, - сказал он, шагая с ней в ногу. - Лучше расскажите, как вас сюда занесло.
- Сюда, на "Энтерпрайз"? Или сюда, в Звёздный Флот?
- И то, и другое. Это кажется мне равно невероятным. Я никогда не задумывался всерьёз о космических путешествиях, пока не очнулся на борту этого корабля.
- Потому что вы землеброд, - бездумно ответила она и тут же спохватилась, поймав его обиженный взгляд. - Извините, ничего личного. Просто я всегда жила в космосе, и мысль о том, чтобы просидеть всю жизнь на планете, кажется мне довольно экзотической.
Они обогнули угол и вышли в главный коридор, недалеко от турболифтов. Дайсон, как бдительная пастушка, провела своего подопечного через двойные двери и назвала вслух место назначения.
- И что дальше? - напомнил он спустя несколько минут, когда они вышли на палубу, где располагались офицерские каюты.
- Ну так вот, я выросла на Потерянном Акре. Это космическая станция чуть побольше той, куда мы сейчас направляемся, и затерянная так же далеко на периферии Федерации. Я хотела изучать медицину и хотела перебраться поближе к цивилизации. Для тех, кто не слишком богат, Звёздный Флот - самый очевидный выбор. Они оплатили моё обучение в обмен на десять лет службы в медицинском подразделении. Я считаю это честной сделкой.
- Ну ладно, вы стали врачом, - согласился Маккой. - Но вы всё ещё находитесь чертовски далеко от цивилизации.
- Да, - печально согласилась она. - Однако библиотека на "Энтерпрайзе" гораздо больше, чем на Потерянном Акре, так что я всё равно в выигрыше.
Она жестом остановила его.
- Вот ваша каюта, сэр.
Он прочёл надпись, чётко выгравированную на дверной табличке:
"Леонард Маккой, д. м."
Странно, но из всех представленных доказательств его потерянной памяти это было самым убедительным: его имя, начертанное на табличке, которую он никогда прежде не видел.
Дайсон открыла кодовый замок, потратив ещё несколько минут, чтобы показать ему, как это делается, и провела его внутрь. Планировка была такой же, как в каюте капитана: внешняя комната, обставленная как рабочий кабинет, со столом, стулом и настенными полками, и небольшая спальная зона, отделённая от неё решётчатой ширмой. Но в отличие от каюты Кирка, эта пребывала в ужасающем беспорядке. На полу валялась разбросанная одежда, стол и полки были завалены бумагами и дискетами, расставленные повсюду растения засыхали в своих горшках.
- Я всегда такой неряха? - спросил Маккой, с отвращением глядя на царящий кругом бардак.
- Откуда мне знать? - отозвалась Дайсон с лукавой усмешкой. - Раньше вы никогда не приглашали меня в свою каюту.
Маккой отчаянно покраснел. Она же невозмутимо продолжила обучение, показывая ему, как управлять освещением, как включать интерком и пользоваться акустическим душем.
Когда она вышла в коридор, он потянулся за ней, как привязанный.
- Я должен дать вам на чай за обслуживание номера?
Дайсон легонько подтолкнула его обратно в каюту.
- Нет, это я дам вам совет**: вздремните немного.
Дверь закрылась перед его носом.
Маккой вздохнул и решительно повернулся лицом к ожидающей его унылой пустоте. Он побродил по комнате, поиграл с панелями управления, которые показывала Дайсон, однако скудный репертуар цветных огней и звуковых сигналов быстро наскучил ему. Он полил цветы, но так и не смог заставить себя прикоснуться к грязной одежде на полу. Он собрал дискеты и бумаги со стола, но не мог придумать, куда их пристроить, и наконец просто свалил их в кучу.
Когда все возможности занять себя были исчерпаны, он разделся и осторожно лёг на разобранную постель. Несмотря на усталость, сон не шёл к нему, и только усилием воли он заставлял себя не ворочаться с боку на бок. Вместо того, чтобы расслабиться, он чувствовал себя комком напряжённых мускулов. Какая-то беспричинная тревога не давала ему покоя.
Наконец он осознал, что мешает ему. То было ожидание - он ждал возвращения настоящего жильца. Назойливое ощущение никак не проходило. Едва заслышав в коридоре шаги, он вскидывался - мерещилось, что идущий направляется прямо в каюту; каждый шорох или скрип металла в его воображении превращался в звук открываемой двери.
Пролежав два часа в чужой постели, Маккой вскочил и снова натянул одежду. Оставался только один выход. Лазарет был единственным местом на корабле, где он чувствовал себя более-менее уютно. Если сестра Чепэл уже отдала кому-то мою койку, решил он, буду спать на полу в палате.
Он вышел из каюты и быстро зашагал по коридору с наполовину погашенным по ночному времени освещением. Дорогу до турболифта он помнил. Двойные двери раздвинулись, и он вошёл в пустую кабину.
- Лазарет, - смущённо произнёс он вслух. Чертовски глупый способ перемещаться по кораблю. Однако хитрая автоматика подчинилась приказу, что добавило ему уверенности в себе.
Добравшись до медицинского комплекса, Маккой вздохнул с облегчением. Несмотря на обилие загадочных технологических новинок, всё здесь было успокаивающе знакомым - запах озона и лекарств, красноватый свет стерилизующих ламп, монотонные сигналы диагностической аппаратуры. Маккой свободно прошёл через палаты, не задержанный никем из дежурного персонала, и отыскал маленькую подсобку, в которой его поселили. Кровать всё ещё была на месте, и он с удовольствием растянулся на ней. Здесь, в безликой стерильной обстановке, его взвинченные нервы наконец успокоились, и усталость взяла своё, увлекая его в глубокий сон.
Несколько часов спустя он застонал и заметался, тщетно пытаясь вырваться из мучительной бездны кошмара, но так и не проснулся.
--------------------------
* Фуга, точнее, диссоциативная фуга - редкое психическое расстройство, при котором больной полностью забывает всю информацию о себе, вплоть до имени. Память на универсальную информацию сохраняется. Во всех остальных отношениях, кроме амнезии, больной ведёт себя нормально. Причиной диссоциативной фуги является психическая травма или невыносимая ситуация, в которую попал больной. Фуга носит защитный характер, поскольку даёт больному возможность получить отпуск от своих проблем. Диссоциативная фуга длится от нескольких часов до нескольких месяцев, изредка дольше. Потом больной вспоминает свою прежнюю биографию (обычно внезапно), но при этом может забыть всё, что происходило во время фуги.
** Игра слов: give a tip - это и "дать на чай", и "дать совет, подсказку".

ГЛАВА 11

- Будто в борще плаваем, - скривился Чехов.
На навигационном экране "Фальчиона" клубилась мутная взвесь бордовых пылинок. В центре экрана пылинки сбились в плотный сгусток, обозначающий местонахождение "Энтерпрайза".
- Это ранняя модель маскирующего устройства, - сказала Азиз. - Вероятно, установлена во время первого технологического обмена с ромуланцами.
В отличие от Чехова, она не воспринимала искаженные показания бортовых сенсоров как персональное оскорбление. Ей было достаточно того, что инженерный отсек работал нормально.
- Значит, клингоны здорово прогадали в этой сделке, - заметил Сулу.
- Da, а теперь и мы тоже, - Энсин потёр усталые глаза. - Может, оно всё-таки сломано?
- Всё в порядке - и с маскировкой, и с сенсорами, - резко ответила Азиз.
Больше она ничего не сказала, но вывод напрашивался сам собой. Лицо Чехова запылало от гнева.
- Между прочим, я тут не единственный новичок. Наверное, распределение мощности плохо отрегулировано.
Обвинение было умышленным и явным, будто красная тряпка, показанная быку. Сулу беззвучно застонал, слушая закипающую рядом перебранку. Он мог приказать обоим заткнуться, но это лишь растравило бы взаимную обиду. Так вот что чувствовал Кирк, когда мистер Спок и Маккой...
Рулевой улыбнулся. Он часто отмечал, как ловко капитан отвлекает своих старших офицеров от очередного спора, внезапно переменив тему. Его тактика могла сработать и здесь - с небольшой поправкой.
- Джентльмены, наша миссия не должна потерпеть неудачу, - провозгласил он серьёзно и веско. Чехов и Азиз смущённо умолкли. - Судьба этого корабля и его команды, судьба всей Вселенной зависит от нас.
Сулу повернулся к Чехову.
- Вы мой научный офицер. Меня не интересует, как вы это сделаете, но заставьте сенсоры работать. 
Он сжал челюсти, придав лицу знакомое всем выражение непреклонной решимости.
Чехов тут же сориентировался и подыграл.
- Как вам угодно, капитан, - серьёзно ответил он. Его круглое лицо мгновенно сделалось строгим и отрешённым. - Однако для решения поставленной задачи требуется увеличить энергопотребление корабля, что поставит под угрозу безопасность судна и жизни экипажа, - Он попытался поднять одну бровь, но не сумел.
Азиз вскочила на ноги, прижимая руки к груди.
- Нет, нет! Только не мои малютки! Плевать на экипаж, но не повредите моих деток! - заголосила она с потешным шотландским акцентом.
Сулу открыл было рот, но покачал головой и выпал из образа.
- Нам срочно нужен Маккой. Я не могу подать следующую реплику, пока Маккой не произнесёт речь о том, что "люди прежде всего".
Чехов закивал.
- Дайсон здорово изображает Маккоя. Может, нам стоит обзавестись медиком на всякий случай?
- Учитывая обстоятельства, было бы дурным тоном просить её присоединиться к нам, - сказала Азиз. Она подобрала планшетку и снова села за консоль, наблюдая за индикаторами работы двигателей.
Молодые люди вздохнули и вернулись к управлению "Фальчионом".
- Готовимся отключить маскировку, - распорядился Сулу, пока хронометр отсчитывал последние секунды условленного срока испытания.
- Маскировочное устройство отключено, - Танец бордовых снежинок на мониторе Чехова сменился глухой чёрной пеленой.
- "Энтерпрайз" - "Фальчиону", - раздался в рубке голос Ухуры. - Вы снова на визуальном контроле. Сохраняйте прежнюю скорость и курс на станцию Вагнер.
- "Фальчион" - "Энтерпрайзу". Вас понял.
Сидя на своих местах, экипаж крейсера усердно таращился на приборные панели. Неблагодарное оборудование не замечало расточаемого ему внимания и продолжало работать без перебоев, надёжно и стабильно. Через полчаса Чехов пробормотал:
- Я-то думал, что иметь собственный корабль - совсем другое дело. Но это так же... - он замялся.
- Скучно, - подсказала Азиз тусклым голосом.
Сулу сжал зубы, но побороть разочарование оказалось не так-то просто.
- На досветовой скорости всегда скучно, - сказал он наконец. И все трое снова погрузились в молчание.

Маккой ещё раз сверился со списком развлекательных кинолент; согласно краткому описанию, он смотрел комедию. Судя по длинному ряду звёздочек напротив названия, она пользовалась популярностью. Он снова взглянул на платформу D-проектора, расположенную в углу комнаты отдыха. По размерам она превосходила любой виденный им трёхмерный визуализатор, создавая человеческие фигуры почти в натуральную величину. Сейчас на платформе стояли мужчина и женщина, тихо разговаривая друг с другом. Качество изображения было таким высоким, что Маккой сперва принял их за отдыхающих членов экипажа. Заблуждение длилось до тех пор, пока он не обратился к ним с вопросом. К счастью, в комнате не было настоящих людей, и это спасло его от окончательного конфуза.
Призрачная пара тем временем вела бесконечный невразумительный разговор. Большинство слов в их речи были знакомыми, но из-за нескольких непонятных терминов Маккой никак не мог уловить соль их шуток. Диалог показался ему невероятно глупым, но за неимением лучшего занятия он продолжал слушать.
После сумасшедшего рабочего графика в приёмной "скорой помощи" Атланты казалось невообразимой роскошью иметь столько свободного времени. Его первым побуждением было поесть. В корабельной столовой кормили бесплатно - настоящий рай для молодого врача с вечно пустым кошельком. Однако в настоящем времени его тело успело позабыть о прожорливой студенческой юности и не собиралось обедать в неурочный час. Следующей мыслью было выспаться, пока есть возможность... но бессонные ночи дежурств тоже канули в прошлое, а здесь и сейчас ему совершенно не хотелось спать.
Болтовня призрачных комиков надоела ему вконец. Он нашёл в списке несколько знакомых названий - они числились в разделе классических лент - но компьютер ответил, что эти записи недоступны из-за "незавершённой регулировки системы". Подавив невольное желание извиниться перед мужчиной и женщиной, Маккой  вышел из комнаты.
Бесцельно шагая по коридорам, он обнаружил, что направляется в лазарет. У него не было официального повода находиться там, но по крайней мере медицинский персонал не возражал против его присутствия.
На пятой палубе Маккой обнаружил, что заблудился в запутанном лабиринте медицинского комплекса. Он бродил по незнакомым переходам, совершенно одинаковым на вид, пока не наткнулся на две цилиндрические колонны из дымчатого стекла высотой от пола до потолка, стоящие у дверей лаборатории, как часовые на посту. Заинтересованный, он принялся разглядывать странные сооружения, внутри которых по замысловатой паутине трубочек бесконечно циркулировала голубая жидкость.
Пока он гадал, что это за субстанция, цилиндры вдруг разразились громким писком, словно оскорблённые его невежеством. Резкий звук подтолкнул Маккоя; его руки сами собой нашли панель управления на стене, пальцы безошибочно пробежались по кнопкам, нажимая там и тут. Настойчивый сигнал смолк, поток жидкости в цилиндрах замедлился.
Секундой позже из смежной комнаты пулей вылетел лаборант. При виде Маккоя он непроизвольно втянул воздух.
- Простите, сэр, - выпалил он. - Честное слово, больше не повторится!
Маккой был слишком изумлён, чтобы сказать что-то в ответ. От его молчания лаборант ещё больше смешался.
- Такого у нас никогда не случалось, просто мы стоим двойную смену, и я подменяю Тахири...
Он прикусил язык, слишком поздно сообразив, что выдаёт оплошность другого работника.
- Всё в порядке, - сказал Маккой, пытаясь сохранять авторитетный вид перед юношей чуть старше, чем он сам... чем он сам был. - Мы все перегружены работой. Просто делайте всё, что в ваших силах.
- Да, сэр, - ответил молодой человек с удивлением и облегчением. - Спасибо, сэр.
И с такой же скоростью нырнул в лабораторию.
- Всегда пожалуйста, - насмешливо пробормотал Маккой, но его уже никто не слышал.
Услышав позади топот чьих-то шагов, он обернулся. Растрёпанная девушка в синей научной униформе бежала по коридору. Одной рукой она прижимала к себе стопку дискет, а в другой держала гребень, на ходу расчёсывая спутанные пряди. Она откинула волосы с лица как раз вовремя, чтобы не врезаться в доктора.
- О, чёрт!
- Тахири, вы опоздали, - строго сказал Маккой. - Идите работать.
- Есть, доктор Маккой! - отчеканила Тахири, исчезая в том же помещении, что и первый лаборант.
Маккой снова остался один в коридоре. За закрытой дверью бубнили возбуждённые голоса. Он знал, что стоит ему войти в лабораторию, и молодые люди тут же угомонятся и заговорят шёпотом. При этой мысли ему почему-то стало тоскливо.
Стеклянный цилиндр сочувственно булькнул в ответ. Маккой взглянул на круговорот таинственной голубой жидкости, и лишь тогда осознал, что его руки только что управляли этим странным прибором - управляли помимо его сознания.

Получив от дежурной медсестры сообщение по интеркому, Диана Дайсон без промедления отправилась в отделение общей терапии. В палате никого не было, кроме Маккоя, который расхаживал из конца в конец комнаты, словно пытаясь в одиночку заполнить всё пустое пространство.
Дайсон пригляделась к нему, быстро оценивая клинические симптомы: бледная кожа, перевозбуждение, учащённое дыхание, но никаких видимых повреждений.
- В чём дело? - настойчиво спросила она.
- Я начинаю вспоминать. По крайней мере, мне так кажется... только не знаю, как...
Дайсон спокойно восприняла новость.
- Не торопите события - вы только сами себя запутаете. Вам не помешает лёгкое успокоительное... - Как она и предполагала, при первом же упоминании о лекарствах Маккой перестал метаться и остановился, как вкопанный. - Итак, что вы вспомнили?
- Вот именно, - Теперь он начал раздражённо размахивать руками, будто компенсируя неподвижность ног. - Там есть такой высокий цилиндр возле одной из лабораторий...
Он неопределённо ткнул рукой в сторону дальней стены.
- Стокалиновый процессор?
Маккой пожал плечами.
- Я не знаю, что это было, но когда он запищал, я его отрегулировал.
- А, - В голосе Дайсон звучало явное разочарование. Она немного помолчала. - Что делает вот это устройство?
Она указала на блестящий металлический ящик, установленный в углу палаты. Маккой покачал головой.
- Будь я проклят, если знаю.
- Это портативный реген-модуль. Можете запустить программу регенерации тканей?
- Нет, конечно!
- И всё же попробуйте, - Она подтолкнула его к панели управления. - Давайте.
Маккой опасливо приблизился к прибору.
- Если я сломаю эту штуку, сестра Чепэл вышвырнет меня из лазарета навсегда, - сокрушённо проговорил он, разглядывая аккуратные ряды кнопок на боку ящика. - И что дальше?
- Нажмите первую кнопку во втором ряду.
Он выполнил указание, и тут его пальцы самовольно потянулись к другой кнопке, потом к третьей, изменяя настройку всего ряда. Модуль мигнул сигнальной лампочкой и заработал.
Маккой отдёрнул руку, будто обжегшись.
- Что за чёрт... это правильно?
- Да, - ответила она. - Но это не значит, что к вам возвращается память.
- Вам придётся объяснить поподробнее, доктор Дайсон, - желчно сказал Маккой. - Моё медицинское образование слишком устарело, чтобы я мог уяснить смысл ваших слов.
Она оставила его злость без внимания, зная, что он успокоится сам, как только лучше вникнет в суть дела.
- Знания записываются различными способами и в различных областях мозга. Сейчас ваше сознание блокирует описательную память, отвечающую за осмысление поставленных задач. Но вы всё ещё пользуетесь двигательной памятью. Даже без сознательного контроля ваш мозг может воспроизводить последовательность знакомых физических движений, действий, которые вы в прошлом повторяли много раз. Ваше тело помнит их, хотя разум забыл об этом.
- Ложная тревога, - вздохнул Маккой. - Тогда как это произойдёт? Как я вспомню то, что забыл?
- Я не могу предугадать ни "как", ни "когда". Если ваша память вернётся без посторонней помощи...
- Вы имеете в виду - раньше, чем психиатры Звёздного Флота начнут копаться в моей голове.
Она не позволила ему отклониться от темы:
- Любое, самое заурядное событие может послужить своего рода триггером. Какой-то объект, знакомое место, даже несколько слов способны запустить процесс возвращения памяти. Сначала вы, скорее всего, будете вспоминать обрывки сцен из прошлого, лица, разговоры; потом отдельные эпизоды начнут связываться вместе...
- Похоже на очень длительное выздоровление.
- Вероятно, да, - подтвердила она. - Или это может произойти мгновенно, как если бы открылась запертая дверь. Но в таких случаях промежуточный период обычно стирается из памяти. Вы просто вернётесь в ту точку, на которой остановились в момент травмы.
- Но что будет со мной, пока я сижу под дверью и жду, когда она откроется? - спросил Маккой. Он переминался с ноги на ногу; ему не стоялось на месте. - Капитан Кирк сказал, что корабль ещё долго пробудет в космосе.
Дайсон смерила задумчивым взглядом мигающие огоньки на панели реген-модуля.
- Вы могли бы выполнять какую-нибудь лёгкую работу в качестве санитара.
- Я? Врач из тёмного средневековья?
- Вы не утратили способности управляться с современным медицинским оборудованием. В медицинском компьютере есть программа тренировочного курса, которая объяснит вам, что именно вы делаете, - Она заметила его нерешительность. - С другой стороны, у вас есть отличное оправдание, чтобы отдыхать, читать книги, расслабляться в комнате отдыха...
- Когда я могу начать? - резко прервал её Маккой.
- Я установлю учебный курс прямо сейчас, - ответила она, пряча улыбку. - А дальше... всё зависит от вас.
Отвечая настойчивым требованиям Маккоя, она отвела его в медицинскую библиотеку и показала ему, как подключаться к учебной программе.
- Добро пожаловать обратно на службу, сэр, - добавила она полушутя, полусерьёзно.
- Ни в коем случае, - горячо возразил он. - Предпочитаю считать себя гражданским добровольцем.
И он принялся за первый урок, прежде чем Дайсон вышла из комнаты.

Кирк шёл через инженерный отсек. Даже с закрытыми глазами, полагаясь лишь на слух и осязание, он мог бы сказать, что с кораблём что-то не так. Гул двигателей был прерывистым, сбивчивым, как дыхание обессилевшего бегуна, тонкий вой перегруженных энергосистем звучал жалобным плачем. Вибрация палубы, обычно едва заметная при переходе на импульсную тягу, стала отчётливой, неровной и щекотала ступни через подошвы ботинок.
Знакомая обстановка отсека тоже преобразилась из-за сложенных повсюду запчастей, ожидающих своей очереди на установку. Обломки и разбитое оборудование из повреждённых отсеков были свалены во всех свободных углах, где им предстояло пробыть, пока корабль не доберётся до ремонтного дока. Кирк уже перестал замечать резкий запах горелой изоляции и проводов, которым, кажется, пропитались все палубы. Да и экипаж тоже притерпелся.
- Беккер, где Скотти?
Помощник инженера оторвал взгляд от электросхемы, расположенной на панели перед ним. Карие глаза безучастно смотрели на капитана; тёмное лицо было невыразительным, отупевшим от усталости.
- Беккер?
Тот моргнул. Похоже, он с трудом осознавал, где находится сам.
- Да, капитан?
Кирк медленно и отчётливо повторил вопрос.
- Он на семнадцатой палубе, сэр, - невнятно ответил Беккер и снова уставился на схему стеклянным взглядом. Руки у него слегка дрожали.
- Хм... Это не совсем так.
Кирк обернулся на новый голос. В его сторону двигалась опасно шатающаяся стопка плоских коробок. Из-за стопки на капитана глядели два зелёных, как лесной мох, глаза под ворохом тёмных волос. Кирк успел подхватить верхние коробки, прежде чем они посыпались на пол, и обнаружил за ними молодую девушку в красной тунике инженера.
- Мистер Скотт не был на семнадцатой палубе со вчерашнего дня, - сказала она, прижимая подбородком остаток своего груза, чтобы удержать его в равновесии. - Я несу ему эти кабельные разъёмы в запасную рубку.
Беккер не отреагировал на поправку. Кажется, он вообще ни на что не реагировал.
- Не беспокойтесь, сэр. Он сейчас не на дежурстве. Я даже не уверена, что он проснулся.
Она повела Кирка за собой, осторожно обходя препятствия в виде трубопроводов, агрегатов и техников, занятых ремонтом.
Как она и предполагала, они нашли Скотти в запасной рубке. Тот сидел, прислонившись к огромной бухте оптоволоконного кабеля и свесив голову на грудь. Он не подал никаких признаков жизни, когда Кирк и девушка сгрузили коробки по соседству с ним. Рядом работали ещё трое техников, но главного инженера не беспокоили ни грохот, ни возня, ни то, что кабель, служивший ему подушкой, метр за метром исчезал в открытом люке.
Кирк вспомнил едва стоящего на ногах Беккера и не решился разбудить Скотти.
- Лейтенант Крафт, - сказал он вполголоса, - пожалуй, будет лучше, если о текущем состоянии дел мне доложите вы.
- Да, сэр.
Она не разделяла тревоги капитана по поводу чуткого сна её начальника. Свой длинный и подробный рапорт она излагала достаточно громко, чтобы перекричать шум, поднятый ремонтной бригадой. Скотти даже не пошевелился. 
- ...и проведена перекалибровка контроллера частоты генератора.
- Э, нет, девочка, мы завершим калибровку только через четыре часа.
Кирк взглянул на главного инженера. Глаза Скотти были по-прежнему закрыты, но голос, поправивший лейтенанта, несомненно, принадлежал ему.
- Я думал, вы спите.
- Продолжайте, Крафт, - пробормотал Скотти, не двигаясь с места. - Только выкладывайте всё начистоту. Капитан не скажет вам спасибо, если обнадёжите его впустую.
Девушка закончила рапорт без дальнейших замечаний, и Кирк жестом отпустил её.
- Да? - подал голос Скотти.
- Я пришёл пригласить вас в мою каюту. Я запланировал на сегодня что-то вроде неофициального собрания.
От удивления глаза инженера наконец открылись.
- Прошу прощения, капитан, но при таком графике работ у меня нет времени на дружеские посиделки.
- Это ради Маккоя. Я хочу... познакомить его со старшими офицерами.
Скотти встряхнулся и встал. Последние витки свёрнутого кабеля ускользнули у него из-под ног.
- Так это правда, что у него отшибло память. Я слышал всякие разговоры, но не особо верил. Познакомить... ну, да. Я приду, сэр.

Верный своему слову, Скотти первым прибыл в каюту Кирка; сразу за ним вошёл Спок. Отсутствовал лишь сам почётный гость.
- Несмотря на амнезию, некоторые индивидуальные черты характера доктора остались неизменными, - заметил Спок, когда назначенное время встречи прошло, а Маккой так и не появился.
Научный офицер подсел к настольному компьютеру и, не тратя времени даром, погрузился в беседу с центральным банком памяти. Скотти просто откинулся на стуле, глядя в пространство. Он не нуждался в мониторе - ему достаточно было пустой стены, на которой его мысленный взор мгновенно воспроизводил схемы электрических цепей варп-двигателей, готовясь к следующей стадии ремонта. Ни тот, ни другой не замечали растущего недовольства капитана.
Десять минут спустя двери распахнулись и Маккой, спотыкаясь, шагнул на порог, подталкиваемый в спину чьей-то твёрдой рукой. Рука исчезла, двери закрылись, и он остался стоять у входа. При виде троих офицеров он вытянулся, как новобранец в строю.
- Вольно, доктор, - полушутя сказал Кирк.
Плечи Маккоя чуть расслабились, но неулыбчивое лицо оставалось напряжённым. Впервые Кирк осознал, как ужасно неудобно он себя, наверное, чувствует.
- Простите, что опоздал, - промямлил доктор. Причину задержки он уточнять не стал.
Всё раздражение Кирка испарилось. С приветливой улыбкой он подвёл Маккоя к остальным.
- Вы уже знакомы со старшим помощником Споком...
Маккой смущённо кивнул вулканцу, держа руки по швам.
- А это главный инженер Скотт.
Маккой повернулся к нему и замешкался при виде протянутой ему широкой ладони.
- Здравствуйте, сэр, - выдавил он, принимая рукопожатие.
- Не зовите меня "сэр", - пробурчал Скотти. - Амнезия там или не амнезия, но мы провели немало ночей за бутылкой доброго виски, так что не надо церемоний.
- Как скажете, мистер Скотт.
Главный инженер опять нахмурился:
- Скотти.
- Сэр? - переспросил Маккой.
Скотти печально покачал головой:
- А, неважно.
Когда официальное представление завершилось, разговор застрял на мёртвой точке. Скотти был слишком поглощён мыслями о прерванной работе, чтобы поддерживать непринуждённую беседу. Светские манеры Спока и раньше не выдерживали никакой критики, но сейчас он окончательно превратился в айсберг. А Маккой хранил стойкое молчание, хотя в прежние времена он непременно прервал бы неловкую тишину - рассмешил бы добродушного Скотти или отпустил бы ядовитую шпильку в адрес Спока. Таким безмолвным и замкнутым они его никогда не видели. Тщетно капитан пытался разговорить его, расспрашивая о том, как ему живётся на борту звездолёта. Маккой упорно смотрел в пол и на каждый вопрос отвечал односложным "да" или "нет", словно Кирк был прокурором, а он сам - свидетелем защиты.
Наконец Кирк сжалился над офицерами и дал понять, что тягостное мероприятие окончено. Скотти и Маккой покинули каюту с удивительным проворством, и это окончательно убедило капитана, что попытка собрать их вместе была большой ошибкой с его стороны.
- Спок.
Старший помощник обернулся на пороге. "Слушаю вас, капитан", - означал его отстранённо-вежливый взгляд.
- Если бы Маккой был... самим собой, думаю, он понял бы, зачем я говорю вам это.
Чуть поколебавшись, Кирк вкратце изложил то, что рассказала ему Дайсон о причине амнезии Маккоя.
- Мы должны найти то, от чего он пытался убежать, - настойчиво добавил он. - Найти способ вернуть его назад - прежде, чем доберёмся до Звёздной Базы.
Вулканец на секунду задумался.
- Капитан, логика едва ли применима в данной ситуации.
- Я не прошу от вас логики, - сказал Кирк. - Я прошу дружбы.

ГЛАВА 12

- Я вам наскучил, мэм?
Ухура мужественно разомкнула слипающиеся веки.
- Вовсе нет, доктор Маккой. Я слушаю каждое ваше слово.
- Лейтенант Ухура, за последние пять минут я ничего не сказал. Я наблюдал, как вы потихоньку падаете в свой суп. - Он улыбнулся к вящему её замешательству. - Доедайте скорее, а то остынет.
Он надкусил свой сэндвич. В этом углу столовой они сидели одни; прочие члены экипажа, поодиночке и группами, но все усталые и измотанные, разместились за другими столиками.
- Хоть кому-нибудь на этом корабле удаётся поспать? - спросил Маккой, глядя, как голова Ухуры снова начинает опускаться на грудь.
- В последнее время - точно нет, - Ухура облокотилась на столик и подперла щёку ладонью. - С момента атаки все на ногах.
- Кстати, насчёт этой войны, которую вы ведёте...
- О, это на самом деле не война, - Девушка отчаянно зевнула. - По крайней мере, пока. Мы ещё пытаемся...
Её прервал высокий пронзительный вой из динамиков интеркома, наполнивший комнату. Он становился всё громче и громче, заглушая унылое ворчание и проклятия экипажа. Через несколько секунд шум утих так же внезапно, как и появился.
- Ну что они делают? - простонала Ухура, возводя глаза к потолку, словно пытаясь проникнуть взглядом сквозь все палубы. - Как только мне удаётся наладить своё оборудование, эти горе-инженеры снова всё портят. Капитан снимет с меня шкуру, если я не приведу в порядок бортовые коммуникации, но я же не могу раздвоиться! У меня не хватает времени на всё, что надо сделать.
- Тогда вам не стоит тратить часы своего отдыха на то, чтобы возиться со мной, - вздохнул Маккой. - Ради бога, идите лучше спать.
Она упрямо покачала головой.
- Я обещала Диане не спускать с вас глаз...
- Красными от недосыпа глазами ничего не разглядеть, - Маккой помахал рукой перед её лицом. - Сколько пальцев видите?
- Семь, - сказала Ухура, смеясь.
- Как я и думал: прогрессирующие нарколептические галлюцинации. Состояние тяжёлое, требуется немедленное лечение. Я прописываю вам продолжительный отдых в полном уединении в вашей комнате.
Она всё ещё колебалась.
- Но я же не могу оставить вас без присмотра.
Маккой покраснел.
- Обещаю, что больше не буду бродить по неизведанным местам.
Сегодня утром он вышел из турболифта на незнакомую палубу и предпринял ознакомительную прогулку, которая закончилась падением в инженерный люк. Защитное антигравитационное поле спасло его от очередной травмы, но ему пришлось провисеть в воздухе около часа, прежде чем проходящий мимо член экипажа услышал его крик.
- Кроме того, я вряд ли попаду в беду, просто сидя здесь и доедая сэндвич. Если это вас успокоит, я вызову вооружённую охрану, чтобы меня отконвоировали в лазарет.
- Это не потребуется, - произнёс низкий голос за его спиной. - Я беру на себя ответственность за благополучие доктора.
К удивлению Маккоя, это оказался старший помощник - тот самый вулканец.
- Спасибо, сэр, - благодарно сказала Ухура. Улыбнувшись на прощание Маккою, она забрала свой поднос и встала из-за стола. Спок, с целой горой зелёного салата на тарелке, занял её место.
- Добрый день, мистер Спок... или я должен обращаться к вам по званию?
Строгая выправка офицера наводила Маккоя на мысль, что надо бы ещё и откозырять.
- На "Энтерпрайзе" я совмещаю должности старшего помощника и научного офицера. Мой ранг - коммандер, - объяснил Спок. От его непоколебимой серьёзности Маккой чувствовал себя всё менее и менее уютно. - Ко мне обращаются по званию, однако подобное обращение используют в основном младшие офицеры, желающие соблюсти все условности, а также старшие офицеры, когда ситуация требует подчёркнутой формальности...
Доктора охватило мрачное предчувствие.
- ...поэтому обращение "мистер Спок" вполне уместно, - закончил вулканец.
Маккой слегка расслабился.
- Мне и так хватает мучений с запоминанием имён, а уж звания... Сегодня утром я произвёл кого-то из рядовых в лейтенанты, - Он замолчал на минуту, изумляясь про себя количеству и разнообразию зелени, быстро исчезающей с тарелки Спока. - На самом деле, я испытываю нечто вроде культурного шока, попав на борт этого вашего "Энтерпрайза". Я ведь почти ничего не знаю о Звёздном Флоте... Во всяком случае, так было двадцать пять лет назад.
- Разумеется, - ровно ответил Спок. - Звёздный Флот - замкнутый и обособленный мир, который приводит в замешательство непосвящённых. Я познал это на собственном опыте, когда покинул Вулкан.
По мере того, как ворох зелени на его тарелке убывал, на подносе обнаружился низкий стакан. Спок отложил вилку и сделал глоток грязно-оранжевой жидкости.
- Морковный сок? - отважился спросить Маккой. - Простите, я не хотел показаться любопытным, - тут же поправился он.
- Как я уже говорил, человеческие обычаи не могут меня обидеть, - Спок поднял стакан на уровень глаз, словно то была пробирка с медицинским анализом. - Бета-каротин - лишь один из компонентов формулы.
Он перечислил длинный список витаминов и органических соединений; некоторые из названий доктор слышал впервые.
- В действительности я наполовину землянин и наполовину вулканец. Этот состав является необходимым дополнением моего рациона, поскольку пищевые потребности моего организма уникальны в силу некоторых биохимических отличий.
Маккой выслушал это откровение с вежливым интересом. Спок продолжал:
- Мы с вами разработали этот напиток вскоре после вашего назначения на "Энтерпрайз". Вы назвали его "оранжевой гадостью" и рекомендовали мне принимать его как минимум раз в неделю.
- О... Надеюсь, на вкус оно лучше, чем на вид, - сочувственно сказал Маккой.
- Вы считали эту смесь ядовитой. Тем не менее, после нескольких экспериментов вы придали ей вкус, который я нахожу вполне приемлемым, - Спок допил жидкость и аккуратно поставил стакан на поднос.
Маккой хмуро созерцал остаток своего сэндвича.
- Кажется, о собственном здоровье я заботился куда хуже, - проговорил он ломким голосом. - Согласно записи в моей медицинской карте, я принял приличную дозу другой "ядовитой смеси" перед тем как разбил себе голову.
Он посмотрел на вулканца.
- Вы ведь были там, когда всё случилось. Я был мертвецки пьян - вот почему я упал.
Во взгляде Спока что-то дрогнуло.
- Да, вы пили, - подтвердил он. - Но было и кое-что ещё...
Он без труда восстановил в памяти сцену в каюте Маккоя. Медленно прошёлся по воспоминаниям, отстраняя дымку тревоги и забот, затуманившую его восприятие в тот нелёгкий день.
- Тяжёлое физическое утомление... и какой-то внутренний конфликт.
Он редко говорил вслух о своём телепатическом даре, включающем способность читать эмоциональный фон. Но Маккой принял его слова без единого замечания.
- Вы были расстроены, - уверенно сказал Спок. - Это повлияло на ваше внимание в большей степени, чем алкоголь. Земляне обычно не способны сконцентрироваться в момент эмоционального потрясения - это свойственно вашему виду.
- Настолько расстроен, что выбросил из головы двадцать с лишним лет своей жизни? - уныло спросил Маккой.
Спок озадаченно вскинул бровь.
- Да, вы, наверное, не слышали. Моя амнезия имеет психологическое происхождение. Дело не в повреждении мозговых тканей - просто душа оказалась слишком слаба, чтобы совладать со стрессом. Удар по голове всего лишь послужил сигналом к бегству.
Спок перестал есть.
- Бегству от чего?
- От жизни, я полагаю. По словам сестры Чепэл, я был измотан, проведя много времени в операционной, и подавлен при виде такого количества раненых.
- Это едва ли достаточное основание для подобной экстремальной реакции. - Спок задумчиво сложил руки, сомкнув кончики пальцев. - Я достаточно хорошо знаю вас как личность, доктор Маккой. Отступать перед заурядными трудностями - не в вашем характере. Лишь нечто неординарное могло привести вас в такое состояние.
- Но на это не было времени. Насколько мы можем судить, я вышел из лазарета и пошёл прямо к себе в комнату...
- ...где, согласно логике ситуации, вы должны были лечь спать. Однако, зайдя к вам, я застал вас бодрствующим, - возразил Спок. - Что бы ни произошло в этот отрезок времени, ответ, возможно, находится в вашей каюте.
Бросив в рот последний зелёный листок, старший помощник встал из-за стола и отнёс свой поднос к щели утилизатора в стене.
Маккой последовал за ним, едва поспевая за быстрым шагом вулканца - из столовой по коридору и дальше к турболифту.
- Пятая палуба, - приказал Спок.
Они молча стояли рядом, пока лифт не остановился.
- Я даже не знаю, что искать, - сказал Маккой, когда они двинулись к его каюте.
- Я тоже, доктор. Но даже ваше, в высшей степени эмоциональное, поведение подчиняется логике причинно-следственных связей. Мы знаем следствие; восстановив последовательность ваших действий в тот промежуток времени, мы, возможно, узнаем и причину.
Спок остановился у нужной двери. С третьей попытки Маккой ввёл правильный код для электронного замка. Комната выглядела такой же запущенной, какой он её оставил.
- Я тут не прибрался, - пробормотал он извиняющимся тоном.
"Какого чёрта, это же не моя грязь!"
- Тем лучше, - одобрительно сказал вулканец. - Вы могли уничтожить ценные улики.
Не торопясь входить, он стоял на пороге и внимательно осматривал комнату.
- Вы как будто расследуете убийство, мистер Спок. Со мной в роли трупа.
- Весьма разговорчивого трупа, - отметил Спок.
Он двинулся вперёд, осторожно обойдя кучку смятой ткани на полу.
- Хирургическая туника. Вы обычно переодеваетесь в лазарете, но в тот раз, вероятно, слишком устали. После необычайно длинной смены в операционной вашим первым побуждением, несомненно, было принять душ. Затем вы надели чистую одежду.
- Какого цвета, мистер Холмс? - трагическим шёпотом спросил Маккой.
- Серого, - ответил Спок.
Он бесстрастно взглянул на ошеломлённого Маккоя, затем продолжил:
- По крайней мере, именно так вы были одеты, когда я вошёл. Я стоял здесь.
Он вышел на середину кабинета и посмотрел в сторону спальной зоны.
- Постель была разобрана, одеяло смято, значит, вы всё же спали некоторое время. Однако к моему приходу вы стояли у стола, - он жестом указал Маккою, где именно, - со стаканом в руке.
Вулканец опустил веки и застыл в глубоком раздумье.
- Я помню запах алкоголя... и дыма, - Его глаза распахнулись. - Да, дыма. Любопытно. На этой палубе не было возгораний во время атаки.
- Я видел какой-то пепел в спальне, - вспомнил Маккой.
Он показал старшему помощнику металлический поднос возле кровати.
- Совершенно против правил, - с явным осуждением сказал Спок, исследуя чёрные пятна копоти на металлической поверхности.
- Не смотрите на меня так, - запротестовал Маккой. - Я тут ни при чём. Я даже не живу здесь.
Старший помощник растёр между пальцами щепотку мягкого серого пепла.
- Вероятно, бумажный документ. Один лист, не более.
Он вернулся к столу и начал перебирать сваленные в беспорядке бумаги.
- Несмотря на ваше нелогичное пристрастие к использованию печатных копий, вы очень аккуратно обращаетесь с бумажными носителями и содержите свой стол в порядке. Следовательно, эти материалы должны относиться к последней рабочей сессии.
Маккой взял наугад один из документов и просмотрел первую страницу.
- Они кажутся мне совершенно безобидными.
Спок согласно кивнул.
- Именно поэтому они остались невредимы.
- Ну что ж, похоже, я сжёг за собой мосты, - вздохнул Маккой. - Мы никогда не узнаем, что было на том листке.
- Необязательно, доктор.
Спок сел за компьютер. Когда экран засветился, он пропустил стандартное меню и ввёл несколько быстрых команд. Потоки непонятных символов замелькали на экране - вулканец подключился напрямую к операционной системе.
- К счастью, в компьютерных протоколах остаются записи о каждой произведённой операции. Согласно этим записям, во время последнего включения вы работали с отчётом лейтенанта Фрейзера о результатах вскрытия наших агрессоров. Однако за время этой сессии вы ничего не печатали, - Он снова защёлкал клавишами. - Последними данными, переданными на печать, была корреспонденция, присланная в ходе предыдущего сеанса связи со Звёздной Базой 11.
- И бумага, которую я сжёг, прибыла с этой почтой?
- Возможно, - уклончиво ответил Спок. - Компьютер, открыть доступ к архиву корреспонденции на имя доктора Леонарда Маккоя. Просмотр всех документов, полученных с последней передачей, звёздная дата 5289.1. Код авторизации - 23.10. B.
Он поднял взгляд на Маккоя.
- Поскольку вы не помните свой код доступа, я позволил себе ввести его для вас. Однако по этическим соображениям я не могу читать ваши личные документы.
- Считайте, что я вам разрешил, - отмахнулся Маккой. - В конце концов, вы знаете меня лучше, чем я сам.
- В данных обстоятельствах я не уверен, что ваше разрешение имеет силу, - возразил Спок, упрямо скрещивая руки на груди. - Вы не вполне владеете своими мыслительными способностями.
- Но я не смогу восстановить свои мыслительные способности, если мы не найдём причину этой фуги.
- Интересный философский парадокс, - задумчиво проговорил Спок.
На секунду Маккой испугался, что вулканец пустится в бесконечные размышления над этой сложной дилеммой, но старший помощник снова повернулся к экрану.
- К сожалению, мои этические стандарты серьёзно пошатнулись за время службы среди землян. В интересах установления истины я принимаю ваше разрешение.
Спок принялся быстро просматривать выведенные на экран документы. Маккой заглядывал ему через плечо. Их внимание мгновенно приковал файл, состоящий из единственной страницы с несколькими строками текста.
- Что ж, мистер Спок, - сказал Маккой, прочитав сообщение. - Вы были правы, говоря о неординарных событиях. Это письмо от моей бывшей жены - она сообщает о том, что снова вышла замуж.

ГЛАВА 13

Маккой попытался вспомнить, откуда донёсся жужжащий звук, который он только что слышал. Это могла быть либо входная дверь, либо интерком. Он дотянулся до панели интеркома, нажал кнопку и услышал щёлчок открытой линии.
- Гидропоника, - произнёс незнакомый голос на том конце.
- Это доктор Маккой, - сказал он в замешательстве.
- Да, сэр, Нельсон на связи.
Мягкое жужжание повторилось.
- Не обращайте внимания, Нельсон, - Маккой прервал связь. - Войдите!
Дверь скользнула в сторону, впуская внутрь Диану Дайсон. Невролог шагнула через порог, позволяя двери закрыться за её спиной, и удивлённо остановилась.
- Здесь чисто! - не удержалась она от восклицания, оглядываясь кругом. 
Все следы недавнего беспорядка исчезли, засохшие растения были убраны. Даже стол, за которым сидел Маккой, был освобождён от бумажного хаоса, и теперь на нём лежала только открытая книга.
- Чему вы так удивляетесь? - буркнул Маккой. - Я не несу ответственности за свинарник, оставленный предыдущим жильцом. Я, между прочим, очень опрятный человек.
- И очень занятой человек, - отметила Дайсон.
Книга оказалась старым медицинским учебником; на экране настольного компьютера светилась подробная анатомическая иллюстрация. Маккой явно не терял времени даром.
- Я зайду к вам попозже, - сказала она, поворачиваясь к двери.
- Нет, постойте. Пожалуйста, - Маккой выключил экран, захлопнул книгу и потянулся на стуле. - Я уже достаточно поработал на сегодня - того и гляди, мозги закипят. Кроме того, я почти окончил санитарный курс. Пожалуй, это стоит отпраздновать.
Он улыбался, но голос его звучал безрадостно.
- Доктор Маккой...
Он не дал ей закончить.
- Прошу вас, называйте меня "Лен" или хотя бы "Леонард". Я ужасно устал от всех этих поклонов и расшаркиваний, которыми меня повсюду встречают.
- Что? - недоверчиво переспросила Дайсон.
- Ну да, так оно и есть, - Он скорчил преувеличенно недовольную гримасу. - И вы сами - живой тому пример. Вот вы стоите тут чуть не по стойке "смирно" и готовы сбежать от меня при первой же удобной возможности, и всё потому, что доктор Маккой - старший офицер. Или, может, вы просто меня невзлюбили?
- Ах, как вам тяжело живётся, - съязвила она в ответ.
- Это точно. Сядьте и выпейте со мной, а я расскажу вам грустную историю о жизни старшего офицера, увиденной глазами самого младшего из гражданских чинов.
Несмотря на легкомысленный тон, в его глазах светилась искренняя мольба.
- Хорошо... Леонард.
Она опустилась на стул. Он, в свою очередь, вскочил и отвесил низкий поклон.
- Что миледи изволит выпить? Мой бар в вашем распоряжении.
- Вина, - распорядилась она, величественно взмахнув рукой. - Лучшую бутылку из погреба.
- Не только лучшую... - усмехнулся он, открывая стенной шкаф, - но и единственную. Мне ещё не приходилось принимать гостей в своей каюте. Как я уже сказал, высокий пост обрекает человека на одиночество.
- Вы этого не говорили.
- Да? Ну, значит, вот-вот собирался сказать, - Он вытащил на свет бутылку и внимательно изучил ярлычок. - Этого года я не помню. Хотя вина тех годов, которые я помню, теперь стали коллекционными напитками.
Болтая таким образом, он извлёк пробку и разлил вино.
- Судя по содержимому этой полки, старший Маккой отдавал предпочтение более крепким напиткам. Хотя, может, он держал их здесь для медицинских целей. За недостаточностью улик я его оправдываю.
Он осторожно поместил два полных бокала на маленький поднос и ловко, не пролив ни капли, поставил его перед гостьей.
- Вы всё время говорите о себе в третьем лице, - заметила Дайсон, принимая от него бокал.
Он кивнул и сел напротив.
- Когда я говорю о себе, я имею в виду Леонарда Маккоя, стажёра-интерна двадцати трёх лет от роду. По несчастливой случайности, из-за какого-то выверта пространственно-временного континуума, я оказался переброшен в будущее время и в незнакомое место, без малейшего шанса вернуться домой, ко всему, что я любил. Что же касается другого Маккоя - офицера Звёздного Флота и корабельного хирурга - то я думаю о нём тепло, как о близком члене семьи... как о любимом дядюшке.
Он приветственно поднял свой бокал.
- За дядюшку "Боунса" Маккоя, да упокоится он в мире...
И осёкся, видя неприкрытую боль в глазах Дайсон.
- О, чёрт... Неудивительно, что все от меня сбегают. Я не хотел вас обидеть, честно. Иногда мне кажется, что эта потеря памяти ударила по другим людям больнее, чем по мне. Для меня изменился только окружающий мир, а для вас изменился я сам. Простите мои потуги на юмор - это была шутка в дурном вкусе.
- Вам не надо извиняться, - Дайсон через силу улыбнулась. - Разве что за вино. Оно просто ужасное, - Она с отвращением взглянула на содержимое своего бокала.
- Доктор Дайсон, я...
- Если я должна называть вас Леонардом, - прервала она, - то и вы не зовите меня доктором Дайсон, а то я чувствую себя дряхлой старухой. Моё имя Диана.
К её изумлению, Маккой покраснел, как мальчишка.
- Нет-нет, вы совершенно не похожи на старуху, - Пытаясь скрыть внезапное смущение, он быстро встал и собрал со стола бокалы. - Вы правы, это определённо плохой год. Тем лучше, что я его пропустил.
Он выдвинул из шкафа ящик.
- Не знаю, что это за дрянь, - сказал он, вынимая из ящика серебристый свёрток, украшенный символами, явно не принадлежащими ни одному из земных алфавитов.
- Это стигель, - подсказала Дайсон. - Лакомство с Бреллиана IV.
Маккой сорвал печать и развернул упаковку. Внутри оказались хрупкие белые галеты. Она протянул одну Дайсон, другую взял сам.
- Как бы мне ни хотелось верить, что вы пришли сюда ради моей приятной компании, я подозреваю, что вас привело какое-то официальное медицинское дело, - проговорил он, настороженно изучая белый хлебец.
- Скорее, неофициальное медицинское дело, - Она без колебаний захрустела галетой. - Поскольку физически вы в отличном состоянии, то я вычёркиваю вас из списка своих пациентов. Что касается амнезии, то я не психолог и мало что могу сделать для вас, но капитан Кирк считает, что в роли лечащего врача я проявлю больше такта, чем доктор Кортехо.
- Он действительно так сказал? - спросил Маккой, с опаской надкусывая краешек своего хлебца.
Дайсон усмехнулась.
- Не так многословно, конечно. В конце концов, было бы невежливо подвергать сомнению квалификацию действующего начальника медицинской службы.
- Почти как в больнице - всё та же политика, - вздохнул он. - Это была одна из причин, по которым я хотел открыть собственную практику. Бюрократия пробуждает к жизни худшие стороны моего характера. Мой шеф называл это "неуважением к начальству", а я... Ладно, неважно, как я это называл - суть в том, что оно не улучшало наших рабочих взаимоотношений, - Он взглянул на Диану; та выглядела поражённой. - За эти годы я не изменился к лучшему, да?
- Нет, - Она слизнула с пальцев крошки. - Вы - один из немногих людей на этом корабле, кто не трепещет перед капитаном Кирком. Вы кричите и орёте на него, если вы с ним не согласны. Вы кричите и орёте даже на мистера Спока, на что никто больше не решается.
Маккой подавился галетой.
- Вы же это не всерьёз? - переспросил он.
- Ваши перебранки вошли в легенду на "Энтерпрайзе", - с озорной улыбкой подтвердила она. - Экипаж хранит список ваших самых удачных выражений в его адрес, и этот список постоянно пополняется. Никто, кроме вас, не осмеливается пустить их в ход, но иногда работники научного отдела перечитывают его, чтобы поднять себе настроение. Чехов клянётся, что это здорово помогает.
- Чехов?
Веселье Дайсон как рукой сняло.
- Вы всё ещё ничего не помните?
- Нет, - спокойно ответил он, отправляя в рот последний кусочек стигеля. - Когда мы с мистером Споком нашли то письмо, я стоял там и думал: "Ну вот, это оно. Сейчас всё вернётся на место" - но ничего не изменилось.
Он вытащил ещё один хлебец.
- Слушайте, а они недурны. Из чего их делают?
Доктор покачала головой.
- Лучше не спрашивайте. Мой ответ может отбить вам аппетит.
Маккой поспешно запихнул хлебец обратно в свёрток и, поднявшись со стула, снова принялся рыться в ящике.
- И всё же известие о свадьбе вашей бывшей жены, наверное, шокировало вас, - проговорила Дайсон, возвращая разговор в прежнее русло.
- Да нет, - Маккой вытащил ещё один свёрток и настороженно понюхал его. - Вообще-то говоря, я почти ничего не почувствовал. Я не знаю её.
- Вы так беззаботно говорите об этом, а ведь эта новость должна была быть для вас серьёзным ударом.
- Для вашего Маккоя, но не для меня. Я не могу сокрушаться о расторгнутом браке, которого я даже не помню. И даже если эта новость была тем ударом, что спровоцировал мою фугу, она не помогла мне вернуться обратно, - Он недоверчиво покачал головой. - Когда я впервые прочёл имя этой женщины, оно ни о чём мне не говорило; столь же мало меня заботит её повторное замужество. Даже странно, что это могло причинить столько неприятностей.
С пустыми руками он снова опустился на стул.
- И вообще, насколько мне известно, я провёл последний год в Центральной клинике Атланты, по горло в работе, которая заменяла мне и еду, и выпивку, и сон.
- Так как же вы оказались в Техасе? - спросила Дайсон.
Маккой широко ухмыльнулся.
- Та поездка была моим первым отпуском за несколько лет. Целых две недели я только и знал, что ездил верхом да чистил конюшни. У меня было ещё два дня, но я хотел бы остаться там...
Он внезапно умолк.
- Навсегда? - закончила за него Дайсон. - Но этого не случилось. Вы вылетели из седла и провели ночь в районной клинике. Потом вы вернулись обратно в Джорджию и...
Она остановилась, предлагая ему продолжить. Но Маккой упрямо замотал головой:
- Я проснулся здесь. На "Энтерпрайзе".
- Всё ещё в отпуске, - поддела его Дайсон.
- К дьяволу такой отпуск! - рявкнул Маккой. Опомнившись, он сделал глубокий вдох, обуздывая свой гнев. - И я отлично понимаю, что вы делаете, Диана Дайсон.
Её голос сочился сарказмом.
- Я никогда не говорила, что гожусь в психиатры, Леонард, но я очень стараюсь. Видит бог, с вами трудно иметь дело как с пациентом.
- Ладно, ладно, я больше не буду вам прекословить, - Он откинулся на стуле, вытянув свои длинные ноги и скрестив руки на груди. - Но я действительно не помню ничего после того падения.
- Вы могли бы попытаться применить простую экстраполяцию, - предложила она, намеренно подаваясь вперёд, чтобы сократить созданную им дистанцию. - Что должно было произойти после того, как вы очнулись в клинике Вако?
- Ну... я, наверное, вернулся в Атланту. Обратно на станцию скорой помощи, и снова утренние обходы, 36-часовые дежурства... обычная рутина.
- Однако, согласно записи в личном деле, вы женились спустя несколько месяцев после возвращения.
- Так быстро? - резко спросил он.
- Разве вы не читали своё досье с капитаном Кирком?
- Я не обращал внимания на детали... Если честно, я не горел желанием знать всё это. - Он пожал плечами. - В конце концов, какая разница?
- Возможно, если бы вы сейчас знали больше...
- Нет, - Он выпрямился, сцепив руки, - Это не имеет ко мне никакого отношения.
- Это, наверное, был головокружительный роман, - настаивала Дайсон
- Со весьма предсказуемыми последствиями, - мрачно отрезал Маккой, снова оседая на стуле. - Чтение досье было для меня как встреча с незнакомцем.
Он умолк. Дайсон не торопила его. Через некоторое время он вновь заговорил - сбивчиво, с трудом подбирая слова.
- Я не могу представить, что натворил этот "Боунс" Маккой. В какой бардак он превратил мою жизнь. Неудачный брак, болезненный развод... эта треклятая идея податься в Звёздный Флот...
- Но в этой жизни было и хорошее тоже. Дочь, например...
- Хорошим же он был отцом, - презрительно бросил Маккой. - Оставил ребёнка одного на несколько лет подряд... Знаете, я перебрал несколько плёнок из их переписки. Она славная молодая девушка; но, чёрт побери, прослушав эти полдюжины кассет, я, вероятно, знаю о ней столько же, сколько и он, хотя до этого никогда её не видел. Я никогда бы так не сделал. Не удрал бы из семьи, не покинул бы своих родных, - От гнева его голос стал хриплым. - Я бы никогда... И всё же я это сделал.
- Нельзя выносить суждение, не зная всех обстоятельств, - возразила Дайсон.
- Да неужели? Ваш доктор Маккой, кажется, махнул рукой на свою жизнь, и без особой борьбы, - Его тёмные брови задумчиво сошлись на переносице. - Наверное, он согласился бы со мной. Вот вам и объяснение произошедшей фуги - он бежал от собственных неудач.
Дайсон хотела что-то ответить, но её прервал звонок в дверь.
- Я сегодня популярен, как никогда, - заметил Маккой с надтреснутым смешком, чувствуя, как рвётся невидимая связь, тонкая ниточка понимания, протянувшаяся между ними сегодня. - Войдите!
Закончив свою смену на мостике, Кирк хотел направиться прямиком в свою каюту. Но вместо этого ноги сами понесли его знакомым путём в каюту Маккоя. Едва ступив на порог, он понял, что старая привычка ни к чему хорошему не привела.
- Добрый вечер, доктор Дайсон, - приветливо поздоровался он с врачом. Её вежливый кивок и ледяной взгляд в ответ объяснили ему всё. Он прервал её сеанс с пациентом - сеанс, который сам же и приказал провести.
Маккой вскочил на ноги, охваченный замешательством, - он понятия не имел, как по уставу надо обращаться к старшему по званию, и какие обязанности лежат на нём, согласно его рангу.
Дайсон решительно взяла ситуацию в свои руки.
- Спасибо за тёплый приём, доктор Маккой, - Она тоже встала со стула.
- Что? О, конечно, доктор Дайсон, - сказал Маккой, с видимой неохотой провожая её к двери.
Кирк шагнул в сторону, уступая ей дорогу, и поморщился при виде её натянутой улыбки, под которой таился гнев. Глядя, как два врача сдержанно прощаются друг с другом, он в полной мере оценил разыгранный для него спектакль. Не обмануло его и показное радушие Маккоя, когда тот повернулся к новому гостю. Верный манерам истинного джентльмена-южанина, Маккой не подал вида, что общество Дианы Дайсон он предпочитает обществу капитана. Вернувшись к столу, заставленному стаканами и открытыми пакетами с едой, доктор снова взял на себя обязанности гостеприимного хозяина:
- Не желаете ли немного стигеля?
- Нет, спасибо, - ответил Кирк, подавив гримасу. - Я знаю, из чего его делают.
Маккой без особого сожаления запихнул свёрток в лоток утилизатора.
Теперь, оказавшись здесь, Кирк сам не мог понять, зачем он пришёл.
- Боунс...
- Я бы предпочёл, чтобы вы называли меня Леонардом, капитан Кирк.
- Хорошо, Леонард. Моё имя Джим.
Маккой неопределённо кивнул. Для хорошего хозяина желание гостя - закон.
Чувствуя, что неловкое молчание вот-вот накроет их, как в прошлый раз, Кирк отбросил колебания и прямо заговорил о том, что беспокоило его сильнее всего:
- Я слышал о письме Джоселин. Мне очень жаль...
- Если честно, это меня не волнует, - сказал Маккой. И после секундной паузы добавил: - Но я уверен, что "Боунс" был бы благодарен вам за сочувствие.
Капитану с трудом сдержал вспышку чувства, которое опасно напоминало ревность. Очевидно, доктор Дайсон как-то сумела вызвать Маккоя на разговор, в то время как он сам едва мог обменяться с ним парой фраз.
Молчание снова затягивалось, он мучительно пытался найти нужные слова, но прежде чем он заговорил, тишина была прервана без его помощи.
- Красная тревога, красная тревога, всем на боевые посты, - загремел голос из интеркома. Вспышка алого света залила комнату. - Капитана Кирка на мостик.

ГЛАВА 14

Капитан ещё находился в турболифте, когда первый фазерный залп ударил по "Энтерпрайзу". Пол задрожал под его ногами, турболифт заскрежетал и остановился. Врезав кулаком по закрытым дверям, Кирк от души выругался. Словно в ответ, кабина снова пришла в движение, и спустя несколько секунд он вывалился из лифта на мостик.
Его взгляд тут же устремился на главный экран. Обычная панорама неподвижной чёрной бездны с россыпью тускло мерцающих звёзд служила сейчас лишь фоном для разгорающегося сражения. Вдалеке множество маленьких кораблей обтекаемой формы роилось вокруг "Фальчиона", словно стая мух вокруг пса. Другие силуэты двигались совсем рядом, серебряными росчерками мелькали на экране, пролетая мимо "Энтерпрайза". Один из кораблей внезапно выскочил вперёд, выстрелил и пропал из поля зрения. "Энтерпрайз" тряхнуло, Кирк едва удержался на ногах.
- Вторая баратея, огонь, - хладнокровно приказал Спок из командирского кресла. Широкий веер сияющих лучей развернулся впереди по курсу; атакующие бросились врассыпную, но ни один из них не был задет.
Кирк воспользовался кратковременным затишьем, чтобы принять командование.
- Докладывайте, мистер Спок.
-  Не менее пятнадцати истребителей пятого класса, двухместных, - сообщил Спок, пока они с капитаном менялись местами. - Они приблизились, выстроившись в одну линию позади астероида, который закрывал их от наших сенсоров, пока они не оказались практически над нами.
Быстро вернувшись к своему компьютеру, научный офицер огласил краткую сводку данных:
- Мощность фазеров "Энтерпрайза" составляет сорок процентов от нормы. Щиты работают, но, с учётом предыдущих повреждений, мы уязвимы даже для их маломощных фазерных ударов.
Как бы в подтверждение этих слов другой истребитель вынырнул из ниоткуда прямо перед ними.
- Огонь из фазеров! - крикнул Кирк.
Прошло полных две секунды, прежде чем фазерные батареи сработали, выпуская в пространство пучки концентрированной энергии. Атакующий корабль расцвёл огненным клубком, и слепящее пламя залило экран. Вспышка ещё не угасла, когда другой истребитель нырнул под звездолёт, целясь в главный корпус. "Энтерпрайз" снова содрогнулся.
- Манёвр уклонения, мистер Деполь.
Рулевой мгновенно выполнил приказ, но звёздолёт был слишком неповоротливым, слишком медлительным по сравнению с маленькими вёрткими истребителями.
- Они носятся вокруг нас кругами, сэр.
Кирк в сердцах ударил кулаком по подлокотнику кресла, не отрывая глаз от экрана, где кипело бешеное движение.
- Бенус, настройте фазеры на неприцельные выстрелы с интервалом в десять секунд.
- Есть, сэр.
Беспорядочный поток лучей перечеркнул экран. Корабли-спарки легко ускользнули из-под огня, но не отважились повторить прямую атаку.
Спок поднял взгляд от своих сенсоров.
- Капитан, эта тактика может некоторое время удерживать их на расстоянии, но частая стрельба быстро исчерпает наши запасы энергии.
Кирк проигнорировал его замечание.
- Ухура, откройте шифрованный канал связи с "Фальчионом".
Сразу же на мостике раздался голос Сулу:
- Капитан, они обложили нас со всех сторон... На импульсных скоростях они превосходят нас в маневренности. Наши щиты держатся, но они подбираются так близко, что мы не можем их стряхнуть...
- Включайте варп-двигатель, - решительно приказал Кирк.
- Но, капитан...
- Включайте варп-двигатель и уходите из зоны поражения, - повторил Кирк тоном, не терпящим возражений. - Активируйте маскирующее устройство, потом возвращайтесь.
Сулу умолк, поняв замысел капитана.
- К тому времени вся эскадрилья соберётся вокруг нас. Ваше внезапное появление и атака застигнут их врасплох.
- Но мы не сможем стрелять по ним, не рискуя задеть "Энтерпрайз".
- Верно, - хмуро подтвердил Кирк. - Но мы подадим всю энергию на щиты. Если вы уменьшите фокусировку, луч широкого рассеивания должен уничтожить истребители, не пробив наш корпус.
- Есть, капитан.
Перспектива стрелять по родному "Энтерпрайзу" отнюдь не радовала лейтенанта, но он подчинился приказу без дальнейших споров.
Кирк развернулся вместе с креслом к старшему помощнику.
- Спок, вычислите оптимальное время для отступления и возвращения "Фальчиона".
Вулканец принялся за работу с обычным спокойствием, но Кирк чувствовал его молчаливое одобрение. Если бы только главный инженер принял этот рискованный план так же невозмутимо...
Очередной взрыв полыхнул на экране, прервав ход его мыслей.
- Ещё один сбит! - завопила Бенус за орудийным пультом.
- Ага, осталось всего тринадцать, - осадил её Деполь, разом остудив восторг девушки.
Кирк связался с инженерным отделением и быстро посвятил Скотти в свой план.
- Ежели этот парень не будет осторожен, клингонские фазеры прорежут нас насквозь, как кусок масла, - предупредил инженер. "Энтерпрайз" снова покачнулся: один из истребителей прорвался сквозь заградительный огонь и выстрелил по главному корпусу. - Но под такими колотушками мы долго не продержимся, так что, сдаётся мне, выбора у нас нет.
- Готово, капитан, - доложил Спок. - "Фальчион" получил инструкции.
Ухура нажала несколько кнопок на своей консоли.
- Частота открыта, сэр.
- Вперёд, Сулу, - приказал Кирк.
"Фальчион" лихо закрутился, на миг стряхнув облепивших его противников, и рванулся вперёд. Твёрдый контур крейсера словно размазался, вытянулся светящейся полосой и пропал. Пять маленьких кораблей зависли на месте, сбитые с толку исчезновением добычи. На губах Кирка заиграла беспощадная улыбка.
- Огонь из всех фазеров.
Три корабля вспыхнули, превращаясь в рой горящих обломков, но в ту же секунду четыре истребителя из тех восьми, что окружали "Энтерпрайз", бросились в атаку, рассчитывая на реванш. От их объединённого удара звездолёт взвился на дыбы, и пока рулевой сражался с управлением, двое уцелевших преследователей "Фальчиона" присоединились к остальной эскадрилье.
- Продолжать неприцельный огонь! - прокричал Кирк, цепляясь за подлокотники, чтобы его не выбросило из кресла. - Отгоните их!
- Капитан, ещё одна такая атака, и у нас вообще не будет щитов, чтобы прикрыться от фазеров "Фальчиона"!
- Вас понял, мистер Скотт, - Кирк провёл рукой по лбу. - Бенус, не фиксируйтесь на отдельных целях. Это приказ.
Он подчеркнул последнее слово, зная, что девушке очень хочется пострелять по мишеням. Он ведь и сам поддался искушению, приказав уничтожить те три корабля, - и "Энтерпрайз" до сих пор трясло от последствий его необдуманного поступка.
- "Фальчион" вернётся через шесть целых семь десятых минут, - бесцветным голосом произнёс Спок.
Эти несколько минут были очень долгими для капитана и его экипажа. Десять истребителей носились вокруг них, как стая стервятников, уворачиваясь от фазерного огня и подбираясь всё ближе и ближе. Освещение на корабле понемногу тускнело, мягкий гул систем жизнеобеспечения утихал, превращаясь в еле слышный шелест, по мере того, как Скотти переключал все запасы энергии на питание дефлекторных полей.
- Одна минута, - объявил Спок спустя целую вечность.
- Мистер Скотт, приготовьтесь подать на щиты всю оставшуюся энергию, - предупредил Кирк.
- Готов, капитан.
- Тридцать секунд.
- Включай, Скотти.
Лампы на мостике мигнули. Системы управления выключились, и корабль перестал слушаться штурвала. Фазерные батареи прекратили огонь.
Кирк затаил дыхание. Нападающие на секунду заколебались, затем все, как один, двинулись вперёд.
- Сейчас, - сказал Спок.
Чёрная ткань космоса зарябила, заструилась, и из центра пространственного возмущения вырвался "Фальчион", извергая потоки пламени. За долю секунды огненный гребень прочесал борт звездолёта сверху донизу. У Кирка не было времени сосчитать, сколько истребителей он зацепил, прежде чем "Фальчион" проскользнул под "Энтерпрайзом" и вырвался с другой стороны.
- Щиты правого борта, Скотти! - выкрикнул Кирк в интерком; сумасшедшая тряска швыряла его из стороны в сторону.
Второй веер огня смёл нападающих с противоположного борта "Энтерпрайза". На этот раз Кирк, не удержавшись, вылетел из кресла и растянулся на палубе. Воздух был густым от дыма, лёгкие жгло, глаза слезились. Спок, державшийся за свой пульт с поразительной цепкостью, продолжал следить за показаниями сенсоров.
- Осталось два истребителя, капитан.
Кирк ухватился за кресло, подтянулся и встал. Сквозь клубы дыма на экране светились две яркие серебряные искры, уносящиеся прочь, в открытый космос. За ними скользила хищная чёрная тень - "Фальчион" быстро догонял беглецов.
- Сулу! - заорал Кирк. Ухура уже открывала для него канал связи. - Пилоты нужны мне живыми!..
Одновременно с его словами оба корабля взорвались и рассыпались дождём металлических обломков.
- Простите, капитан, - вздохнул Сулу. - Они сами уничтожили себя.
- Чёрт, - Кирк повернулся к старшему помощнику. - Мистер Спок?
Вулканец перепроверил показания своих приборов.
- Сенсоры ближнего действия не регистрируют посторонних объектов в зоне досягаемости.
После недавних сбоев он беспокоился насчёт точности показаний датчиков и следил за работой оборудования с удвоенным вниманием.
- Сенсоры дальнего действия показывают какую-то тень... нет, исчезла. Что бы это ни было, мы разминулись с ним.
Кирк философски пожал плечами.
- Отличная работа, лейтенант Сулу, - Он помахал рукой перед лицом, но дым не рассеивался.  - Отбой тревоги.
Красные сигнальные огни замигали реже, затем погасли. Кирк нащупал переключатель на подлокотнике:
- Инженерный, восстановите подачу энергии к бортовым системам. Скотти, доложи о повреждениях.
Ответом ему была тишина.
- Скотти, приём!
- Связь с инженерным потеряна, капитан, - сказала Ухура, лихорадочно переключая цепи на своей консоли. В системе бортовых коммуникаций что-то снова отказало.
Кирк выругался сквозь зубы и включил канал общего оповещения.
- Главный инженер Скотт, доложите мостику о повреждениях.
Лампы загорелись ярче, снова заработала вентиляция, очищая задымлённый воздух, но от инженера по-прежнему не было ответа. Спок что-то бубнил вполголоса, принимая рапорты с нижних палуб. Ухура передала сообщение из лазарета о десяти раненых и одном погибшем.
- ...будь неладен этот интерком... Есть, капитан, Скотт на связи. У нас была пробоина в корпусе из-за... 
И снова тишина.
- Незначительные повреждения на палубах с седьмой по десятую, - продолжал Спок.
Его перебил другой голос из интеркома:
- Санитар Дорф на связи, капитан. Мистер Скотт направляется в лазарет.
Слабые протесты на заднем плане свидетельствовали, что инженер покидал свой пост не по доброй воле.
- Вас понял, инженерный. Я встречу вас там, - Кирк прервал связь и перешёл к научной консоли. - Кто нас атаковал? Вороны или клингоны?
Спок едва заметно нахмурился.
- В настоящий момент неизвестно. Точные сенсорные измерения были невозможны в данных обстоятельствах.
Капитан сдержал вздох и попытался скрыть раздражение усталой улыбкой.
- Пошлите шаттл с командой техников, пусть проверят обломки истребителей. Добудем для Фрейзера ещё несколько подопытных тел, - Вулканец кивнул, и Кирк напоследок оглядел мостик. - Примите командование.

Когда Кирк вошёл в лазарет, Скотти всё ещё изливал гнев на двоих санитаров, доставивших его сюда.
- И стоило уволакивать меня оттуда из-за пустяковой царапины? - бушевал он . - У меня ещё чёртова уйма работы!
Штанина его рабочего костюма была разорвана от колена до середины бедра, и края прорехи пропитались ярко-красным. При виде капитана Скотти попытался встать, мешая Маккою осмотреть кровоточащую рану.
- Сядьте, мистер Скотт. Вы никуда не пойдёте, пока я не выслушаю ваш рапорт, - приказал Кирк. Инженер послушно сел, и врач смог продолжить работу.
- Капитан, мы потеряли дефлекторные щиты на полудюжине секций. Ещё столько же держатся на последнем издыхании. Один из щитов в кормовой части главного корпуса полностью разрушен - Сулу постарался. Луч клингонского фазера пробил дыру в обшивке и чуть-чуть не дошёл до самих импульсных двигателей... Эй, полегче, незачем портить такой славный костюм!
Его последние слова относились к Маккою, разрезающему ланцетом ткань вокруг раны.
- Пробоину заделали? - перебил его Кирк
- Да, капитан, но было несколько опасных моментов, - признался Скотти. Его рана была убедительным доказательством.
- Сколько времени потребуется на ремонт?
- По меньшей мере пятнадцать часов, капитан. Это при условии, что мне не придётся просиживать штаны в лазарете...
Но в этот момент врач полностью обнажил его ногу, и весь кураж Скотти мигом испарился при виде кости, зловеще блеснувшей из-под слоя рассечённых мышц.
- Маккой, ну чего вы ждёте? Я истеку кровью до смерти, пока вы тут копаетесь.
- Я работаю так быстро, как могу, - терпеливо ответил доктор, проводя стерилизатором над раной.
Кирк отвлёкся от рапорта, который ему приходилось по слову вытягивать из Скотти.
- Боунс?
- Нет, всего лишь я, Леонард Маккой, - отозвался врач. - Сестра Чепэл признала меня годным к санитарной работе.
Несколькими быстрыми, отработанными движениями он соединил края глубокой раны в одну неровную полосу.
- Не беспокойтесь, сэр, - добавил он, взглянув на Скотти, чьё лицо красноречиво отражало все мрачные предчувствия инженера. - Основные методы оказания первой помощи мало изменились с тех пор, как я их изучал.
Он поднёс к ноге инженера портативный реген-модуль и нацелился лучом на рану.
Мысли Кирка вернулись обратно к состоянию "Энтерпрайза".
- Скотти, щиты нужно восстановить как можно скорее. Истребители пятого класса никогда не работают в одиночку, значит, где-то рядом должны быть корабли сопровождения. Если мы встретим их, не имея дефлекторов, нам конец.
- Даже если я смогу наладить щиты за двенадцать часов, они не выдержат мощного обстрела, - предупредил Скотти. - Мы уже перенесли два сражения, едва успевая ремонтировать корабль. Третья атака пробьёт в нём такие дырки, что даже я не смогу их залатать.
- Не говоря уже о том, что вы не уйдёте отсюда так быстро, - добавил Маккой, оглядев переполненное отделение лазарета, и повернулся к капитану. - Между прочим, кто эти чужаки, о которых все говорят?
- Это именно то, что я... - Кирк прервался, услышав голос Спока из интеркома:
- Мостик вызывает капитана Кирка.
Капитан подошёл к настенному приёмнику.
- Кирк на связи.
- Рапорт с ангарной палубы, капитан. Экипаж шаттла определил тип истребителей - "Теннет-5". Среди обломков найдено одно тело, - Едва заметная пауза заставила Кирка напрячься в ожидании плохих новостей. - Похоже, это инопланетная особь другого вида.

ГЛАВА 15

Бортовой журнал, звёздная дата 5539.4: После девяти часов ремонтных работ щиты "Энтерпрайза" снова восстановлены. Мы продолжаем путь к станции Вагнер, двигаясь на импульсной скорости через сектор, кишащий сумасшедшими инопланетянами, стремящимися во что бы то ни стало уничтожить мой корабль и мой экипаж. И если я не пойму, почему они этого хотят, их усилия могут увенчаться успехом.

Зловонное помещение лаборатории аутопсии было набито до отказа. Лейтенант Фрейзер в качестве официального эксперта по ксенобиологии занимал почётное место во главе стола; Спок и Дайсон, его коллеги по исследованию, расположились с обеих сторон; Кирк, как наблюдатель и дилетант, стоял у дальнего конца. Все они изучали странную фигуру, распростёртую на столе между ними.
Тощее тело имело зелёную окраску; глаза существа были светло-розовыми, а голову покрывали пучки мягкого белого пуха.
- Ну что ж, оно определённо имеет отношение к Воронам, - устало сказал Фрейзер, - но я не понимаю, какое именно отношение.
Кипучий энтузиазм ксенобиолога заметно угас, придавленный физическим утомлением. Кирк тоже был не в лучшем настроении - хотя он и не так устал, как Фрейзер, но загадка происхождения существа, лежащего на столе, доставляло ему куда больше беспокойства. Для него это был не просто научный казус, но вопрос жизни и смерти.
Зрелище оказалось столь же тошнотворным, что и в прошлый раз, но капитан заставил себя смотреть и слушать со всем возможным вниманием, пока ксенобиолог перечислял различия между двумя особями.
- Несмотря на внешнюю разницу в окраске, опорно-двигательная система имеет одинаковое строение. Этот экземпляр ниже ростом и в целом менее развит, чем синекожие Вороны, но я не могу определённо сказать, является ли это отличительным видовым признаком зелёных особей или проявлением индивидуальной изменчивости в рамках одного вида. У него такой же клюв, такие же когти...
- Такой же яд, - добавила Дайсон; это были её первые слова с начала осмотра. - Он практически мгновенно поражает центральную нервную систему, парализуя двигательные функции и блокируя болевые рецепторы. Я всё ещё исследую образцы, чтобы восстановить всю цепочку химического воздействия.
- Как насчёт противоядия? - спросил Кирк.
Фрейзер показал на другой стол, где стояла маленькая мензурка, наполненная бледно-розовой жидкостью.
- Я синтезировал пробную партию сегодня утром. Хотите маленькую демонстрацию, капитан? - Он схватил руку мёртвого существа и поднёс голое запястье к острым кривым когтям.
- Нет, не стоит.
Лейтенант был явно разочарован, но его деятельный ум тут же нашёл себе другое развлечение в виде уникальной анатомии чужака.
- И самое главное, - продолжал он, - обе особи имеют этот невообразимый двухмозговой череп.
- Значит, они пришли с одной планеты.
Фрейзер хотел было кивнуть, но Спок возразил, внося поправку в скоропалительный вывод капитана:
- Морфологическое подобие не является доказательством единства происхождения; сходные условия внешней среды могут обусловить параллельное эволюционное развитие. Однако, поскольку последовательности базовых аминокислот в обоих случаях совпадают, высока вероятность, что они происходят с одной и той же планеты.
Если Спок и испытывал какой-либо дискомфорт, находясь рядом с трупом, то он умело это скрывал; однако ему определённо не давала покоя небрежность Фрейзера в словесных формулировках.
- Тем не менее, многочисленные морфологические отличия могут указывать на то, что они относятся к разным видам или даже разным родам по стандартной классификации, - Он сделал знак молодому лейтенанту, и они вдвоём перевернули тело лицом вниз.
Ксенобиолог указал на крупный мешкообразный нарост, выпирающий на тыльной стороне шеи, у основания черепа.
- Мы ещё не разобрались, что это такое, но, скорее всего, оно связано с функционированием нервной системы. Несколько каналов соединяют эту штуку с левой мозговой камерой. Признаки развития такого же органа есть и у Воронов, но у них он почти полностью атрофирован.
- Конечно, различия могут быть обусловлены половым диморфизмом, - предположила Дайсон.
- Возможно, но маловероятно, - заметил Спок. - Клеточный анализ обнаружил значительные расхождения на биохимическом уровне.
- Кроме того, - добавил Фрейзер, - я всё ещё не нашёл подтверждения тому, что эти существа вообще имеют пол, - Он потыкал пальцем в резиноподобную зелёную плоть. - У них есть органы, отдалённо схожие с нашими сердцем, лёгкими, желудком, - но нет ничего, похожего на репродуктивную систему.
- Не самый многообещающий кандидат на бесполое почкование, - задумчиво проговорила Дайсон. - Он не похож на какую-нибудь размазню вроде оозов.
Румяное лицо Фрейзера побагровело.
- Эй, полегче! Некоторые из моих друзей - оозианцы.
- Я использовала этот термин в описательном смысле.
- Их мыслительные способности явно не подходят под описание "размазни", - добавил Спок предельно сдержанным тоном. - Фактически, их язык замечательно приспособлен для выражения базовых постулатов Общей теории поля.
Кирк, который никогда не видел оозианцев, - да и не горел желанием увидеть - разрешил себе на минутку забыть о сдержанности.
- Мне плевать на всё, что не касается этой твари! - рявкнул он на троицу учёных. - И я хочу узнать об этой твари побольше, и настолько быстро, насколько это в человеческих силах!
Он задержал взгляд на старшем помощнике.
- Не в обиду вам будь сказано, мистер Спок, - добавил он уже нормальным голосом.
- Я не обижен, капитан, - отозвался вулканец, и в его тёмных глазах блеснули весёлые огоньки, - Однако я не намерен ограничивать себя человеческими стандартами производительности труда.
Полный отчаяния взгляд, которым обменялись Дайсон и Фрейзер, яснее слов говорил, что научный офицер требует от своих подчинённых такой же самоотдачи, не проявляя ни малейшего снисхождения к их слабой человеческой природе.
По знаку Спока младшие офицеры начали готовить тело чужака к тщательному вскрытию, которое должно было обеспечить научный отдел новыми образцами тканей для всестороннего анализа.
Стойкий запах биостазисной жидкости сопровождал Кирка и Спока по пятам, постепенно выветриваясь в потоке свежего воздуха за пределами лаборатории. Капитан сделал глубокий вдох, очищая лёгкие.
- Я нарушил радиомолчание.
Спок немедленно отвлёкся от просмотра электронного планшета, взятого из лаборатории. Он поднял глаза на Кирка, отметив и сжатые губы, и мрачный взгляд капитана.
- Я приказал Ухуре провести экстренный сеанс связи со станцией Вагнер и запросить протокол маршрутов зарегистрированных судов, - продолжал Кирк. - Мне надо знать, откуда прилетели те истребители.
Спок задумчиво кивнул.
- Согласен. Вполне возможно, что ценность информации превышает риск обнаружения.
Слова первого помощника не уменьшили тревогу Кирка.
- Если это не так, то я, может быть, снова подставил нас под удар. Пока что я выбрасываю по два очка на каждом ходу.
- Законы, управляющие игральными костями, не всегда применимы в реальной жизни.
Спок упорно отрицал саму концепцию удачи. Даже легендарная везучесть Кирка и его необъяснимая способность ловить благоприятные сочетания в игре случайных факторов, не могла поколебать твёрдой веры вулканца в законы вероятности.
- Что ж, ответ от управляющего Фриэл придёт не раньше, чем через несколько часов, - сказал Кирк с деланым безразличием. - Я буду у себя в каюте.
Спок двинулся в противоположном направлении, но внезапно остановился, услышав мягкие шаги подходящего сзади человека. Он развернулся на месте и оказался лицом к лицу с действующим начальником медицинской службы.
- Доктор Кортехо, я просил вас присутствовать на вскрытии.
- А... да. К сожалению, я был занят в другом отделении.
Доктор попятился, собираясь уйти, но ледяной голос Спока удержал его на месте.
- Возможно, вы считаете свои новые обязанности слишком обременительными, - Лицо вулканца было убийственно спокойным. - Если это так, я могу обеспечить ваше возвращение на прежний пост.
Кортехо недовольно скривил рот.
- Мой долг - заботиться о живых людях. Мне нет дела до кучи гнилого мяса.
- Ваши личные предпочтения не имеют значения. Кроме того, они ошибочны. Если мы не уделим должного внимания этим пришельцам, весь экипаж корабля может стать не более чем "гнилым мясом", - Спок сунул в руки Кортехо свой планшет. - По этой причине я прошу разрешения временно привлечь перечисленных здесь сотрудников медицинской службы к работе по исследованию чужаков.
- Но это треть моего отдела! - ахнул Кортехо, просмотрев список.
- Двадцать семь процентов, если быть точным.
- Но...
- Вы вправе отклонить мой запрос, - в ровном голосе вулканца прорезалась сталь. Кортехо сглотнул и промолчал.
Не дождавшись ответа, Спок протянул ему электронное стило. Кортехо сделал вид, что не заметил, и достал своё. Нацарапав свою подпись, он почти швырнул планшет научному офицеру. Неприкрытая ненависть читалась в его взгляде, и тщательно скрываемое презрение - во взгляде Спока. Они разошлись без единого слова.
Спустя несколько секунд дверь лаборатории скользнула в сторону, и оттуда снова потянуло едким запахом стазисной жидкости. Дайсон осторожно выглянула в коридор и проследила, как Спок вошёл в научную библиотеку двумя дверями дальше. Кортехо нигде не было видно.
- Всё чисто, - сообщила она Фрейзеру. - Ну, до встречи.
Она едва успела пройти несколько метров, когда из тени бокового прохода выступил Маккой. Он поймал Дайсон за локоть и потянул за угол.
- Мы собирались пообедать вместе, помните?
Она сокрушённо покачала головой.
- Простите, Лен. Мне некогда.
- Диана, вы весь день ничего не ели, - запротестовал Маккой.
- Я по уши в анатомических отчётах. Спок загрузил сверхурочной работой и научный отдел, и медиков.
Маккой неожиданно ухмыльнулся.
- Погодите-ка. Разве вы не мой сотрудник? Как начальник медицинской службы, я могу приказать вам...
- Не пытайтесь давить на меня своим званием, - ворчливо ответила Дайсон. - Все ваши полномочия теперь у доктора Кортехо.
Озорная улыбка вдруг осветила её хмурое лицо.
- Но, в отличие от вас, у него не хватает духу спорить со Споком, - Спохватившись, она прижала ладонь к губам и быстро огляделась, но, к её облегчению, коридор был пуст.
- Они просто терпеть не могут друг друга, - сообщила она заговорщическим шёпотом. - Спок при каждом удобном случае разбивает его гордость вдребезги.
- Да уж... Я случайно подслушал их пару минут назад. - Маккой вспомнил короткий, но выразительный разговор двух начальников. - Лично я бы предпочёл не ссориться с этим вулканцем.
- Я тоже, - согласилась Дайсон. - А это значит, что я должна сейчас же вернуться к работе.
Маккой тоскливо вздохнул, выпуская её руку.
- Чёрт бы побрал всех этих чужаков за то, что портят мне личную жизнь. Слушайте, я ведь не помешаю вам, если посижу рядом, пока вы будете проводить свои тесты? - Он умильно заглянул ей в глаза. - Я мог бы делать записи, например, или мыть пробирки, или...
- Нет, - решительно сказала Диана. - Я не смогу работать, если вы будете дышать мне в затылок.
Она взглянула на настенный хронометр и переменилась в лице:
- О, чёрт! Спок меня живьём зажарит... 
- Ладно, ладно, тогда в другой раз, - Маккой отступил, признавая поражение. - Я возьму утешительный билет*.
Её непонимающий взгляд рассмешил его.
- Это землебродское выражение. Увидимся позже, - эти слова он произнёс уже ей вслед, когда она бросилась бегом в сторону исследовательского отдела.
- Если я только найду свободную минутку в моём плотном графике, - пробормотал он.
Можно было бы убить часок-другой, отправившись в столовую в одиночку, но с уходом Дайсон ему внезапно расхотелось есть. Он устал сидеть в четырёх стенах своей каюты, а пустые комнаты отдыха нагоняли на него тоску. Без особого желания, скорее в силу привычки, он решил посвятить лишнее время изучению свежих медицинских статей. Пройдя несколько шагов по коридору, Маккой вошёл в научную библиотеку.
Ближайший к двери стол был занят: знакомая худощавая фигура склонилась перед компьютерным терминалом. Опасаясь нарушить сосредоточенность старшего помощника, доктор тихо двинулся вглубь комнаты, но он понятия не имел о том, как чуток слух вулканцев. Острый взгляд немигающих тёмных глаз пригвоздил Маккоя к месту.
- Извините, сэр. Я не хотел вам мешать.
- Вы не помешали. Мои литературные изыскания завершены, - Спок вновь повернулся к экрану, подняв бровь. - Кстати, я как раз обращался к вам за советом по текущему вопросу.
- Прошу прощения?
- Поиск материалов по ксенобиологии привёл меня к одной из ваших статей.
- Одной из моих статей? - переспросил Маккой. - И много ли у меня статей?
Спок нажал несколько клавиш и жестом пригласил доктора взглянуть на экран. К безмерному удивлению Маккоя, список оказался таким длинным, что не поместился на экране целиком, и в каждой строке слева значилось его имя. Насколько он мог видеть, большая часть публикаций была датирована тремя последними годами.
- Я всё это написал? На борту этого корабля? - ошеломлённо спросил Маккой.
- Благодаря ресурсам Звёздного Флота исследовательские лаборатории "Энтерпрайза" по технологическому оснащению намного превосходят те, что имеются в распоряжении гражданских специалистов. И, поскольку наша миссия состоит в изучении неизвестных районов космоса, мы сталкивались со множеством феноменов, представляющих исключительный научный интерес. Вполне логично, что у нас нет недостатка в материалах для научных трудов.
Маккой пробежал глазами перечень заглавий.
- Ну что ж, выглядит очень даже впечатляюще, но я не могу даже сказать, стоят ли они микросхемы, на которой записаны, - Он пожал плечами и отвернулся от списка.
Бесстрастное лицо Спока закаменело при виде такого пренебрежения.
- Ваши работы выполнены на высоком профессиональном уровне. Они всегда компетентны, часто - вдохновенны, в некоторых случаях - блестящи. Они принесли вам широкую известность среди ваших коллег по медицинской и научной работе.
- Спасибо, но работы, о которых вы говорите, написаны не мной. Я простой парень из маленького провинциального городка, который собирался стать сельским доктором. Того Леонарда Маккоя, - он махнул рукой в сторону экрана, - больше нет. И, возможно, никогда уже не будет.
- Эмоциональная реакция на болезненные переживания, безусловно, понятна и объяснима для представителей вашего вида, - Спок сплёл пальцы шпилем, будто размышляя о человеческих слабостях. - И всё же не позволяйте эмоциям до такой степени искажать ваше восприятие. Вне зависимости от того, восстановится ваша память или нет, факт остаётся фактом: вы - Леонард Маккой, и эти статьи - ваши.
- Позвольте не согласиться, мистер Спок... - начал было Маккой, но сразу же прикусил язык, вспомнив сцену в коридоре. - Простите. Конечно, я не должен спорить со старшим по званию.
Спок выглядел озадаченным, насколько это возможно для вулканца.
- Я уверяю вас, что в прошлом подобные соображения никогда не были препятствием для наших дискуссий, - медленно сказал он. И после минутного колебания добавил: - Я всегда ценил свободный обмен мнениями между нами.
Всё ещё полный сомнений, Маккой уселся на край стола и заговорил:
- Тогда я прошу вас выслушать меня со всей вулканской объективностью. У вас нет никакого личного интереса по отношению к судовому хирургу - тем лучше. Мне очень нужен беспристрастный слушатель.
Он перевёл дыхание.
- Вы сказали, что я - тот же Леонард Маккой, что записался в Звёздный Флот двадцать лет назад. Что ж, отчасти вы правы, - Он похлопал себя по груди. - Это тело действительно принадлежит пожилому человеку. Оно неплохо работает, хотя и кажется мне слишком одеревеневшим и вялым. Но ведь человек - это нечто большее, чем просто телесная оболочка. Человеческое существо, отдельно взятый индивидуум, как мы его понимаем, во многом определяется личностью, а личность формируется на основе накопленной памяти и опыта. Вы согласны, мистер Спок?
Старший помощник кивнул, но ничего не сказал.
- Ну так вот, отсюда следует, что, хотя моё тело продолжало непрерывное существование в течение последних сорока восьми лет, но моё сознание уже сошло с накатанной колеи. Когда я в первый раз проснулся на борту этого корабля, я был тем молодым человеком, который со временем превратился бы в "Боунса" Маккоя, но с первой же секунды пробуждения я начал впитывать новые впечатления, получать совершенно иной опыт. У нас с ним общее прошлое, но я не участвовал в тех событиях, что в конце концов сформировали его характер. Я заменил их другими событиями, пережитыми здесь. Я становлюсь другим человеком.
- Весьма логично обосновано, - Спок откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди. - Но что случится, когда потерянная память - потерянная личность, если угодно, - вернётся к вам?
- "Когда"? - повторил Маккой с вызовом. - Вы имели в виду "если", не так ли?
Он соскочил со стола и начал беспокойно расхаживать вокруг.
- Если верить доктору Дайсон, память может восстанавливаться постепенно, обрывки и фрагменты его... моего прошлого будут время от времени всплывать на поверхность, и в итоге две личности сольются в одно целое, - Между его бровями легла глубокая складка. - Но в некоторых случаях происходит внезапное восстановление прежней памяти в полном объёме. При этом воспоминания о промежуточном периоде, в свою очередь, стираются.
- Кажется, второй вариант вам не нравится, - заметил старший помощник.
Маккой остановился. Слабое удивление промелькнуло на его лице, и он кивнул, соглашаясь.
- Это означало бы мою смерть.
- С другой стороны, если утраченная память никогда не восстановится, это будет означать смерть... другого Маккоя.
- Идеальное убийство, мистер Холмс, - Маккой безрадостно рассмеялся. - Никакой грязи, никакого тела, от которого нужно избавляться. Только бесплотная душа, по которой никто не будет скучать.
Брови Спока взметнулись вверх.
- Здесь вы неправы. Доктор Маккой пользовался глубоким уважением и симпатией всего экипажа "Энтерпрайза"; в частности, капитан Кирк тяжело переживает его отсутствие.
- Выходит, ваш капитан потерял собутыльника, - парировал Маккой. - Но, если поразмыслить, это небольшая цена за приведение моей жизни в порядок. На самом деле мне очень повезло. Жизнь, полная ошибок, забыта и стёрта, и можно начать всё с чистого листа.
- Но стёрты также и жизненный опыт, и мудрость, полученные из этих ошибок, - В голосе Спока зазвучал непривычный напор. - Из ошибок, которые вы неизбежно повторите.
Маккой покачал головой.
- Не этот я, - твёрдо сказал он. - На этот раз я намерен стать счастливым. Наверное, эта примитивная человеческая цель выглядит для вас мелкой и несущественной, но мне кажется, что "Боунс" Маккой хотел именно этого. Хотел так сильно, что решил уйти.
- Уйти от чего? - резко спросил Спок.
- От всего этого, - Маккой повёл рукой вокруг, подразумевая весь корабль. - В конце концов, мы нашли причину амнезии, но память не вернулась ко мне. Единственное возможное объяснение - прежняя личность не желает возвращаться.
Он протянул руку и выключил экран компьютера.
- Думаю, Боунс ушёл навсегда.
--------------------------
* В оригинале "rain check" - корешок от билета на матч, отменённый из-за плохой погоды, по которому на следующий матч пускают бесплатно.

ГЛАВА 16

- Станция Вагнер сообщает, что в их регистрационных записях не значится ни одно федеральное или иное военное судно в этом секторе.
Спок стоял навытяжку у дверей капитанской каюты, сообщая очередное неприятное известие с невозмутимостью бортового компьютера.
- Чёрт, - Кирк стиснул в кулаке белую ладью.
Шахматная партия, начатая несколько недель назад, не продвинулась ни на один ход с момента первого столкновения с Воронами. В минуты уныния Кирк задавался вопросом - а будет ли она вообще когда-нибудь закончена?
Старший помощник приблизился к столу, оценивая расположение резных фигурок на многоярусной стеклянной подставке.
- Истребители типа "Теннет-5" - это корабли малой дальности, которые не могут выходить в глубокий космос самостоятельно.
- Да, и что бы там ни говорилось в регистрационных записях, где-то рядом должно быть судно-носитель, наверняка - досветовой транспортный корабль. Та тень, которую вы засекли во время сканирования... - Кирк опустил ладью на другой уровень, сняв с доски чёрного коня. - И, благодаря моей радиопередаче, они теперь знают, что мы уцелели после налёта истребителей.
Оставив Спока размышлять над следующим ходом, Кирк зашёл за перегородку, сел на край кровати и начал разуваться. Спок тем временем созерцал чёрного слона, оказавшегося под ударом.
- Максимальная дальность полёта истребителей составляет расстояние чуть больше предельного радиуса сканирования для полностью исправной сенсорной системы, однако радиус действия наших сенсоров сейчас намного меньше нормы. Это обстоятельство, с учётом нашей низкой скорости, позволяет кораблю-носителю легко избегать обнаружения.
- Я очень надеюсь, что этот корабль пытается избежать встречи, - Кирк стащил рубашку и босиком зашлёпал в ванную. - В наших обстоятельствах я больше опасаюсь поймать его, чем позволить ему уйти.
Научный офицер обдумал это утверждение.
- Фазерные пушки, тройные дефлекторные щиты, фотонные торпеды...
- И на всё это мы могли бы наплевать, будь у нас исправный варп-двигатель, - хмуро добавил из-за двери Кирк, включая акустический душ.
- Однако на импульсной скорости силы неравны, - неторопливо проговорил Спок, взвешивая шансы обеих сторон, как если бы речь шла ещё об одной шахматной партии. - Наши фазеры едва ли смогут пробить его защиту, даже при предельной нагрузке. Наши щиты выдержат не более одного прямого удара. "Фальчион" находится в столь же невыгодных условиях. Наших совместных усилий может оказаться недостаточно, чтобы отразить атаку.
- И эти пришельцы решительно настроены на драку, - прокричал Кирк сквозь шум душевой установки.
- Согласен, - Спок дотронулся до своего слона, но не спешил его двигать. Ещё раз изучив доску, он медленно убрал руку.
Кирк вернулся в комнату.
- Холодно, - пожаловался он, натягивая на ходу чистую тунику.
- Да, - согласился вулканец. - И мистер Скотт рассматривает вопрос о понижении температуры ещё на пять градусов* для сокращения расходов энергии.
- Пожалуй, нам лучше перенести совещание в вашу каюту. Я обещаю больше не жаловаться на жару.
-  В целях экономии наших энергетических ресурсов я привёл температурный режим своей каюты в соответствие с остальными помещениями корабля, - объяснил Спок. - Мне выдали со склада несколько термоодеял. Примитивное, но действенное приспособление для сохранения тепла.
Кирк сочувственно улыбнулся, но мысли его тут же вернулись к кораблю и угрожающей ему опасности.
- Я должен узнать, откуда взялись те истребители.
- Они определённо были созданы на территории Федерации. Модель "Теннет-5" часто используется в системах планетарной защиты в пограничных районах, несмотря на строгие меры, принимаемые правительством, чтобы предотвратить продажу этих кораблей за пределы Федерации.
- Те, кто торгует военным оборудованием на чёрном рынке, отличаются большой изобретательностью, - сказал Кирк, снова надевая ботинки. - "Теннеты-5" приняты на вооружение уже давно - достаточно давно, чтобы несколько раз перейти из рук в руки, пока Федерация не потеряет их след; отчёты о продажах можно подделать, так что здесь нет никакой загадки. Чего я не понимаю, так это откуда они прилетели. Если бы они следовали любым из стандартных маршрутов, станция Вагнер зарегистрировала бы их присутствие, либо получила бы уведомление о них от других форпостов Федерации, - Он поднялся на ноги. - Остаются клингонские территории или неисследованные районы космоса.
Спок высоко вскинул бровь.
- И то, и другое вряд ли может быть отправной точкой для судна, идущего на досветовой скорости.
- В этой неразберихе всё выглядит бессмысленным, - устало сказал Кирк. - Чужаки появляются из ниоткуда. Клингоны и френнийцы исчезают неизвестно куда, - Он ударил кулаком по ладони другой руки. - Мы собираем всё новые и новые кусочки, но картинка всё равно не складывается. Где-то есть пропущенный элемент.
Он взглянул на старшего помощника.
- Кажется, на этот раз логика нам не поможет, Спок.
Тот наклонил голову, молча признавая правоту капитана.
Кирк вышел из спальной зоны в наружную комнату. Наспех принятый душ не помог ему расслабиться, каждая мышца по-прежнему звенела от нервного напряжения.
- Чёрт возьми, ведь есть же какое-то объяснение для этих нападений... И мы должны его найти, чтобы понять, с кем мы сражаемся и почему. Я не могу защитить свой корабль, свою команду, если...
Тихое звяканье стекла прервало его на середине фразы.
- Полагаю, это ваш обычный напиток, капитан, - сказал Спок, протягивая Кирку бокал тёмного бренди.
Кирк удивлённо рассмеялся.
- Что это, Боунс? Вы отрастили острые уши?
Спок не позволил себе ни тени улыбки.
- Вы говорили с доктором Маккоем в последнее время? - спросил он.
Кирк нахмурился и глотнул из бокала, прежде чем ответить.
- Вообще-то нет. Мы не виделись с момента последней атаки. Нам вроде не о чем было говорить, - через силу признался он.
- В самом деле, - бесцветно сказал Спок. - С другой стороны, у нас с доктором только что состоялась очаровательная беседа. Мы обсуждали концепцию развития дискретной личности в условиях непрерывного телесного существования.
Кирк непонимающе уставился на своего научного офицера.
- Что это вы несёте?
- Доктор Маккой может объяснить, - ответил Спок. - Я настоятельно рекомендую вам обсудить с ним этот вопрос.
- Но...
- Прошу меня извинить, - проговорил Спок с подчёркнутой официальностью, - мне надлежит быть на мостике через две минуты.
Не прибавив больше ни слова, он вышел из комнаты, оставив Кирка теряться в догадках.

Каюта Маккоя изменилась. Кирк почувствовал это, едва переступив порог. Он огляделся: со стен исчезли декоративные драпировки, и на полках, где раньше хранились личные вещи Маккоя, теперь были разложены медицинские книги и дискеты.
Кирк прошёл дальше, за ширму. Доктор сидел на разобранной постели. Он только наполовину проснулся, хотя ему и удалось нащупать кнопку управления замком и впустить Кирка в комнату.
- Простите. Я не хотел вас будить.
- Всё к лучшему. Чёртов кошмар... но теперь он прошёл, - пробормотал Маккой, протирая слипающиеся глаза. Сонно щурясь, он взглянул на капитана. - Сейчас угадаю - вас прислал мистер Спок.
- Не совсем так, - Кирк заметил груду мелких вещиц из дерева и камня, сваленных в беспорядке на угловой полке спальни. - Он просто упомянул, что у вас была "очаровательная" беседа.
- И из-за этого вы помчались сюда?
Маккой лениво потянулся и свесил ноги с кровати. На нём были форменные брюки стандартного образца, но поношенный свитер из коричневой шерсти явно относился к тем прежним дням, когда он ещё ходил в штатском. Он пошарил на полу в поисках обуви.
- Он беспокоится о вас, - негромко сказал Кирк.
- Беспокоится? - переспросил Маккой. - О чём вы говорите? Он вулканец.
- Он ещё и наполовину человек, - сказал Кирк, выражая вслух то, о чём два его друга никогда не говорили между собой. - И его человеческая половина очень привязана к вам, хотя вулканская половина никогда не позволит ему признаться в этом.
- Я согласен, что это свидетельствует в пользу "Боунса" Маккоя, - нехотя сказал Маккой, вставая с кровати и оказываясь лицом к лицу с капитаном. - Но теперь это не имеет большого значения.
Кирк обвёл взглядом преображённую комнату, и начал догадываться о причине тревоги Спока. Он подошёл к угловой полке, разглядывая сувениры, небрежно сваленные в кучу, как бесполезный хлам. Потом поднял резную каменную статуэтку в виде человеческой головы.
- Это был подарок от Верховного Тиира Акаара с Капеллы IV. Вы прожили среди его народа несколько месяцев. Ныне царствующий Тиир - Леонард Джеймс Акаар, названный в честь нас обоих. Вы помогли ему появиться на свет, спасли жизнь ему и его матери.
Он протянул фигурку Маккою, но доктор не пошевельнулся, чтобы взять её. Кирк осторожно поставил статуэтку на её прежнее место на верхней полке и взял следующий предмет - маленький необработанный камень.
- Не ахти какой сувенир, но вулканцы не торгуют безделушками для туристов, - Он поднёс тускло-красный осколок породы к свету лампы. - На Вулкане вы спасли жизнь мне. Не в первый и не в последний раз.
Кирк подбросил камень, и Маккой, захваченный врасплох, машинально поймал его, не дав упасть на пол. И сразу же бросил назад, словно камень мог обжечь ему руку.
- Послушайте, капитан. Я об этом не просил, - Маккой легонько постучал себя по виску. - "Боунс" сделал свой выбор: он ушёл, и не похоже, чтобы он собирался вернуться обратно.
- Я не верю в это, - Кирк помотал головой. - Я знаю вас, Маккой...
- Тогда скажите мне, почему я предпочёл забыть вас и этот корабль.
Кирк беспомощно развёл руками.
- Я... у меня нет ответа, - Он вглядывался в лицо человека напротив; в знакомое лицо, что принадлежало теперь незнакомцу. - Но ваша память вернётся. Иначе и быть не может.
- Здесь мне не место, - настойчиво сказал Маккой. - Всё, чего хочет этот парень, - он ткнул себя пальцем в грудь, - это вернуться домой, в Джорджию.
- Чёрт возьми, Маккой, вы не можете оставить службу! Вы не можете оставить "Энтерпрайз"...
"...и меня", - добавил он мысленно.
Но Маккой сердито тряхнул головой.
- Капитан, как только меня выпустят с этого корабля, я никогда больше...
Истошный вопль сирены заглушил его слова. Над дверью замигала красная лампа, и сквозь завывания гудка пробился ясный голос Ухуры:
- Красная тревога, красная тревога. Капитана Кирка на мостик.
Маккой закатил глаза.
- Опять? Вам это не надоело?
- Ещё как, - кисло отозвался Кирк, пулей вылетая из комнаты.

Обзорный экран по-прежнему показывал только звёзды - далёкие, холодные, обманчиво-мирные. Однако сенсоры дальнего действия были куда чувствительнее, чем оптическая система, и именно они засекли чьё-то присутствие в бездонной пустоте за пределами видимости.
- Наша тень появилась снова, - объяснил Спок, освобождая капитанское кресло. По давней привычке он встал сбоку от него. Кирк сел на своё место. Его лицо ещё горело - от быстрого бега и от досады, что уже во второй раз сигнал тревоги застал его на не посту.
- Корабль-носитель? Тот самый транспортник?
- Возможно, - ответил Спок. - Он только что пересёк границу действия сенсоров. Скорость его движения соответствует характеристикам досветового корабля, масса также совпадает с ожидаемой. Визуальный контакт через двадцать минут, встреча через один час, двенадцать минут.
- И нам её никак не избежать, - добавил Скотти, ковыляя к ним от инженерного пульта. - Наши запасы энергии почти на нуле.
- Значит, будем драться, - Кирк перевёл взгляд с одного на другого, оценивая их реакцию, и вздохнул. - Есть идеи по поводу того, как нам его победить?
- У нас есть дополнительная поддержка в виде "Фальчиона", - напомнил Спок.
Крейсера не было видно на экране. Едва получив сигнал тревоги, клингонский корабль скрылся под маскировочным полем.
- Да, - согласился Скотти, - и будь у нас ещё и третий корабль, пожалуй, силы были бы равны.
- Раз мы не можем противостоять им в честном бою, остаётся только перехитрить их, - Кирк широко улыбнулся. - Дадим им попробовать их собственное снадобье.
- Какое снадобье? - поинтересовался Скотти. - И в каких дозах?
Глаза Кирка были устремлены на пустой экран, но перед его мысленным взором проплывали события недавнего прошлого.
- Вороны на френнийском корабле могли нанести удар сразу же, как только мы опустили щиты, но они выжидали. Они выжидали, пока мы не заподозрили ловушку и не отозвали шаттлы. Если бы мы не разгадали их трюк, что бы они сделали?
Он не ждал от офицеров ответа - он знал его сам.
- Они бы захватили шаттлы и попытались взять нас на абордаж. Вороны не собирались разрушать "Энтерпрайз" - они хотели взять его под контроль. Тогда, возможно, экипаж транспортника не устоит перед соблазном перебить нашу команду в абордажном бою и получить "Энтерпрайз" невредимым, вместо того, чтобы уничтожать нас вместе с кораблём.
Скотти ужаснуло такое предложение, но Спок не выказал удивления. После долгой практики он без труда следовал за причудливым полётом капитанской мысли и ловил с полуслова любую его идею.
- И чтобы высадиться к нам на борт, им придётся опустить щиты, - закончил Кирк. 
- Да! Это точно! - Главный инженер расплылся в такой же широкой улыбке.
Однако Спок удержался от преждевременного одобрения и легко переключился на свою вечную роль "адвоката дьявола".
- Если экипаж транспортного судна, как и экипаж истребителей, состоит только из особей второго вида, их мотивации могут быть другими.
Кирк задумался, потом покачал головой.
- Нет, я так не думаю, - Он посмотрел на вулканца. - Я не могу это доказать, но я уверен, что Вороны обоих видов действуют совместно, ради одной и той же цели. Ещё один риск, мистер Спок.
- Тогда я надеюсь, что на этой раздаче нам придут тузы, - сказал Скотти.
- Нам выпадет семёрка, мистер Скотт, - Спок изогнул бровь, видя замешательство инженера. - В настоящий момент мы используем аналогию с игрой в кости.
- Во что бы мы ни играли, мистер Спок, это чертовски опасная игра.

- "Мэйдэй", "Мэйдэй"**. Говорит U.S.S. "Энтерпрайз". Мы терпим бедствие.
Ухура повторяла позывные снова и снова, и дрожь в её голосе была лишь отчасти наигранной. Кирк напряжённо прислушивался, но из приёмника доносился только треск статических помех. Его взгляд был прикован к тёмно-красной продолговатой громаде транспортного корабля, что вырастала на экране, как медленно расплывающееся пятно крови. Если в ближайшее время ответа не будет, рыба проглотит наживку без крючка. Дрейфующий в космосе "Энтерпрайз" был полностью беззащитен. Его двигатели были выключены, подача энергии к орудийным системам и дефлекторам прекратилась.
- Судя по эмблемам на корпусе, он принадлежит к орионскому наёмному флоту, - прошептал Спок ему на ухо.
- Ещё один союзник? - спросил Кирк, украдкой вытирая пот со лба. Орионцы соблюдали нейтралитет лишь до тех пор, пока это было им выгодно.
Спок пожал плечами:
- Или ещё одна жертва союза Воронов и клингонов.
- В любом случае, "Теннеты-5" прибыли именно на нём, - яростно прошипел Скотти. - Смотрите, все ячейки для истребителей пусты.
Какой-то шум пробился сквозь помехи, перекрывая голос Ухуры. Она быстро повернула регуляторы, ловя частоту вызова.
- "Энтерпрайз", говорит Аэлоран, капитан "Звёздного Шторма". Мы вас слышим.
Слова, прозвучавшие из приёмника, были произнесены на базовом языке Федерации с сильным орионским акцентом.
Кирк незаметно подал знак, и мостик огласился хором восторженных криков.
- "Звёздный Шторм", говорит капитан Кирк. Как мы рады вас видеть!
Он поднялся с кресла и шагнул вперёд, как бы не в силах сдержать возбуждение; в его голосе смешались облегчение и усталость.
- Что случилось, капитан Кирк? Ваш корабль дрейфует, словно мёртвый.
"Возможно, так оно и будет... очень скоро."
- На нас напали клингоны. Небольшая эскадрилья истребителей, они вошли на нашу территорию из системы Беленнии. Мы их перебили, но и сами едва остались живы. Наши двигатели вышли из строя, нет энергии ни для оружия, ни для щитов, - Он обвёл рукой полутёмный мостик: декорация выглядела вполне достоверно. - Системы жизнеобеспечения запитаны от батарей, но их не хватит надолго.
- Чем мы можем вам помочь? - спросил бестелесный голос.
Кирк рассмеялся.
- Вы пожалеете, что спросили об этом. У меня тут трёхметровый список запчастей и материалов, необходимых для ремонта. И всё, что я могу предложить в уплату, - кредитное свидетельство Звёздного Флота.
- Это неважно, - весело отозвался орионский капитан. - Кредит Федерации так же надёжен, как золото.
Кирк заколебался. Голос на том конце звучал так искренне, так неподдельно, что в душе капитана опять шевельнулось сомнение. То же сомнение задержало его на несколько роковых секунд в стычке с самозваными френнийцами.
- Ухура?
Лейтенант отключила внешнюю связь, прежде чем ответить ему.
- Они принимают нашу визуальную передачу, но посылают в ответ только звук.
Точно как "Селессан". Кирк был почти уверен, что на "Звёздном Шторме" находятся Вороны, но это проклятое "почти"...
Он показал Ухуре большой палец, и девушка опять включила связь.
- Я солгал, - заявил Кирк командиру "Звёздного Шторма". - У меня есть кое-что подходящее для торговли - саурианское бренди. Если вы соблаговолите подняться к нам на борт, мы откроем одну бутылочку и заодно договоримся о цене за вашу помощь.
- Это лучшее предложение, которое я слышал с тех пор, как покинул дом! - обрадовался голос. - Дайте мне координаты, и я тотчас отправлюсь к вам.
После секундной паузы он добавил:
- Я прибуду с несколькими офицерами. Вы не против?
- Конечно, берите их с собой, - Кирк был само радушие. - Ждём вас в гости.
Ухура выключила аудиосвязь.
- Всем боевым постам: готовность номер один, - Тихий голос Кирка не соответствовал грозному смыслу его слов. - Спок, будьте готовы провести сенсорное сканирование, как только они опустят щиты.
Старший помощник обернулся от своего пульта.
- Капитан, если они обнаружат, что их сканируют...
- Они почуют неладное и откроют огонь, - хмуро сказал Кирк. - Ухура, передайте координаты для транспортации, потом откройте канал связи с "Фальчионом".
- Есть, капитан.
Девушка без колебаний выполнила приказ.
- Они опускают щиты, - объявил Скотти.
На мостике воцарилось молчание. Единственным звуком в мёртвой тишине был стрёкот клавиш, доносящийся от компьютерной станции. Вулканец работал аккуратно, без суеты, но очень, очень быстро.
Скотти беспокойно заёрзал у инженерного пульта.
- Докладывают из отсека транспортации: они активировали матрицу переноса. Капитан, если они успеют подняться к нам на борт...
Кирк сверлил взглядом застывшую спину старшего помощника; время растянулось до предела, как тетива, готовая лопнуть. Наконец Спок проронил заветное слово:
- Вороны.
- Сулу! - крикнул Кирк.
И "Фальчион" мерцающим призраком всплыл из небытия, сбрасывая маскировку. Шквал фазерных лучей прошил бронированную тушу орионского корабля в том месте, где под металлическими листами скрывались гондолы импульсных двигателей. Спустя несколько секунд "Звёздный Шторм" перестал существовать.
--------------------------
* Вероятно, имеются в виду пять градусов по шкале Фаренгейта - это около 2.8 градусов по Цельсию.
** MayDay - международный (междупланетный?) сигнал бедствия.

ГЛАВА 17

- Сенсоры не регистрируют органических остатков, капитан.
Кирк взглянул через плечо старшего помощника на индикаторы компьютерного пульта: их показания подтверждали слова вулканца.
- Проверьте ещё раз, мистер Спок.
На краткий миг тот заколебался, борясь с противоречивыми мыслями. Повторное сканирование было бы лишь ненужной тратой скудных остатков энергии, и логика требовала донести этот факт до сведения капитана. С другой стороны, опыт подсказывал, что в настоящий момент Кирк едва ли настроен внимать доводам логики.
Спок снова переключил сенсоры на поисковый режим. Кирк отошёл от пульта и остановился возле своего кресла. 
Рулевой и навигатор ожесточённо сражались с управлением, возвращая хромой звездолёт на прежний курс. Ухура крутила регуляторы настройки, методично прослушивая все частоты пространственной и подпространственной связи. Спок проводил второй, заведомо бесполезный сенсорный поиск.
На обзорном экране расстилался пустой и безмятежный космос. От "Звёздного Шторма" не осталось ни следа: взрыв импульсных двигателей разнёс огромный корабль в пыль. Вместе с Воронами на его борту. А это означало, что Кирк ни на шаг не приблизился к разгадке. Собственным приказом он перечеркнул единственную возможность узнать ещё что-нибудь о таинственных чужаках.
Компьютер просигналил об окончании поиска. Кирк выжидательно поднял голову.
- Ответ отрицательный, капитан. Никаких следов органики.
- Очень хорошо, мистер Спок, - столь же невозмутимо ответил Кирк. - Рулевой, приготовьтесь включить импульсную тягу.
- Есть, капитан.
Деполь и Бенус выпрямились на своих сиденьях, их руки замерли над приборными панелями. Они давно успели рассчитать, перепроверить и ввести в бортовой компьютер курс на станцию Вагнер, пока Кирк удерживал "Энтерпрайз" на месте крушения "Звёздного Шторма".
- "Фальчион" готов к старту, - передала Ухура, приняв передачу с борта клингонского крейсера.
Кирк прослушал быструю перекличку со всех постов мостика. Его офицеры устали от ожидания, им не терпелось отправиться в путь. Больше здесь нечего было делать.
- Полная импульсная тяга, - скомандовал капитан.
"Энтерпрайз" вздрогнул, набирая скорость. Кирк тоже вздрогнул. Здесь слишком холодно, подумал он, выбрасывая из мыслей другое объяснение охватившего его озноба.
- Есть что-нибудь на сенсорах дальнего действия, мистер Спок?
- Ответ отрицательный. Никаких признаков активности в этом секторе.
- Подтверждаю, - добавила Ухура. - Никаких передач в обозримом диапазоне частот.
- Давайте надеяться, что так будет и впредь, - устало проговорил Кирк. - Нам ещё предстоит несколько дней пути.
"И ради бога, хватит с нас приключений..."
Настало время для ещё одного дела, которое больше нельзя было откладывать на потом. Он поднялся с кресла.
- Мистер Спок, я жду вас в своей каюте через час.

Этот час Кирк провёл у себя, разглядывая содержимое маленького кожаного кейса. Служба в качестве командира звездолёта требовала большого напряжения сил и полной самоотдачи; порой она напоминала азартную игру по самым высоким ставкам. В каждой миссии командиру приходилось принимать решения, от которых зависели жизни экипажа корабля и бесчисленного множества других созданий. Чаще всего Кирк знал, как должен поступить, и всё же время от времени он вынужден был действовать наугад. Когда он угадывал правильно, ему давали медаль.
У Кирка было много наград. Он дорожил ими - не как свидетельствами своей славы, но как напоминаниями о сложных ситуациях, когда он сумел сделать правильный выбор. Сколько раз он ещё поставит на кон против слепого случая, сколько шансов вырвет у судьбы, прежде чем совершит роковую ошибку?
Во время спасения "Селессана" его мгновенное колебание чуть не погубило корабль. И всё же он снова пошёл на риск в столкновении со "Звёздным Штормом". Если бы сенсорное сканирование заняло на несколько секунд больше или если бы Вороны обнаружили, что их проверяют, они не стали бы медлить с ударом. И на этот раз они достигли бы цели.
Тихий свист прозвучал из интеркома - несколько нот, простая и скорбная мелодия, слышная в каждом уголке корабля. Капитан встряхнулся, отвлекаясь мыслями от прошлого. Он захлопнул кейс, положил его обратно в сейф возле кровати и закрыл металлическую дверцу. Если бы он мог вот так же взять свои тревоги и сомнения и спрятать куда-нибудь под замок...
Стараясь не думать об этом, он начал переодеваться.
Когда раздался звонок в дверь, Кирк уже был готов. Спок вошёл в каюту, аккуратный и подтянутый, как всегда. Голубой парадный китель с разноцветными наградными планками подчёркивал его официальный вид.
Кирк одёрнул рукава своего кителя - золотистого, как положено командиру. Он терпеть не мог эту одежду. В его сознании она была прочно связана с утомительными дипломатическими делами и с трибуналами Звёздного Флота. И с похоронами.
- Лейтенант Ухура докладывает, что часовня подготовлена к проведению службы, - сообщил Спок с подобающей случаю торжественностью. Впрочем, таким же серьёзно-мрачным голосом он объявил бы и о начале бракосочетания. - Бортовой интерком будет транслировать ваше обращение для тех, кто находится на посту.
Кирк рассеянно кивал, едва обращая внимание на все эти подробности. Он думал о другом. Никто из офицеров не оспорил его действий в стычке с "Селессаном" или "Звёздным Штормом". Будучи старшим помощником, Спок не подвергал сомнению решения командира, если тот не спрашивал его мнения; будучи вулканцем, он, вероятно, не видел смысла в обсуждении того, что уже нельзя изменить.
Впрочем, Кирк и не собирался выносить на общий суд то, что не давало ему покоя. Облечь страх в слова означало сделать его более реальным. Лишь с одним человеком он мог бы поделиться своими сомнениями. Что сказал бы по этому поводу Маккой? Осудил бы он Кирка за тот удар без предупреждения, за ответ обманом на обман? Упрекнул бы за неоправданный риск?
- Я знал, что там были Вороны, - Он не сразу понял, что говорит вслух. - Знал даже без сканирования. И всё равно позволил им снова обмануть меня. Я должен был открыть огонь сразу.
Спока не удивил этот неожиданный всплеск эмоций. Он ответил быстро, будто давно заготовил ответ и лишь дожидался нужного момента:
- Проверка была необходима. В противном случае вы могли уничтожить команду мирного орионского судна.
- Ради этого стоило рисковать собственной командой?
Спок промолчал. Он знал, что люди порой винят себя в неслучившихся бедах и в несовершённых ошибках, но не знал, как опровергнуть эти обвинения.
Он пытался найти слова, которые могли бы помочь его другу, но искал их слишком долго. Кирк уже вышел из комнаты.

Проходя мимо каюты Маккоя, Диана Дайсон замедлила шаг. Она могла придумать по меньшей мере три важных причины, чтобы заглянуть к доктору. Но сам факт, что ей хотелось найти причину - или, скорее, оправдание для самой себя, - определённо был поводом для беспокойства.
Размышляя об этом и о других тревожных симптомах, она не заметила, как оказалась по другую сторону двери, и дальнейший самоанализ пришлось отложить.
Диана не удивилась, застав Маккоя погружённым в гору медицинских лекций; но она никак не ожидала, что он будет в штатском.
- Вы ещё не готовы? - удивилась она, глядя на его потрёпанный свитер.
Маккой с трудом оторвался от экрана.
- Готов к чему? - рассеянно спросил он.
- К мемориальной службе. Она начнётся через десять минут.
Маккой снова уткнулся в экран.
- Да, я вроде слышал что-то сегодня утром... Но мне ведь не надо идти, правда?
- Ради бога, вы же старший офицер! - Она метнулась мимо его стола в спальню и настежь распахнула шкаф. - Не говоря уже о том, что вы собственноручно подписывали свидетельства о смерти всех, кто погиб в первой атаке.
Её руки лихорадочно перебирали вешалки с одеждой.
- Думаю, это означает, что мне придётся идти, - буркнул Маккой, выключая компьютер.
Дайсон вернулась из спальни, держа в руках китель из мягкой, блестящей голубой ткани, отделанный золотым кантом.
- Наденьте это, - приказала она.
Маккой взглянул на неё с ужасом, словно она предлагала ему дохлую кошку.
- И поживее!
Он неохотно поднялся на ноги, распрямляя затёкшую спину, потом потянулся, хрустя позвоночником.
- Как бы то ни было, а моя спина не хочет верить, что ей двадцать три года.
Дайсон нетерпеливо скривила губы. Маккой вздохнул, но послушно стащил свитер и отложил его в сторону.
- Чёрт, а здесь холодно, - Передёрнув плечами, он взял китель и попытался натянуть его через голову.
- Нет, не так.
Дайсон отобрала у него китель, расстегнула застёжку на передней планке и впихнула одежду ему в руки.
- Ненавижу похороны, - проворчал Маккой, поочерёдно просовывая руки в рукава и возясь с незнакомой застёжкой. - Никогда не понимал людей, которые добровольно обрекают себя на целый час уныния и депрессии. Даже на два часа, если вам попадётся особо увлечённый оратор.
Он застегнул китель до самой шеи и попытался нащупать петлицу на воротничке.
- Чёртова удавка... Вы уверены, что это мой размер?
- О, будьте добры, заткнитесь! - взвилась Дайсон. Её голос задрожал не то от злости, не то от слёз, подступивших к горлу. - Моя соседка по комнате погибла одной из первых. Эта служба для меня не просто формальность!
- Простите, - выдавил Маккой, сражаясь с последней пуговицей. - Мне жаль...
- Нет, вам ни капельки не жаль. Вы только пытаетесь быть вежливым.
Она отвела его руки и туго застегнула воротничок.
- Среди погибших - четверо санитаров из вашего отдела, - Дайсон отступила на шаг, оценивая его вид. - И вы сами выбрали каждого из них. Хоффман, Рассел, Уоллес, Кларк. Вспомните эти имена, когда капитан назовёт их. И радуйтесь, что ваше сердце не может болеть за них... потому что человек, который был корабельным хирургом, чуть не заплакал, узнав, что они мертвы.
Маккой ничего не ответил. Его глаза были полны недоумения и боли, как у человека, получившего жестокий и незаслуженный удар. Диана прикусила язык.
- Идёмте, а то опоздаем, - сухо сказала она, глуша в себе непрошенное чувство вины.
Он покорно последовал за ней.

Корабельная часовня представляла собой всего-навсего пустой зал с маленькой кафедрой в одном конце и несколькими рядами скамей. Чтобы не оскорбить ничьих религиозных чувств - а в Звёздном Флоте служили люди, принадлежащие к самым разным вероисповеданиям, - строители корабля оформили это помещение в простом и строгом стиле. Здесь не было ни священных символов, ни образов, ни других знаков культа, но светлые, лишённые украшений стены будто излучали умиротворённость и покой на собравшихся здесь людей.
Кирк стоял за кафедрой, дожидаясь, пока последние из прибывших отыщут себе место в переполненном зале. На длинных скамьях уже негде было присесть, и большинство астронавтов столпились вдоль стен; но, несмотря на большое скопление людей, в часовне было удивительно тихо, если не считать дыхания, приглушенных шагов и шороха одежды.
То был долг капитана - найти в себе силы нарушить эту тяжёлую тишину, найти слова утешения и ободрения для товарищей и коллег тех, кто погиб на своём посту. Капитану не пристало бояться публичных выступлений. Кирк разгладил список имён, который ему предстояло прочесть, и тонкий лист бумаги впитал влагу с его ладоней. Мемориальную службу дважды откладывали из-за боевых действий, и с каждым разом этот список удлинялся.
Обдумывая предстоящую речь, Кирк видел, как плотно сбитая группа инженеров расступилась, пропуская в середину Монтгомери Скотта. Они усадили его на край скамьи и снова сомкнулись вокруг плечом к плечу. Усталый и поникший, с печально вытянутым лицом, Скотти едва ли осознавал, как сплотила его людей отчаянная забота о нём.
Сотрудники научного отдела, напротив, были рассеяны в толпе поодиночке. Их верность не выражалась столь явно, но как инженеры стояли  горой за Скотти, так и учёные готовы были идти в огонь и в воду за своего сурового и требовательного шефа-вулканца. Сам Спок тоже был здесь, чтобы отдать последнюю дань уважения погибшим. Прямой и строгий, он стоял в углу - окружённый землянами, но не один из них.
Тишина в часовне неуловимо изменилась, все посторонние звуки угасли, и это было сигналом к началу службы. Кирк глубоко вдохнул и заговорил. Собственный голос казался ему слишком тихим, доносящимся откуда-то издалека, но сидящие люди слушали, не отрываясь. Он словно раздвоился, и одна часть его сознания искала слова, чтобы выразить вслух их общее горе, в то время как другая наблюдала за лицами слушателей, здесь и там замечая влажный отблеск в обращённых к нему глазах. Кто-то, как Ухура, плакал открыто, не стыдясь скорби и любви к умершим друзьям. Кто-то, наоборот, крепился изо всех сил, но всё же украдкой смахивал слёзы, неохотно соглашаясь разделить свою боль с другими - словно тяжкий груз, который невозможно нести в одиночку.
Его речь звучала не только в пределах часовни, но и на каждой палубе, в каждом помещении корабля, для тех, кто стоял сейчас на вахте. Он говорил для всего экипажа, прощаясь с теми, кто уходил навсегда, и утешая остающихся, - но сам не мог найти утешения в собственных словах. 
Голос умолк. "Я закончил?" - удивился Кирк. Список лежал перед ним на кафедре, и он медленно прочёл его вслух. Называя имя за именем, он несколько раз слышал в ответ приглушённое восклицание - кто-то только сейчас узнавал о смерти коллеги или знакомого.
Эта последняя перекличка была мучительно длинной. Наконец список подошёл к концу, и Кирк объявил минуту молчания. Склонив голову в безмолвной молитве, он попытался вспомнить погибших, воскресить в памяти их лица и голоса, но вдруг осознал, что молится не за них, а за тех, кто стоял сейчас рядом с ним, - чтобы они остались в живых.

ГЛАВА 18

Бортовой журнал, звёздная дата 5321.12: Нам остаётся менее суток пути до станции Вагнер с её ремонтными доками, но я до сих пор не в состоянии объяснить те нападения, что нанесли урон моему кораблю.

Звёзды рассыпались серебряным песком вдоль горизонта. Их нежный свет озарял землю под ногами, разбрасывал под деревьями зыбкие тени, превращал траву в пушистое бархатное покрывало. Лёгкий ветерок гулял по верхушкам кустов, и листва шелестела в ритме спокойного дыхания.
Маккой валялся на спине, подложив руки под голову, и любовался тщательно подобранным видом. Кусты скрывали нижний край иллюминатора, свисающие сверху ветки ивы затенили верхний край. Панорама глубокого космоса волшебным образом преобразилась в ночное небо. Не хватало только травинки, чтобы лениво жевать её. Он с трудом отогнал желание отщипнуть стебелёк зелени.
- Если бы только звёзды не двигались, я мог бы вообразить, что это какой-нибудь сад в Джорджии.
- Я привыкла к тому, что звёзды должны двигаться, - возразила Дайсон. Она сидела на скамейке под соседним деревом. - Если они останавливаются, это означает, что энергетическое снабжение станции нарушено.
Маккой тяжело вздохнул. Его хрупкая иллюзия рассыпалась на глазах. Он сел и повернулся к Дайсон.
- Всё-таки людям не место в космосе. Он разрушает наши души.
- Моя душа чувствует себя очень хорошо, доктор, - сказала Диана с лёгкой нервозностью в голосе.
Он покачал головой.
- Это не заменит Землю, - Он обвёл рукой густые заросли. - Синтетический ветер и дистиллированная вода. И ни единой букашки во всей чёртовой оранжерее.
- Вы скучаете по насекомым? - скептически переспросила она.
- Не в этом дело, - отмахнулся Маккой. - Просто оно не настоящее.
Дайсон равнодушно пожала плечами.
- Вы имеете в виду, что это не Земля. Здесь нет ураганов, землетрясений, наводнений, засухи... Судя по тому, что я слышала, Земля - очень опасное место для жизни.
- Зато она очень красива, - Маккой поднялся на ноги, рассеянно стряхивая несуществующую грязь со свитера и брюк. - Красива той необузданной красотой, которую вы никогда не найдёте в этих стерильных наманикюренных лужайках. Здесь жизнь приходится защищать и пестовать, возиться с ней... А на Земле жизнь кипит и бьёт через край в каждом квадратном миллиметре  земли и воздуха.
Приглушённый свист интеркома развеял остатки мирной пасторальной картины, возвращая их из тихого сада обратно в оранжерею рекреационной палубы.
- Спок вызывает доктора Дайсон.
Маккой протянул руку, помогая женщине подняться.
- Вам нужен профсоюз получше, - посочувствовал он.
- Точно. Скажите мистеру Споку, что я объявила забастовку.
Дайсон отвела в сторону гибкую перистую ветвь. За ней скрывалась панель интеркома, искусно спрятанная в дупле плакучей ивы. Диана нажала кнопку соединения.
- Дайсон на связи.
- Клеточное сканирование образца нервной ткани 21-альфа будет закончено через десять целых две десятых минуты, - прозвучал из дупла сухой голос научного офицера. - Жду вас в лаборатории 5А для обработки результатов.
Не дожидаясь ответа, он отключил связь.
- Что будет потом, когда вы закончите с образцом 21-альфа? - спросил Маккой, всё ещё держа её за руку, пока они шли к турболифту.
Она осторожно высвободила руку.
- Потом мы начнём анализировать образцы 21-бета и 21-гамма.
- Всё это кажется ужасно скучным.
Они прошли последний поворот аллеи, вымощенной искусственным кирпичом. Кусты, деревья и камни сменились знакомым очертаниям корабельных стен. Распахнулись двери турболифта, странно выглядевшие в живописной раме из кружевных побегов плюща.
- Так что вы там ищете?
- Тишины и покоя, - ответила вместо Дайсон Ухура, выходя в оранжерею, в то время как двое врачей заняли её место в лифте. - Если увидите капитана Кирка, скажите ему, что я на двадцать восьмой палубе.
Маккой не понял, почему её слова так развеселили Диану.
- А что находится на двадцать восьмой палубе? - спросил он, пока лифт вёз их наверх.
Её улыбка погасла.
- На корабле нет двадцать восьмой палубы, Лен.
- А-а. Но откуда мне было знать? - буркнул он, пряча лицо от её ищущего взгляда. - У меня амнезия, доктор Дайсон. Я не могу помнить всякие мелочи вроде этой.
- Потому что вы даже не пытаетесь, - укоризненно сказала она.
Турболифт доставил их на седьмую палубу. До медицинской лаборатории они шли молча. Здесь было пусто и темно, но стоило им перешагнуть порог, как на потолке одна за другой зажглись лампы, осветив ряды длинных низких столов в центре комнаты.
Маккой заговорил первым.
- Это капитан вам приказал исследовать мою психику в свободное от работы время? Или вы проявляете инициативу в надежде на поощрение?
Дайсон оставила без внимания его жалкие потуги на сарказм. Пройдя между столами, она включила какие-то приборы и некоторое время наблюдала за перемигиванием цветных огней на контрольных панелях.
- Это медицинский случай, касающийся члена экипажа корабля, а я - врач на этом корабле, - проговорила она наконец. -  Что я, по-вашему, должна делать? Чего вы от меня хотите?
- Я хочу, чтобы вы помогли мне убраться с этого корабля! - резко сказал он.
Она изумлённо обернулась.
- Лен, вы не можете сдаться так легко. Не отчаивайтесь. Вам надо преодолеть этот блок.
- Чёрта с два!
Он стиснул зубы, стараясь обуздать свою злость. Потом заговорил снова, тише и спокойнее.
- Диана, всё, что мне надо - это прожить жизнь заново, лучше и правильнее, чем в прошлый раз, - Он шагнул ближе, словно умоляя прислушаться к нему. - С пенсией Звёздного Флота я смогу вернуться на Землю и открыть собственную практику на дому, как я всегда хотел сделать. Старый Маккой потерял свою мечту и свою семью где-то на полдороги сюда. Я не хочу, чтобы со мной случилось то же самое.
- Вы не можете поделить себя на разные части и остаться в здравом уме! - голос Дайсон сорвался на крик. - Вы - одно целое, одна личность, а не две! И эта личность - хороший человек и замечательный хирург. Каждый мужчина и каждая женщина на этом корабле без колебаний доверили бы вам свою жизнь. Может быть, вы пришли в Звёздный Флот, чтобы убежать от ошибок прошлого, но теперь вы стали такой же неотъемлемой частью "Энтерпрайза", как капитан Кирк и мистер Спок. Вы не можете просто отмахнуться от этого. Вы не вправе!
- Так я всего лишь временная ошибка, вроде испорченных при клонировании клеток? Да? Каким бы "очаровательным" научным казусом ни был молодой Лен Маккой, но пора отправить его туда, откуда он пришёл, - пускай сгинет в дальних закоулках памяти вашего обожаемого главного хирурга, - Он схватил её за плечи, требовательно заглянул в глаза. - Вы этого хотите?
Дайсон отвела взгляд, разрывая возникший на мгновение контакт.
- Да? Это означает - да?
Она уперлась ладонями в грудь Маккоя, пытаясь отстраниться, но он держал её крепко.
- Отпустите меня, Лен, - взмолилась она. - Я не могу... я должна быть объективной. Я ваш врач...
- Плевать на врача! Мне осточертело быть вашим пациентом. Это всё, что я для вас значу? Интересный медицинский случай?
- Вы сами знаете, что это не так, - Она вскинула голову. - Вы, может быть, молоды, но уж не настолько невинны.
- Нет, - хрипло ответил он. - Вовсе нет.
Он ослабил хватку; теперь его руки просто лежали на её плечах. Она закрыла глаза, но не отстранилась, когда он привлёк её к себе.
- Который Маккой это был? - спросил он, когда поцелуй закончился. - Молодой или старый?
- Не знаю, - выдохнула она, проводя пальцами по его щеке. - Знаю только, что очень давно хотела сделать это.
- Так старый дурак сохранил капельку былого очарования? - Маккой тихо рассмеялся. - Но ведь он ни разу не пытался поцеловать вас?
Она вздрогнула и напряглась, освобождаясь из его объятий.
- Нет, - натянуто ответила она. - И когда ваша память вернётся, вы наверняка будете смущены этим маленьким эпизодом. А может, даже не вспомните о том, что сейчас случилось. И всё же я обязана сделать всё, чтобы восстановить вашу память. Если не получится у меня - получится у другого врача.
- Диана...
Он снова потянулся к ней, но она быстро отступила назад.
- Вот видите, - В её голосе сквозила горечь. - Я должна держаться от вас подальше - не только ради профессиональной этики, но и ради собственной безопасности. В один прекрасный день - возможно, очень скоро, - ваша амнезия пройдёт, и когда это случится, для меня не будет места в вашей жизни.
- Это не так.
Дайсон покачала головой.
- Сейчас вы видите во мне ровесницу, такого же стажёра-ординатора, каким вы были сами. Но для Маккоя, начальника медицинской службы, я прежде всего сотрудница его отдела, отношения с которой лежат строго в сфере профессиональных интересов. Не говоря уже о том, что я на несколько рангов ниже его по званию и на двадцать лет моложе и неопытнее. Мы всегда будем не более чем коллегами.
Он хотел возразить, но не мог найти нужных слов.
- Я сожалею, - только и смог он проговорить.
- О, едва ли больше, чем сожалею я, доктор Маккой.
Оба умолкли, не зная, что ещё сказать, но в этот момент в лабораторию вошёл Спок. Один быстрый взгляд по сторонам заставил его бровь подняться выше обычного.
- Доктор Дайсон, проверьте калибровку голографического микросканера.
Дайсон быстро отвернулась, пряча от него пылающее лицо, и склонилась над приборами. Если она и провозилась с ними чуть дольше обычного, то Спок не заметил этого, занятый своим оборудованием. Он настраивал компьютеры, словно дирижёр, и беспорядочный шум электронных модулей постепенно превращался в стройный ритмичный хор, а разрозненные вспышки индикаторных ламп - в череду бесконечно повторяющихся узоров.
Удовлетворённый результатом, вулканец мельком взглянул на Маккоя. Доктор переместился в дальний угол комнаты, изо всех сил стараясь стать невидимым. Его присутствие не мешало работе, и Спок перестал обращать на него внимание. Он протянул Дайсон чип с голографическим снимком.
- Препарирование образцов мозговой ткани от второй особи даёт нам новое направление для исследований.
Рассмотрев изображение на своём сканере, Дайсон тихо присвистнула.
- Очень интересно, - согласилась она. - Плотность нейронов в тканях левой доли мозга значительно больше, чем в правой.
Маккой тихонько подошёл к столу и вытянул шею, пытаясь разглядеть предмет их обсуждения, но увидел только слабо фосфоресцирующее облако, клубящееся над проекционной панелью сканера. К его разочарованию, Дайсон и Спок углубились в обсуждение, переходя на головоломный жаргон молекулярной нейробиологии. Чем дольше он слушал, тем меньше понимал, о чём идёт речь.
Рассудив, что двое учёных слишком поглощены работой, чтобы следить за ним, Маккой двинулся вдоль периметра комнаты. На стенах лаборатории были расположены прозрачные панели, а на них прикреплены большие листы плёнки. Он равнодушно разглядывал тусклые изображения, пока один из снимков не заставил его остановиться. Найдя возле панели кнопку, Маккой включил подсветку, и со стены на него воззрилась, как живая, оторванная голова Ворона во всём своём злобном великолепии.
Маккой принялся осматривать кадр со всех ракурсов, и праздный интерес на его лице мало-помалу сменялся изумлением. У него едва хватило терпения дождаться паузы в разговоре.
- Это те существа, что напали на корабль? - спросил он, как только учёные прервались на минуту.
- Да, - ответил Спок.
- Ну тогда неудивительно, что нам так досталось, - эти твари очень кровожадны. Они часто снились мне в кошмарах - и тогда, в Атланте, и пару раз уже здесь...
Спок и Дайсон уставились на него, не веря своим ушам. Смущённый их пристальным вниманием, Маккой запнулся и развёл руками.
- Простите, я не хотел вмешиваться...
- Что вам известно об этих существах? - спросил Спок. Его тщательно контролируемая маска выражала всего лишь умеренное любопытство.
Маккой пожал плечами.
- Ну, вообще-то, ничего - с научной точки зрения. Мне рассказывал о них один из пациентов психиатрического отделения нашей клиники. Мне приходилось целыми часами слушать байки старого космического волка о том, как его поймали жуткие инопланетяне, - Он показал на снимок. - Вот эти.
Спок молчал, весь обратившись в слух, и Маккой продолжал:
- Сэджер был единственным выжившим после крушения грузового фрахтовика. Когда его нашли, он был страшно истощён и почти невменяем. Остальной экипаж бесследно пропал. Его рассказ об их исчезновении больше походил на бред сумасшедшего, чем на правду. Все решили, что ему пришлось прибегнуть к каннибализму, чтобы выжить, и чувство вины свело его с ума, - Маккой криво улыбнулся, осознав иронию ситуации. - Врачи сошлись на том, что он просто выдумал для себя этих инопланетян, чтобы избежать угрызений совести. Я тоже так думал, но его рассказы были такими яркими и правдоподобными, что не давали мне покоя даже после того, как я перестал с ним работать. Бедняга... я теперь гадаю, сколько времени могло пройти, пока психиатры не разобрались, что он в своём уме.
Спок изогнул бровь.
- К сожалению, он может до сих пор находиться в клинике, - Он подошёл к настенному интеркому: - Капитан Кирк, вас ждут в медицинской лаборатории 5А.
Вернувшись к столу, вулканец взял диктофон и жестом пригласил Маккоя подойти ближе.
- Доктор Маккой, расскажите мне всё, что вы помните со слов вашего бывшего пациента. 

ГЛАВА 19

- Существо парализует жертву, оцарапав её ядовитыми когтями. Потом взламывает клювом верхушку черепа, извлекает живой мозг, как ореховое ядрышко из скорлупы, и проглатывает его целиком. Тело жертвы употребляется в пищу...
Спок остановил запись, обеспокоенный нездоровой эмоциональной реакцией, которую вызвало это описание у землян, находящихся в зале совещаний. Инженер Скотт выглядел несколько бледнее обычного; тёмные глаза Ухуры расширились от ужаса. Даже Фрейзер и доктор Дайсон казались подавленными. Только капитан Кирк, сидящий во главе стола, держал себя в руках.
- Маккой, вы сказали, что этот человек был безумен...
- Я сказал, что мы считали его безумным, - поправил Маккой. - Но это потому, что никто никогда не видел инопланетян, которых он описывал. Однако, поскольку они существуют, можно предположить, что он говорил правду.
Кирк неохотно кивнул. Всё, что он услышал до сих пор, ему не понравилось.
- Так о котором из двух видов он говорил?
- Это один и тот же вид, - Спок снова включил кассету.
- Проглотив мозг, существо преображается - это похоже на метаморфоз гусеницы, только без кокона. Кожа меняет цвет с зелёного на синий, головной гребень темнеет. Когда трансформация заканчивается, существо начинает говорить голосом своей жертвы.
- Быть не может, - вырвалось у Скотти. - Тот парень, верно, подхватил космическую лихорадку!
- Нет, теоретически это возможно, - взволнованно прервал его Фрейзер. Любознательность учёного быстро возобладала над ужасом и отвращением. - Описанные физиологические изменения означают полный биохимический переворот во всех системах организма. Тот странный орган в основании черепа у зелёных особей - то есть у личинок - служит для производства аминокислот. С их помощью производится органическая переработка структурных РНК из мозга жертвы. Вороны могут буквально разобрать старый мозг по винтикам и записать все его связи!
- Точно! - поддержала его Дайсон. - Это объясняет необычно высокую концентрацию нейронов в левой доле мозга: они используются как чистый лист для записи информации. Когда копирование завершено, мозговая ткань постепенно восстанавливает нормальную плотность клеток.
- В результате получается два отдельных мозга, - продолжал объяснять Фрейзер. - Обычно такая система нежизнеспособна, но только не в том случае, если Вороны сохраняют контроль над вторичными воспоминаниями. А тот сгусток нейронов в месте разделения мозговых стволов, должно быть, работает как распределительное устройство между обеими долями.
Кирк выслушал эту диковинную теорию без возражений - три года в космосе научили его с уважением относиться к тому, что на первый взгляд казалось неправдоподобным и даже фантастическим. Даже осторожный в суждениях Спок присоединился к общему согласию.
- Это может объяснить многие загадочные события, с которыми мы столкнулись.  Конечно, это всего лишь предположение...
- Выкладывайте, Спок, - нетерпеливо приказал капитан.
Вулканец не спешил. Сначала он уселся поудобнее, опираясь локтями на стол и сцепив пальцы перед лицом.
- Клингоны, которые патрулировали на "Фальчионе" изолированный сектор космоса, вполне могли пасть жертвой Воронов. Если теория об ассимиляции чужого мозга верна, то пришельцы могли получить все необходимые знания, чтобы вывести крейсер в пространство Френни...
- ...где они обменяли слишком приметный боевой корабль на нейтральное торговое судно, - подхватил Кирк. - И стали ждать, пока в их ловушку не попадётся следующий корабль.
- Будто рак-отшельник...
Капитан удивлённо повернулся на стуле.
- Что вы сказали, лейтенант Ухура?
- Рак-отшельник живёт в чужих раковинах, - объяснила Ухура. - Вырастая, он перебирается из одной раковины в другую, каждый раз отыскивая себе дом побольше.
Спок одобрительно приподнял бровь.
- Ваша аналогия интересна, но наводит на тревожные мысли. Не исключено, что поиск более крупного корабля тоже продиктован требованиями роста.
- Но первая атака на "Энтерпрайз" провалилась, - напомнил Скотти. - И все Вороны погибли. Тогда откуда появился транспорт с истребителями?
- И как они узнали, что мы здесь?
Кирк нахмурился, пытаясь ухватить какую-то тревожную мысль, промелькнувшую на краю сознания.
- Чёрт! - Он в сердцах ударил по столу кулаком. - "Весёлая Леди"! Грузовой корабль, который принял сигнал бедствия от френнийцев, - мы общались с ним только через аудиосвязь. Капитан сказал, что не приближался к каравану, но если он солгал... если его корабль пришёл на помощь "Селессану"...
- Тогда на самом деле мы разговаривали с Вороном, скопировавшим личность капитана Нейла, и к настоящему моменту его экипаж, возможно, захватил станцию Вагнер, - бесстрастно закончил Спок. - По всей видимости, это и объясняет появление транспортного корабля и истребителей.
- И мы, между прочим, летим именно туда, - напомнил Скотти.
- Мы должны выбить их оттуда, - решительно сказал Кирк. - Иначе каждое судно, прибывшее на станцию для торговли или ремонта, станет их добычей. Мы оглянуться не успеем, как Вороны расселятся по всему сектору.
Он откинулся на стуле, оглядывая сидящих за столом офицеров. В его голове на ходу складывался план.
- Когда транспортный корабль не выйдет на связь, Вороны на станции поймут, что он уничтожен, и успеют подготовиться к прибытию "Энтерпрайза". Но они не знают о "Фальчионе" и, спасибо клингонской маскировке, они не смогут его увидеть. Это наш шанс. Мы снова сделаем "Энтерпрайз" наживкой, чтобы отвлечь их огневую мощь и их внимание от "Фальчиона". Тем временем десантный отряд высадится на станцию и возьмёт под контроль системы связи и управление доками.
Говоря это, Кирк уже мысленно прикидывал, кто из членов экипажа больше подходит для вылазки.
- Но если десант потерпит неудачу? - спросил Спок.
- Тогда "Фальчион" должен уничтожить станцию, - без колебаний ответил капитан.
Спок наклонил голову в знак согласия и понимания. Если он испытывал сожаление по поводу возможного уничтожения архитектурного шедевра Т'Ралл, то предпочёл держать это при себе.
- Капитан...
- Да, мистер Спок, - согласился Кирк. - Вы были моим первым кандидатом для этой миссии.
Он повернулся к связистке.
- Мне нужны только добровольцы, - предупредил он.
Ухура ответила на его мрачный взгляд широкой улыбкой.
- Я давно предвкушаю увольнение на берег, капитан, - промурлыкала она.
- Хороший повод поразмять ноги, - весело согласился Скотти.
- Не вы, мистер Скотт, - осадил его Кирк. - Двигатели "Энтерпрайза" потребуют вашего присмотра. И мостик тоже.
Спок заметно напрягся.
- Капитан, во время нашей последней стоянки на Звёздной Базе адмирал Больс настаивала на том, чтобы вы прекратили участвовать в высадках десанта.
- Ну и что? Если я останусь жив, ей не в чем будет меня упрекнуть, а если погибну, её упрёки меня уже не заденут.
Он улыбнулся, но лицо Спока не смягчилось.
- Джим, тебе нельзя идти туда. Речь идёт не только о твоей жизни. Если наша теория относительно природы этих созданий верна, мы не можем допустить, чтобы тебя взяли в плен. В противном случае враг получит всю информацию, которой располагает капитан федерального звездолёта.
- А как насчёт моего старшего помощника? - резко спросил Кирк.
- Среди вулканских ментальных дисциплин есть определённые приёмы, эффективно разрушающие память и сознание.
Два взгляда скрестились, будто шпаги. Безмолвный поединок продлился лишь несколько секунд. Кирк первым отвёл глаза, признавая правоту друга.
- Вам понадобится вооружённая поддержка. Выберите людей из службы безопасности. Группа должна быть немногочисленной, чтобы снизить риск обнаружения. Скрытность послужит вам лучше, чем несколько лишних фазеров.
- Капитан, - Маккой заговорил в первый раз с тех пор, как они прослушали кассету с записью его рассказа. - Очень может быть, что люди на станции ещё живы. Служащих наверняка убили, чтобы завладеть их знаниями, но поселенцы, скорее всего, обездвижены и содержатся взаперти для... э... использования в будущем. Им потребуется медицинская помощь и антидот против парализующего яда, синтезированный лейтенантом Фрейзером.
- Хорошая мысль, Боунс, - рассеянно проронил Кирк. Потом, спохватившись, взглянул на доктора. Тревога о людях была такой знакомой, такой типичной для его главного врача, и какое-то мгновение он надеялся... но Маккой поморщился, услышав старое прозвище.
- Спасибо, доктор Маккой. Я вызову добровольцев из медицинского отдела.
- В этом нет необходимости, капитан, - Доктор облизнул губы. - Я предлагаю свою помощь в качестве санитара.
- Лен! - Дайсон привстала с места. - Это несерьёзно! Вы никогда в жизни не были на космических станциях.
Она повернулась к капитану.
- Я больше подхожу для этого. У меня есть опыт работы на станциях и...
Маккой упрямо замотал головой.
- Сейчас я ваш главный эксперт по Воронам, так что вы не можете оставить меня здесь. С другой стороны, на "Энтерпрайзе" не намного безопаснее. Если вылазка не удастся, чужаки всё равно уничтожат ваш корабль.
Спок принял сторону Дайсон.
- У меня есть полная запись всего, что вы знаете о Воронах, доктор Маккой. Ваше личное присутствие в десантной группе не обязательно.
- У вас есть полная запись всего, что я до сих пор вспомнил, - парировал Маккой. - Но я в любую минуту могу вспомнить ещё что-нибудь. Вдруг вы упустите какую-то важную деталь насчёт их поведения? - Он повернулся к Кирку. - А если одна из этих тварей съест мои мозги, она наверняка подхватит и мою амнезию, так что вы можете не опасаться, что я выдам им военные тайны Федерации.
- Вы согласны с этим, доктор Дайсон? - спросил Кирк.
После недолгой паузы та пробормотала, что "точно сказать нельзя, но это возможно".
- С учётом этих обстоятельств, логично взять доктора Маккоя с собой, - согласился Спок. - Тем более, что в настоящее время он является наименее полезным членом экипажа.
Кирк насторожился, ожидая язвительной отповеди, но Маккой молчал; он принял нелестное замечание Спока без единого протеста. И снова чувство потери обожгло Кирка неутихающей болью. Невыносимо было видеть рядом незнакомца с лицом и голосом старого друга.
Но сейчас не было времени на личные переживания.
- Доктор Маккой, вы пойдёте с десантной группой, - Он поднялся из-за стола, давая понять, что совещание окончено. - Мы прибудем на станцию Вагнер через двенадцать часов. Все по местам.

Маккой принял из рук Чепэл тщательно собранную аптечку.
- Откуда вы знали?..
- Скажем, у меня были кое-какие догадки, - ответила медсестра, закрывая дверь кабинета главного хирурга. - Основанные на долгом опыте общения с докторами вообще и с вами в частности.
- Но я сам не знал, что вызовусь добровольцем, - запротестовал Маккой.
Чепэл и Дайсон обменялись понимающими взглядами, и это окончательно расстроило его.
- С каких это пор Звёздный Флот набирает врачей из числа потенциальных самоубийц? - Он открыл аптечку и внимательно изучил содержимое. - Неудивительно, что я так быстро стал начальником. Продвинулся по службе из-за большой убыли кадров, да?
- Не угадали, - поправила Чепэл, выходя из кабинета. - Вы сменили на этом посту доктора Бойса, который благополучно вышел в отставку.
- Вот человек с хорошим чувством времени, - крикнул Маккой ей вслед.
Закончив проверку, он захлопнул крышку аптечки.
- Вы сами решили идти. Это был ваш выбор, - Дайсон присела на край стола, наблюдая, как Маккой прилаживает аптечку к поясу так и эдак, ища удобное положение, чтобы тяжёлая сумка не сползала на бок и не била по ногам.
- Да, - кивнул он, - но вы даже не попытались отговорить меня.
- Разве в этом был какой-то прок?
Его глаза сузились. Было что-то обидное в её безразличном голосе.
- Нет, - сказал он. - Пожалуй, нет, но мне хочется, чтобы кто-нибудь попытался.
Дверь кабинета снова открылась. В комнату вошёл доктор Кортехо и остановился при виде незваных гостей. На его лице ясно читалось раздражение, которое он не счёл нужным скрывать.
- Доктор Дайсон, поскольку вы переведены в научный отдел, вам больше нет необходимости появляться в лазарете.
Она спрыгнула на пол.
- Нет, сэр. Я просто...
Кортехо не стал слушать её оправданий.
- И вы, доктор Маккой, - так как вы больше не являетесь действующим сотрудником, ваше присутствие тоже не требуется.
Его тон был бесцеремонным, почти оскорбительным. Маккой почувствовал, что кровь бросилась ему в лицо, но не знал, что ответить.
- Напротив, доктор Кортехо, - прозвучал из-за спины начальника медслужбы чеканный голос старшего помощника. - Это ваше присутствие не требуется в данный момент.
Аккуратно обогнув застывшего столбом Кортехо, Спок вошёл в комнату и сгрузил на стол внушительную стопку дискет.
- У нас с доктором Маккоем есть много работы, которую мы должны выполнить перед отправкой, и его кабинет вполне подходит для наших целей, - Он наклонился к настольному интеркому. - Лейтенанту Ухуре и команде службы безопасности прибыть в кабинет доктора Маккоя на инструктаж.
Когда вулканец снова поднял голову, и Кортехо, и Дайсон уже исчезли.

Шесть часов спустя Спок вручил Маккою коммуникатор.
- Вы отрезаны от десантной группы. Какую рабочую частоту вы используете, чтобы связаться с ними?
- Я не буду с ними связываться, - устало ответил Маккой.
Команда службы безопасности покинула кабинет два часа назад, и он чувствовал себя двоечником, которого оставили после уроков.
- Радиообмен выдаст врагам наши позиции, - Энергичным движением запястья доктор откинул крышку прибора. - Но я активирую сеть коммуникатора, чтобы наша группа могла меня найти.
- Предположим, что все члены десанта, кроме вас, мертвы. Ваши действия?
- Кроме как помолиться?
Ухура улыбнулась, но Спок, очевидно, ждал другого ответа. Маккой нахмурился, вспоминая.
- Ну,  я попробую добраться до стыковочного узла, где пролегают вентиляционные трубы. По ним я заползу поглубже, чтобы обезопасить себя на несколько минут, и попытаюсь связаться с "Фальчионом", - Он прикоснулся к диску на передней панели коммуникатора и продемонстрировал Споку настройку. - Если повезёт, мистер Сулу поднимет меня на борт прежде, чем Вороны успеют мной пообедать.
Спок одобрительно кивнул.
- А если вы всё же попадёте в плен?
Маккой бросил коммуникатор на стол между ними.
- Я врач, мистер Спок. Следующий шаг будет для меня нетруден.
Брови вулканца приподнялись.
- Крайняя мера.
- У меня хорошее воображение, сэр. После всего, что рассказывал Сэджер, я предпочту быстрый уход.
Ухура покачала головой.
- Вы говорите так сейчас, но когда столкнётесь лицом к лицу с настоящей опасностью, вы увидите, что всё не так просто.
Она покосилась на Спока, ожидая от него очередного комментария по поводу нелогичных человеческих эмоций, но тот неожиданно кивнул.
- На этом закончим. Это лишь малая часть того, что вам следует знать, но у нас нет времени на полное обучение. Земляне имеют ограниченную способность к восприятию новой информации.
- Аминь, - пробормотал Маккой, протирая покрасневшие глаза. Голова его гудела, как пчелиный улей. За последние несколько часов неумолимый вулканец заставил его вызубрить такое количество правил и инструкций, что хватило бы на целый учебник по выживанию на вражеской территории.
Спок вставил дискету в компьютер.
- Вы и лейтенант Ухура свободны до 7:00. Я настоятельно советую вам употребить это время на сон.
Он отвернулся к экрану и мгновенно погрузился в расчёты. Маккой и Ухура тихо вышли из кабинета.
Только в коридоре, отойдя на безопасное расстояние, доктор осмелился заговорить.
- Наверное, Диана шутила, когда рассказывала, как я задирал Спока. Да я лучше сцеплюсь с бенгальским тигром, чем с этим парнем.
Тихий смех Ухуры прокатился бархатным эхом по тёмным переходам корабля.
- Вы были для него достойным противником, - Она снова рассмеялась, видя его смущение. - Считайте это комплиментом.
На пятой палубе они распрощались, но Маккой прошёл мимо своей двери и двинулся дальше, не останавливаясь, пока не добрался до другой каюты на шестой палубе. Он не стал звонить, а просто постучал в дверь - тихонько, чтобы его мог услышать только бодрствующий человек.
Дверь открылась, и он шагнул внутрь.
Диана Дайсон вышла из задней комнаты. Она куталась в длинный халат из плотной тёплой ткани; распущенные волосы свободно струились по плечам. Её лицо было утомлённым, но глаза напряжённо блестели.
- Лен, вы должны сейчас спать.
- Вы тоже.
- Нет, я не могу уснуть, - Дайсон заправила за ухо выбившуюся прядь волос. - Нервничаете насчёт завтрашнего дня?
- Кто, я? - Маккой с нервным смешком вытер ладони о брюки. - Да я напуган до полусмерти. Моё сердце стучит так громко, что я едва слышу собственные мысли.
- Вы не передумали?
Маккой на секунду задумался.
- Нет. Я должен идти. Обрывки того, что я узнал от Сэджера, то и дело всплывают у меня в памяти. Отдельные слова и фразы... пока что они кажутся бессмысленными, но могут пригодиться в любой момент.
Её скрытое беспокойство сменилось холодным профессиональным тоном.
- Лен, вы должны иметь в виду, что это знание могло отчасти спровоцировать вашу фугу. Вы не только хотели убежать от болезненной ситуации - вы пытались восстановить информацию, которая была жизненно важна для спасения корабля.
- Ладно, - Он скрестил руки на груди. - Может, и так, но ведь амнезия никуда не делась.
Дайсон плотнее запахнула халат.
- Миссия ещё не закончена.
- Да, а когда она закончится, этот вопрос будет иметь разве что академическое значение, поскольку мои многострадальные мозги упокоятся внутри какого-то синекожего... - Он прикусил язык, когда Диана отвернулась. - Простите.
Она пожала плечами. Маккой вдруг обнаружил, что не может отвести глаз от плавного изгиба её спины. Приглушённый свет ламп сиял золотым ореолом  вокруг её каштановых волос.
- Мне лучше уйти, - отрывисто сказал он.
- Нет, прошу вас, - Она обернулась к нему. - Не сейчас. Мне сейчас очень нужно... чьё-нибудь общество. Что бы кто-то был рядом.
Она обвела рукой пустую каюту.
- Я ещё не привыкла жить здесь одна.
Маккой натянуто рассмеялся.
- Диана, если я пробуду здесь ещё немного, вы получите куда больше общества, чем имели в виду.
- О, - Бледный румянец затеплился на её щеках. - А я думала, что вы джентльмен.
- Именно поэтому я собираюсь уйти.
Дайсон молчала, и он повторил:
- Я уйду, если вы этого хотите.
Она снова не ответила, и тогда он обнял её. Поцелуй получился долгим. Он стоял, держа её в объятьях, лаская ладонью её запрокинутое лицо, и все призраки прошлых кошмаров, все страхи завтрашнего дня значили меньше, чем ничего.
- Диана...
- Нет, молчите.
Она прижала палец к его губам.
- Ничего не говорите, пока не вернётесь назад,- Она улыбнулась, смягчая невольную резкость слов. - У нас будет много времени для разговоров... потом.
Он наклонился и поцеловал её снова.

ГЛАВА 20

- Вы пропускаете живых людей через это адское устройство?
Маккой остановился, как вкопанный, на пороге транспортаторной комнаты. Платформа, где несколько секунд назад стояла Ухура, была теперь пуста. Девушка исчезла в облаке мерцающих искр вместе с горой грузовых контейнеров. Маккой в ужасе воззрился на главного инженера, который только что произвёл переброску.
- Не смотрите на меня, как на Джека-Потрошителя, - возмутился Скотти. - У нас самая безопасная система по эту сторону от Звёздной Базы 5.
Инженер передвинул тумблеры на панели управления, и ещё трое астронавтов встали на круглые сетки эмиттера. Маккой отшатнулся, когда пронзительный гул транспортных излучателей снова заполнил комнату. Спок вычеркнул три имени из списка на экране своего блокнота, проверил перечень оборудования и только тогда поднял взгляд на замершего в дверях врача.
- Ваша очередь, доктор. Займите место на платформе транспортатора.
Это было сказано тоном непререкаемого приказа. Борясь с отчаянным желанием сбежать отсюда куда-нибудь подальше, Маккой сделал несколько шагов вперёд и остановился.
- Вы уверены, что эта штука безопасна? - жалобно спросил он.
- Да, - нетерпеливо ответил Спок. - За последние двадцать лет транспортные технологии достигли высшей степени совершенства и надёжности. Отказы крайне редки.
- Может, оно и так, - вздохнул Маккой, поднимаясь за вулканцем на низкую платформу, - но только не говорите мне, что я всегда охотно залезал в эту вашу атомомешалку.
Скотти сдавленно фыркнул, услышав эти слова.
- В действительности вы неоднократно пользовались транспортатором, - ответил Спок, пока они размещались на платформе. - Но никто не стал бы утверждать, что эта процедура вызывала у вас большой энтузиазм.
- Рад слышать, что в свои преклонные годы я сохранил толику здравого смысла, - проворчал Маккой за миг до того, как превратиться в поток элементарных частиц.

Лейтенант Палмер прижала наушник ладонью.
- Капитан, мистер Скотт докладывает, что десант в полном составе транспортировался на "Фальчион".
Кирк махнул связистке рукой в знак подтверждения.
- Ну вот и всё, Сулу. С этого момента - полное радиомолчание.
- Да, сэр.
Клингонский крейсер на экране растаял. Лейтенант Кайл, сидевший за научной консолью, проверил показания приборов.
- Все сенсоры показывают, что "Фальчион" исчез. Их маскировка работает.
- Курс прежний, мистер Лесли. Полная импульсная тяга, - приказал Кирк.
- Есть, капитан, - откликнулся рулевой.
Энсин Бенус быстро просмотрела навигационные координаты.
- Мы прибудем к станции Вагнер через один час, тринадцать минут.
Пальцы Кирка беспокойно барабанили по подлокотнику кресла. На мостике всегда дежурили офицеры из одной и той же, тщательно отобранной группы, так что капитану были знакомы лица и голоса всех, кто сейчас находился на посту рядом с ним. Но самых лучших, самых близких и надёжных людей забрал "Фальчион". Кирк поглядел налево, направо, и непривычное ощущение пустоты заставило его нахмуриться. Маккой и Спок часто стояли по обе стороны от его кресла, словно то были их рабочие места. Без них мостик как будто стал чужим.
- Фрейзер, идите-ка сюда.
- Сэр?
Марсианский учёный поднял голову от биометрической консоли.
- У меня есть к вам несколько вопросов касательно Воронов, - пояснил Кирк. И жестом пригласил Фрейзера встать слева от капитанского кресла.

- Очень похоже на плавание в борще, - объяснял Чехов. Удачно найденная метафора пригодилась для описания помех, возникающих на навигационном экране при включении маскирующего устройства.
- Едва ли это можно назвать научной оценкой, - сказал Спок, наклоняясь над плечом энсина, чтобы взглянуть на экран.
- Да что бы ни было, - легкомысленно отозвался Чехов. За время, проведённое вне "Энтерпрайза", вдали от бдительного надзора Спока, он заметно расслабился и перестал поддерживать серьёзный и деловой вид, подобающий офицеру звездолёта. - В общем, оно сильно затрудняет мою работу. Маскирующее устройство явно нуждается в улучшении.
- Энсин, вы действительно полагаете, что способны модернизировать самое передовое технологическое достижение клингонов?
Спок счёл возможным потратить немного времени, чтобы заново привить юноше надлежащую дисциплину.
- Нет, сэр! Вовсе нет!
Сулу и Азиз помалкивали, предоставив Чехову выкручиваться самостоятельно. Будучи старше и опытнее, они вернулись к прежней субординации, как только десант транспортировался на "Фальчион".
- Я просто... так сказать... я...
- Донесения разведчиков и наш собственный опыт вооружённых конфликтов с Империей, - неторопливо продолжал Спок, - показывают, что клингонские экипажи способны эффективно управлять боевыми кораблями даже с включённой маскировкой.
- Да, мистер Спок, - Чехов попытался спасти положение, дав обратный ход. - Сначала было немножко трудно, когда я только пришёл на "Фальчион". Но я уже во всём разобрался и теперь знаю их сенсорные системы, как свои пять...
В последний момент он сообразил, что, мягко говоря, преувеличил свои успехи, но было уже поздно.
- Посмотрим, энсин.
Чехов сник. Сухой ответ вулканца подтвердил его худшие опасения: теперь придётся лезть из кожи вон, чтобы оправдать высокие ожидания старшего помощника. Энсин погрузился в озабоченное молчание, обратив всё внимание к навигационному экрану, где по-прежнему клубилась сплошная бордовая каша.
Спок выдержал паузу, убеждаясь, что их беседа произвела должный воспитательный эффект, затем обратился к Сулу.
- Курс на станцию Вагнер установлен, - доложил рулевой.
- Вперёд, варп-фактор четыре, мистер Сулу.
- Есть, мистер Спок.
Осторожный Сулу предпочитал помалкивать, пока "Фальчион" разгонялся до варп-скорости.
- Только не врежься в корму Скотти, - раздался придушенный голос позади них.
Голова Хуана Круза скрывалась в складках его красной рубашки. В тесной рубке клингонского корабля, полной людей, переодевание становилось нелёгкой задачей; выпутываясь из рубашки, Круз успел несколько раз пихнуть локтями Арчера и Риверу. Те уже сменили яркую корабельную униформу на фиолетовые комбинезоны технической службы станции Вагнер.
Ухура протиснулась к возвышению, где стоял капитанский трон, и перевела дыхание.
- Прежде чем улучшать маскировку, клингонам следовало бы расширить рубку, - Она забралась на край платформы, чтобы передать старшему помощнику аккуратно сложенную стопку одежды. - Фиолетовый цвет определённо не идёт вам, мистер Спок, но это всё, что у меня есть.
Спок молча принял свёрток. За эти годы вулканец научился ценить, пусть не вполне понимая, пользу юмора как средства сброса эмоционального напряжения для его товарищей-землян. Поэтому он позволил экипажу беспрепятственно обмениваться шутками и безобидными подначками.
- Поскольку мы заделались техниками, то вот наши гаечные ключи, - провозгласил Арчер, вскрывая грузовой контейнер. Он извлек оттуда фазерные пистолеты и раздал их всем членам десанта. Один лишний пистолет остался у него в руках.
- Доктор Маккой?
Маккой с отвращением взглянул на протянутое оружие и даже не пошевелился, чтобы взять его.
- Я не стрелок, - буркнул он.
- Стрелок или нет, но без оружия вы очень скоро станете трупом, - возразила Ухура, спрыгивая с возвышения. Взяв у Арчера фазер, она прицепила его к поясу доктора.
- Мэм, если моя жизнь зависит от стрельбы из этой штуки, лучше закопайте меня сразу. Я не смогу попасть даже в стену амбара.
- Зачем вам в неё стрелять? - удивился Спок.
- Сэр?
- Это была вулканская шутка, доктор, - объяснила Ухура.
- Лейтенант, - немедленно возразил Спок, - вулканцам чужда концепция юмора.
Ухура снова заулыбалась, приведя Маккоя в полное замешательство.
- Мистер Спок, мы входим в зону действия сканеров торговой станции, - объявил Сулу.
При этих словах в рубке воцарилась тишина. Время шуток закончилось.

Прозрачный купол станции Вагнер светился во мраке драгоценным камнем, упавшим в чёрный пруд. Четыре кольцевых тоннеля разбегались от центрального многогранника, как золотые круги на тихой воде. У внешнего кольца повисли сверкающие капли - корабли, вставшие на причал. Прекрасное творение Т'Ралл выглядело спокойным и мирным.
- Данные сенсоров? - спросил Кирк, разглядывая станцию на экране.
- Жизненные формы неопределённого типа, капитан, - ответил лейтенант Кайл. - Мы ещё слишком далеко от них, чтобы распознать биологические параметры вида.
Он покрутил регуляторы на своей консоли и тяжело вздохнул.
- Даже если мы подойдём ближе, я едва ли смогу что-нибудь сделать. Компьютерные системы отремонтированы кое-как, и это влияет на все показания.
- Я не могу атаковать станцию на основании одних подозрений, - Кирк раздражённо хлопнул рукой по подлокотнику. - Я должен знать, действительно ли Вороны захватили её.
- Капитан, я установила контакт со связистом станции Вагнер, - объявила лейтенант Палмер. - Частота вызова открыта.
- Добро пожаловать, капитан Кирк, - произнёс тихий пришёптывающий голос Тиммо. - Управляющий Фриэл ждёт вас, оставайтесь на связи.
- Ради всего святого, Кирк, ваш корабль похож на груду металлолома! - загремел из динамиков женский голос. Капитан узнал начальницу станции. - Надеюсь, клингонам досталось больше вашего?
- Клингоны мертвы, - ответил Кирк. Строго говоря, это была чистая правда, хотя клингоны погибли не от его руки; впрочем, Фриэл наверняка уже знала об этом. 
Он описал ей многочисленные повреждения "Энтерпрайза", преувеличивая везде, где только можно. К сожалению, в некоторых местах его отчёт был не так далёк от истины, как хотелось бы.
- В таком случае вам придётся простоять в наших доках несколько недель, - подытожила Фриэл тоном рачительной хозяйки, чей доход напрямую зависит от объёма произведённого ремонта. - Я сейчас же выделю вам пространство для стыковки.
- Ну что, Фрейзер? - шёпотом спросил Кирк.
Лейтенант покачал головой.
- По голосу ничего не могу сказать. Вороны - превосходные имитаторы, они копируют даже манеру речи и характерные выражения своих жертв.
Капитан обернулся через плечо.
- Палмер, запросите видеосвязь с коммуникационным центром.
Если они откажутся под любым предлогом, значит, станция действительно захвачена.
- "Энтерпрайз", приготовьтесь ко входу в док, - прошепелявил Тиммо.
И вместо космической панорамы на экране появилось ярко-синее лицо андорианца.
Капитан едва поверил своим глазам. Это действительно был Тиммо, которого он видел на станции во время прошлого визита.
"Боже правый, я чуть не приказал стрелять по ним..."
- Это ловушка, - твёрдо заявил Фрейзер. - Его заставили говорить силой, либо напичкали наркотиками.
- Откуда вы знаете?
Андорианец выглядел таким же флегматично-спокойным, как в прошлый раз.
- По положению его антенн, - объяснил Фрейзер. Его палец провёл дугу в воздухе, повторяя очертания изящных усиков Тиммо. - Видите, они отогнуты назад и прижаты к голове - эта поза используется только при общении с членами семьи. В разговоре с чужаками андорианцы держат антенны вертикально, чтобы оптимизировать теплообмен.
- Капитан, к нам приближаются роботы-лоцманы, - предупредил Лесли.
- Жёлтая тревога, - приказал Кирк. - Бенус, наводите фазеры на роботов.
- Фазеры наведены.
По команде капитана она открыла огонь. Маленькие беспилотные аппараты, предназначенные для буксировки судов в ремонтные доки, были лёгкой мишенью.
- Все роботы уничтожены.
- Видеоконтакт со станцией Вагнер потерян, - объявила Палмер. Обзорный экран зарябил беспорядочными помехами.
Кайл повысил голос:
- Все корабли в доках увеличивают тягу двигателей.
- Это именно то, чего я хотел, - усмехнулся Кирк. Он махнул рукой рулевому. - Разворот на сто восемьдесят и полная импульсная тяга. Убираемся отсюда ко всем чертям.

Десант материализовался в центре главной площади под высоким хрустальным куполом. Перед транспортировкой Чехов наскоро проверил её сенсорами и убедился, что она пуста. Он оказался прав: здесь не было ни души, и внезапное появление астронавтов прошло незамеченным.
Как только транспортный луч угас, Спок активировал трикодер и просканировал тёмные порталы вокруг них.
- В непосредственной близости Воронов нет.
Он включил другой индикатор.
- Коммуникационный центр находится там, - Его указательный палец вытянулся в одном направлении, потом сместился на несколько градусов правее. - Но мы пойдём туда через соединительный тоннель Дельта.
Ухура махнула троим охранникам, и они вместе пошли к указанному тоннелю - одной из восьми спиц в колесообразной конструкции станции.
- Доктор, - очень мягко сказал Спок. - Под вашими ногами действительно твёрдый пол.
- Да, я знаю, - тихо ответил Маккой. Его глаза были по-прежнему закрыты. - Я чувствую его.
- Тогда я предлагаю вам довериться своим тактильным ощущениям. В противном случае я буду вынужден оставить вас здесь.
- Нет, сэр, в этом нет необходимости, - Маккой открыл глаза и сглотнул, стараясь не смотреть вниз.
Очень осторожно, не отрывая взгляда от затылка Спока, он двинулся по прозрачному полу над зияющей чёрной бездной глубиной в миллиарды световых лет. Добравшись до портала, он облегчённо перевёл дух - здесь поверхность пола была не только осязаемой для ног, но и видимой для глаз.
Вытянувшись в цепочку, десантная группа тихо передвигалась по длинному коридору. Полупрозрачные осветительные панели, встроенные в потолок, были наполовину погашены, тусклый свет ограничивал видимость, но проход выглядел пустынным.
На перекрёстке, где радиальный тоннель пересекался с первым кольцом станции, отряд сбился в кучу. Спок прижался к стене, держа фазер наготове и весь обратившись в слух. Потом заглянул за угол, в другой, более широкий коридор, пересекающий "спицу", по которой они пришли, и повернулся к Ухуре.
- В этом кольце расположены квартиры служащих станции, - пояснил он.
Сектор был совершенно безлюдным.
- Похоже, Вороны слопали весь персонал, - вполголоса буркнул Маккой.
Ривера взялся было за свой трикодер, но вулканец жестом остановил его.
- Нам придётся полагаться на собственные органы чувств. Частое использование трикодеров выдаст противнику наше положение.
Ухура кивнула.
- С другой стороны, похоже, что отвлекающий маневр капитана сработал. Они все, наверное, гоняются за "Энтерпрайзом".
Десантная группа, снова выстроившись гуськом, возобновила движение к следующему перекрёстку. Ухура возглавляла колонну, Маккой шёл замыкающим. Боязнь высоты прошла, но в тесном замкнутом пространстве из холодного и твёрдого металла на смену ей пришёл приступ клаустрофобии. Фазер, который приходилось держать в руке, оказался тяжёлым и неудобным. Кроме того, оружие проявляло пугающую самостоятельность, норовя прицелиться Споку в спину, стоило Маккою отвлечься. Отдалённое эхо шагов бродило по гулким переходам - звук доносился со всех сторон сразу, отвлекая и сбивая с толку. Всё время казалось, что кто-то крадётся за спиной; не выдержав, доктор обернулся...
- Спок!
Вулканец крутанулся на месте, ловя Ворона на прицел, - как раз в тот момент, когда чужак вскинул оружие. Красный луч зацепил Маккоя и беспорядочно заметался по коридору.
Спок выстрелил не сразу. Стоя на линии огня, он потратил ещё долю секунды на то, чтобы переключить регулятор мощности своего фазера, и лишь потом нажал на спуск. Два луча скрестились в воздухе, ярко вспыхнули и погасли. Ворон повалился на пол, Спок остался на ногах. Заметив, что доктор бессильно привалился к стене, он бросился к нему.
- Доктор Маккой, вы ранены?
После секундного молчания Маккой прерывисто вздохнул и выпрямился.
- Нет, мистер Спок, - Он потёр висок. - Просто... голова закружилась, но всё прошло.
Он встретил испытующий вгляд научного офицера и попытался улыбнуться.
- Правда, сэр, я в полном порядке.
- Вы не стреляли.
Маккой безучастно посмотрел на оруже в своей руке.
- Нет, я вроде как остолбенел, - Он снова вздрогнул. - Я же говорил, солдат из меня паршивый.
Спок рассматривал синекожего инопланетянина. Тот лежал вниз лицом, оглушённый выстрелом пониженной мощности. По полу вокруг него разлетелись кусочки цветного пластика - обломки игрушечной винтовки, раздавленной тяжестью массивного тела.
- У вас были причины для нерешительности, - тихо сказал вулканец. - Я объясню позже.
Поддерживая Маккоя за локоть, он повёл его дальше по коридоу, чтобы присоединиться к остальной группе, ожидавшей их на следующем перекрёстке.
К их приходу Ухура, прячась за углом, уже осмотрела тоннель второго кольца.
- Всё чисто, мистер Спок, - сообщила она. - Коммуникационный центр справа от нас, через три двери.
Спок перевёл фазер на полную мощность.
- Вперёд. Всем соблюдать предельную осторожность.
Они вышли в пустой тоннель и двинулись вдоль плавно изгибающейся стены.
Чуткий слух Спока предупредил его об опасности лишь на долю секунды раньше, чем остальных. Но отреагировать он уже не успел.
Двери по обе стороны тоннеля распахнулись. Из тёмных проёмов стремительно выскочили синие фигуры и загородили проход с двух концов, отрезая все пути к отступлению. В мгновение ока отряд с "Энтерпрайза" оказался в кольце вооружённых Воронов.
Один из чужаков, высокий и мускулистый, неторопливо выступил вперёд. На нём болтались лохмотья, в которых можно было опознать остатки клингонской военной формы.
- Мы ждали вас, земные черви, - насмешливо проговорил он.

ГЛАВА 21

Предводитель Воронов сплюнул на пол.
- Итак, Эссерасс и Аэлоран не смогли захватить "Энтерпрайз". Тупые слабаки, как и все федераты. Если бы Королева отпустила меня, я бы сам возглавил атаку и вернулся с победой. Вместо этого ваш недобитый корабль прополз по всему сектору, от сражения к сражению, вплоть до этой дурацкой попытки ворваться в наше гнездо, - Он стукнул себя кулаком в грудь, ощетинив чёрный гребень. - Я клингонский воин, и меня не обманут ваши жалкие уловки.
По его знаку несколько синекожих Воронов подошли ближе. Держа пленников на прицеле, они быстро отобрали у них оружие.
- Осторожнее, - предупредил командир. - Не поцарапайте их... пока.
Его кроваво-красные глаза прошлись по землянам, вглядываясь в их лица.
- Я вижу здесь только подчинённых, - Он задержал взгляд на вулканце, но потом презрительно отвернулся. - Второй по старшинству, но не предводитель. Значит, вашему капитану не хватило храбрости самому провернуть этот трюк. В конечном счёте, это ничего не значит. Моё войско уже преследует "Энтерпрайз". Ваш капитан погибнет в бою, и корабль достанется нам.
- Коммандер Кайрон!
Скрежеща кривыми когтями по металлическому полу, к ним подбежал ещё один Ворон.
- Сообщение от управляющего Фриэл, - произнёс он пришёптывающим голосом молодого андорианца. - Сенсоры не могут обнаружить судно, с которого была произведена транспортировка.
- Дурачьё! - Кайрон наградил гонца увесистым тумаком. - Они не могли появиться из воздуха!
Он повернулся к Споку.
- Где корабль, доставивший вас сюда?
Ответа не было. Впрочем, Кайрон его и не ждал.
- Твоё молчание заслуживает уважения, но оно не продлится долго. Очень скоро ты откроешь мне все свои секреты, все знания, которые понадобятся мне, чтобы завоевать этот сектор. Так Эссерасс знал, чем заманить капитана Нейла навстречу гибели; так Нейл знал, как обмануть Фриэл.
Взмахом руки он приказал конвою двигаться назад к радиальному тоннелю. Подталкивая и подгоняя пленников, Вороны провели их мимо третьего кольца. Там царили сумрак и запустение, витрины торговых лавочек зияли разбитыми стёклами, товары были разграблены.
Коридор четвёртого, внешнего, кольца, напротив, был ярко освещён и полон жизни. Станция продолжала функционировать, но вместо землян или андорианцев по извилистым проходам целеустремленно сновали Вороны, чётко выполняя рабочие обязанности своих жертв.
Пройдя около четверти мили вдоль стыковочного кольца, астронавты увидели первую личиночную особь. Зеленокожий Ворон был нагружен множеством коробок с запечатанными пищевыми брикетами, витаминными комплектами и напитками. Обогнав конвой, он потащил припасы в широкий дверной проём впереди.
- Королева проголодалась, - с усмешкой пояснил Кайрон. - Она произвела на свет много зелёных детёнышей.
Коммандер умолк, поскольку в этот момент они подошли к открытым дверям грузового шлюза.
Утопая в густой тени, на палубе громоздилась иссиня-чёрная, слегка подрагивающая туша таких невероятных размеров, что стоящий рядом с ней шаттл казался игрушечным. Слизнеподобное тело существа было округлым, без всяких признаков головы или конечностей. Безмолвное и неподвижное, оно возлежало посреди шлюза, и зеленокожие Вороны копошились вокруг него, трогая и лаская его раздутые бока, поглаживая лоснящуюся кожу.
При приближении личинки с грузом еды огромное существо пошевелилось. На ближайшем конце бесформенного тела прорезалось мягкое розовое отверстие; раздался слабый чмокающий звук. Зелёный Ворон принялся по одному забрасывать пищевые брикеты в разверстую пасть.
- Наша Королева, - провозгласил Кайрон. - Узрите её царственное величие! Хотел бы я представить ей некоторых членов Высшего Совета Империи.
Круглые глаза Ворона уставились на Спока; резкий клингонский голос зазвучал надменно:
- Королева посылает нас на завоевание новых территорий, но все наши победы спланированы мной. Она присутствует в наших умах и направляет нашу волю, но в действительности она не обладает разумом. Почти как те, кому я служил прежде.
Бывший клингон дико расхохотался. Не переставая смеяться, он повёл конвой вдоль стыковочного тоннеля, дальше и дальше, пока они не достигли грузового склада. Двери склада были разблокированы и широко распахнуты, чтобы обеспечить беспрепятственный доступ внутрь.
Вместо грузовых контейнеров и ящиков в просторном отсеке находились люди. Несколько десятков парализованных тел, как попало сваленных на полу - земляне, андорианцы, теллариты. Кайрон пнул того, кто лежал ближе. 
- Это поселенцы. У них нет никаких полезных технических знаний. В своё время они станут пищей для Королевы. К счастью, детёныши могут прожить много лет до трансформации, дожидаясь подходящей жертвы, - Он смерил астронавтов цепенящим взглядом. - Но теперь у нас много пленных. Детёнышам не придётся ждать долго.
Кайрон шагнул к Арчеру.
- Кто будет первым? Может быть, ты?
Арчер не смог увернуться - когти Ворона скользнули по его шее, оставив четыре кровоточащие полоски. Землянин беззвучно осел на пол.
- Не бойтесь, мы и вас не забудем, - Кайрон повернулся к Ривере и Крузу. - Вы тоже удостоитесь чести присоединиться к защитникам Королевы.
Протянув руки, словно желая заключить охранников в объятия, Ворон впился игольчато-острыми когтями в их плечи. Через миг оба лежали рядом с Арчером, а коммандер перевёл взгляд на Ухуру.
- Подумать только, что Император заключил мир с армией женщин и детей, - Кайрон указал туда, где были сложены тела поселенцев. - Отойди и встань там. Для наших целей ты бесполезна. Твоя плоть послужит нам пищей, когда мы проголодаемся, но нам нет нужды в разуме низшего создания.
Ещё шаг, и Ворон остановился напротив Маккоя. Длинный палец уткнулся в медицинскую сумку на поясе доктора.
- Что это у тебя?
Коготь чужака прошёлся вверх по комбинезону Маккоя до воротника. Чешуйчатая рука схватила врача за подбородок; когти щекотали кожу, но не пронзали её.
- М-м-м... - Доктор застыл, не смея пошевелить головой. – М-медицинские принадлежности.
Ворон зашипел.
- Врач?
Маккой не мог кивнуть, но утвердительно заморгал. Когти отодвинулись.
- Типичное слюнтяйство Федерации. Мы не станем пятнать нашу честь, принимая в свои ряды тех, кто потворствует слабости разума и тела, - Он  махнул рукой в сторону Ухуры. - Встань там, вместе с женщиной.
Наконец, Ворон повернулся к Споку.
- А вот ты, - задумчиво проговорил он, - тебя нельзя назвать слабым.
Когтистая лапа стремительно полоснула вулканца по лицу. Спок чуть пошатнулся, но остался стоять. Тонкая царапина на его щеке сочилась зелёной кровью. Круглые глаза Ворона блеснули недоумением и злобой, когда он понял, что жертва не собирается падать без чувств.
- Судя по всему, я невосприимчив к вашему яду, - спокойно сказал вулканец.
Он умолчал о том, что у него онемела правая сторона лица и что более глубокий порез, вероятно, привёл бы к желаемому результату.
Чужак снова зашипел.
- Очень хорошо. Ты будешь смотреть. А потом, когда придёт твой черёд, испытаешь всё на себе, но без обезболивающего действия вот этого, - Он щёлкнул когтями перед носом Спока. - Ты почувствуешь, как трескается твой череп.
Он обернулся к одному из вооружённых Воронов.
- Джэгер, приведи сюда детёныша, чтобы передать ему знания наших пленников.
- Да, мой господин.
Ворон отдал воинский салют клингонов и вышел из комнаты. Вскоре он вернулся в сопровождении щуплого зелёного существа.
При виде неподвижных тел на полу детёныш нетерпеливо защёлкал клювом. С тихим кудахтаньем он наклонился и схватил одного из охранников. Маккой и Ухура вскрикнули в один голос, видя, как мощный клюв Ворона смыкается, зажимая голову жертвы наподобие чудовищных клещей. Острые когти впились в лоб и в затылок землянина, прокалывая кожу. Давление нарастало.
- Это надо делать быстро, пока тело ещё живёт, потому что нейронные цепочки памяти быстро разрушаются, - с удовольствием пояснил Кайрон, прислушиваясь к глухому хрусту ломающейся кости.
Маккой хотел отвернуться, но не успел. Черепная коробка треснула и раскрылась, обнажив мягкую мозговую ткань. Быстрым движением клюва молодой Ворон выковырнул содержимое из костяной скорлупы и проглотил его целиком. Обмякшее тело выскользнуло из его хватки и упало на палубу.
Хуан Круз был мёртв. Из пустой черепной полости текли тонкие струйки крови и прозрачной спинномозговой жидкости.
Детёныш издал тонкий пронзительный крик, его руки и ноги сначала затрепетали, потом вытянулись и застыли. Мешкообразный вырост на его шее увеличился в размерах, раздуваясь, как воздушный шар. Растянутая кожа налилась блестящей синевой, которая быстро растеклась по всему телу. Мягкий бледный хохолок на голове встопорщился и почернел.
Вздутие на шее детёныша стало понемногу спадать, но прежде чем оно окончательно сгладилось, преображённый Ворон задвигался. Его глаза моргнули и расширились. Клюв открылся и закрылся. Немигающий взгляд устремился на пленников.
Существо заговорило - и голос, исходящий из гортани Ворона, был голосом убитого Круза.
- Коммандер, мы высадились на станцию с борта замаскированного "Фальчиона", пока "Энтерпрайз" выполнял отвлекающий маневр, - Ворон указал на Спока. - Экипаж ждёт его инструкций.
- "Фальчион"? Мой корабль? - взревел бывший клингонский воин. - Они нашли мой крейсер?
- "Энтерпрайз" завлекает наши корабли в ловушку, - продолжал Ворон-Круз. - Капитан Кирк собирался обмануть нас, преувеличивая ущерб, причинённый его судну. У него всё ещё достаточно мощности, чтобы разгромить наши силы.
- Он поплатится за своё коварство! - яростно прошипел предводитель. - Джэгер, возьми этих солдат и ступай в доки. Катху понадобится подкрепление в бою с "Энтерпрайзом". Пошёл!
Кайрон снял с пояса один из фазеров, отобранных у десантников, и протянул его преображённому Крузу. Тот без колебаний взял на прицел бывших товарищей, а Кайрон приблизился к Споку.
- Ты будешь следующим. Твой приказ отзовёт "Фальчион" назад, а твои знания помогут нам справиться со звездолётом Федерации.
- Моими знаниями вам никогда не воспользоваться, - спокойно ответил вулканец. - Я могу погрузить своё сознание в такой глубокий транс, что восстановление будет невозможно.
Не тратя больше времени на слова, он сосредоточился, готовясь к последнему шагу. Кайрон недоверчиво наблюдал за ним. Дыхание Спока становилось медленнее, кожа бледнела по мере того, как тренированная воля вулканца перехватывала контроль над жизненными функциями организма.
- Довольно! Вы, вулканцы, бесчестный, но правдивый народ. Что ж, в этом случае я просто убью тебя. Невелика потеря - твой мозг наверняка отвратителен на вкус.
Ствол его дизраптора нацелился в грудь Спока. Изогнутый коготь лёг на спусковой крючок.
Вопль Ухуры прозвучал в точно рассчитанный момент. Оружие чужака непроизвольно дёрнулось в её направлении, но в ту же секунду Маккой всей тяжестью повис на спине Кайрона, и смертоносный луч ушёл в сторону. Исступлённый рёв коммандера заглушил шипение инъектора. Один взмах мощной руки Ворона послал доктора  в полёт через всю комнату. Маккой ударился о стену и упал, но и Кайрон согнулся и рухнул на палубу.
В это же время Спок набросился на Круза. В первую секунду ему удалось выбить у чужака фазер, но все последующие удары, каждый из которых мог бы переломать кости человеку, пропали впустую. Тело Ворона оказалось твёрдым, как скала, и таким же непробиваемым. Всё же Споку удалось отвлечь внимание противника от Ухуры, и девушка, не мешкая, подобрала с пола оброненное оружие. Выстрел из фазера, поставленного на режим тяжёлого оглушения, пришёлся как нельзя более кстати, не дав "Крузу" свернуть шею старшему помощнику. После второго выстрела Ворон без сознания распластался на полу.
Спок удостоил лишь беглого взгляда зелёные кровоподтёки на своих руках, потом аккуратно убрал их из сознания вместе с болью.
- Благодарю вас, лейтенант Ухура.
- Всегда к вашим услугам, мистер Спок, - слабо улыбнулась связистка.
Оставив её сторожить поверженных Воронов, вулканец быстро пробрался в другой конец комнаты, где лежал доктор.
- Маккой, - позвал он. - Как вы?
Врач пошевелился, заморгал и с трудом попытался сесть.
- Бывало и лучше, - простонал он.
- Мои поздравления, - уважительно сказал Спок, помогая ему подняться на ноги. - Вам удалось парализовать Ворона.
- Думаю, я сделал нечто получше, - похвастался Маккой. Он похлопал себя рукой по тыльной стороне шеи. - Однажды ночью Сэджер схватил меня и приставил мне к затылку пластиковый нож для масла. "Режешь вот здесь, и он свободен", - сказал он, потом расхохотался и отпустил меня. Очевидно, он использовал нож, чтобы отсечь второй мозг от позвоночного столба.
Спок быстро понял, к чему клонит доктор.
- Как долго продлится бездействие второй нервной системы?
- Будь я проклят, если знаю, - ответил доктор. - Этот нервный парализатор предназначен для людей.
Спок поднял бровь.
- Нам придётся положиться на действие вашей инъекции. Вряд ли коммандер позволит нам резать его ножом, - Он указал на Кайрона, который неуклюже заворочался, поднимаясь на колени.
Ухура припала к земле, словно кошка перед прыжком, наводя фазер на встающего Ворона. Только повелительный жест Спока заставил её опустить оружие.
Ворон встряхнулся. Медленно поднял когтистые руки, ощупывая лицо и клюв... и разразился потоком страшных клингонских ругательств.
- Предатели! Гадюки, посмевшие захватить мой корабль! Мой экипаж! Я их покрошу на такие мелкие кусочки, что даже блохам нечем будет поживиться!
Спок приблизился к нему.
- Коммандер Кайрон, мы окажем вам любую посильную поддержку.
- Мне не нужна помощь робких землян! Я сам отплачу за это оскорбление! - проревел Кайрон. Пошатываясь, он поднялся на ноги. Личность клингона, свободная от контроля второй нервной системы, окончательно подчинила себе чужое тело.
- Я вулканец, - с лёгким раздражением поправил Спок. - И могу вас заверить, что моя помощь не будет лишней.
- Мистер Спок, - окликнула его Ухура. Её фазер был устремлён на другого Ворона, поглотившего мозг Круза. Распростёртое тело слабо подёргивалось. - Этот тоже приходит в сознание.
- Оглушите его снова...
- Убейте его! - приказал Кайрон. - Как только он проснётся, Королева всё узнает!
Ухура медлила, и коммандер сам схватился за дизраптор.
- Нет, стойте! - крикнул Маккой. - Мы ещё можем спасти его разум.
Вытащив из аптечки второй шприц, он опустился на колени рядом с Вороном. Металлический наконечник инъектора прикоснулся к правой ветви раздвоенного позвоночного столба и с шипением впрыснул препарат.
Ворон глухо застонал. Кроваво-красные глаза бессмысленно моргнули; одна рука потянулась к голове, нащупала жёсткий гребень, выпуклый безволосый лоб, торчащий клюв... Круз скорчился на полу и закричал.
Кайрон подскочил к нему. Тяжёлый кулак с размаху опустился на темя Круза, и крик оборвался.
- Человечье отребье, - брезгливо проронил коммандер. - Лишь мы, клингоны, наделены духом истинных воинов.
Только жёсткая рука Спока, схватившая Маккоя за плечо, не дала врачу броситься на Кайрона.
- Доктор Маккой, позаботьтесь об остальных членах десанта и поселенцах. Лейтенант Ухура поможет вам привести их в чувство.
Маккой сердито насупился, но перезарядил инъектор и достал из аптечки ампулы с противоядием. Пока они с Ухурой возвращали в сознание Арчера и Риверу, Спок обсуждал с Кайроном дальнейший план действий.
- У нас мало времени, - предупредил бывший клингон. - Скоро Королева почувствует, что я вышел из подчинения, и направит против нас свои войска.
Спок вынул коммуникатор.
- К счастью, у нас есть подкрепление в виде "Фальчиона"...
- У нас? - взвыл Кайрон. Он обеими лапами ухватил Спока за комбинезон и яростно встряхнул. - Это мой корабль!
Так же внезапно он выпустил вулканца.
- Даже Королева не смогла заставить меня уничтожить его. Теперь он станет тайным оружием, которое повергнет её во прах, - Кайрон дико расхохотался, запрокидывая остроклювую голову.
Спок невозмутимо отряхнул помятую одежду.
- Нам надо выработать план...
- Тихо! - рявкнул Кайрон. - Я знаю, что надо делать.
Он выхватил у Спока коммуникатор.
- Я пойду в покои Королевы и передам "Фальчиону" мои координаты. Твой экипаж транспортирует по этим координатам фотонную мину. Взрыв уничтожит Королеву, которая управляет этими чудовищами. Тогда даже ты и твои неженки-земляне без труда справитесь с её слугами.
- У вас будет очень мало времени, чтобы покинуть зону взрыва, - заметил Спок.
- У меня вообще не будет времени, - презрительно ответил Кайрон. - Но не всё ли равно, если я покончу с этой ходячей навозной кучей? Куда лучше пасть в славном бою, чем жить в таком мерзком обличье, - Он ударил себя в синекожую грудь.
Спок серьёзно кивнул.
- Хорошо. Я отдам необходимые распоряжения. Однако взрыв разрушит внешнее кольцо станции. Поскольку мы не можем сейчас подняться на "Фальчион", чтобы не выдать его положение, нам необходимо переместиться в другой сектор.
Маккой склонился над очередным пациентом.
- Мне нужно ещё время! Эти люди не могут идти.
Он показал на восьмерых поселенцев, едва пришедших в себя, с бледными лицами и заторможенными движениями. Ухура и Ривера усаживали их у стены, Арчер делал уколы стимуляторов, но те всё равно выглядели слабыми и сбитыми с толку.
- Зачем тратить время на спасение этих жалких отбросов? - сплюнул Кайрон. - Каждый миг промедления увеличивает риск провала. Вызывай свой экипаж, вулканец. Я уже иду.
Отстранив Спока с дороги, Кайрон вышел из комнаты.
- Мы должны покинуть этот сектор до взрыва, - объяснил Спок членам десанта. - Как только давление во внешнем кольце упадёт, система защиты поднимет аварийные переборки, и повреждённый отсек будет отрезан от остальных помещений станции.
Ухура и охранники стали поднимать на ноги своих подопечных. Спок тем временем сорвал с пояса Маккоя коммуникатор, откинул крышку и установил нужную частоту. Разговор с "Фальчионом" был немногословным и кратким. Сулу не успел задать ни одного вопроса, но зато и у Воронов не было возможности засечь источник радиопередачи.
Окончив связь, Спок огляделся. Десантники неплохо справлялись с эвакуацией: всех поселенцев уже увели со склада. В комнате остались только Маккой и полдюжины неподвижных тел.
- Нам пора уходить, доктор, или мы все погибнем.
Доктор торопливо водил сканером над закутанным в халат телларитским торговцем.
- Остальные пятеро мертвы, но у этого есть слабый пульс.
Он быстро ввёл лекарство.
Спок поднял телларита и без особого усилия взвалил грузное тело на плечо. Придерживая ношу одной рукой, он вытолкнул Маккоя из комнаты.
- Бегом, - приказал он врачу и сам побежал рядом, задавая темп.
Они нагнали остальных по дороге к ближайшему радиальному коридору, по которому они могли выбраться из стыковочного кольца. Поселенцы уже оправились от действия яда и шагали куда бодрее. Они с трудом понимали, что происходит, но осознание опасности придало им сил. Тем временем и телларит, которого тащил Спок, пришёл в себя и дальше плёлся на собственных ногах, бормоча неразборчивые проклятия в адрес тех, кто не дал ему выспаться.
Арчер первым добрался до коридора, ведущего к третьему кольцу.  Он проверил панель управления аварийными переборками, в то время как Ухура и Ривера выводили поселенцев из опасной зоны. Маккой и Спок, замыкавшие процессию, были ещё в нескольких ярдах от выхода, когда коммуникатор на поясе старшего помощника предупреждающе пискнул.
- Кайрон вошёл в шлюзовую камеру, - объявил Спок,  - Сорок пять секунд до взрыва.
Он подтолкнул телларита, чтобы тот ковылял быстрее.
- Куда вы так торопитесь, мистер Спок? - раздался позади глумливый голос.
Спок обернулся, как ужаленный, и замер. Посреди тоннеля стоял синекожий Ворон с фазером в руке.
- Добрый вечер, управляющий Фриэл, - спокойно сказал вулканец.
- Королева очень расстроена тем, что вы так быстро покинули её, - Существо, недавно бывшее женщиной, смерило взглядом Маккоя и телларита, застывших позади вулканца. - Вы все немедленно вернётесь назад.
- Я нужен Королеве живым и невредимым, поскольку владею ценной информацией. Отпустите остальных, и я пойду с вами добровольно, - предложил Спок.
Фриэл рассмеялась.
- Вы не в том положении, чтобы торговаться.
- Так вы обращаетесь с выгодными клиентами? - Спок кивнул в сторону телларитского торговца. - Не самый лучший метод предпринимательства.
Ворон колебался, и Спок продолжал, помня, что у них остаются считанные секунды:
- Ваша Королева не разбирается в принципах эффективного руководства, но вы-то понимаете, о чём я говорю, - Не оглядываясь, он махнул рукой Маккою и теллариту, приказывая им двигаться к выходу. - Внутренние проблемы станции не должны мешать деловым отношениям.
Фриэл не ответила, но и не попыталась остановить доктора и торговца, отступающих к спасительному коридору. Спок остался один в тоннеле стыковочного кольца.
Бывшая хозяйка станции поманила его, сопровождая жест выразительным взмахом фазера.
- Хватит тянуть, мистер Спок.
Ослепительный белый свет вспыхнул за её спиной, очертив горящим ореолом гротескный контур её фигуры.
- Вы пойдёте со...
Рёв раскалённого воздуха заглушил её последние слова. Взрывная волна оторвала Ворона от пола и подняла в воздух; град острых металлических осколков в долю секунды прошил тело пришельца. Спок, подброшенный той же непреодолимой силой, в последний момент попытался извернуться, подставить огненному смерчу спину или плечо... но времени уже не осталось.
Горячий вихрь огня и металла ударил его в грудь, как заряд шрапнели, оборвал дыхание и отшвырнул к стене. Он погрузился в темноту, не успев ощутить боли.

ГЛАВА 22

- Сдавайтесь или умрите!
- Не отвечайте, лейтенант Палмер, - Кирк подался вперёд, изучая скопление кораблей на обзорном экране. Двигаясь на половине импульсной тяги, "Энтерпрайз" лишь чуть-чуть опережал пёструю армаду торговых судов, пассажирских лайнеров и скаутов-разведчиков.
- Веганский торговый корабль, вероятно, самый мощный из них, - сказал лейтенант Кайл, указывая на судно, с которого пришло требование о сдаче. - Он перестроен из штурмового крейсера, но базовое вооружение, похоже, осталось на месте. Вместе с двумя андорианскими разведчиками он может нанести нам серьёзные повреждения.
- Мы больше не выдержим никаких повреждений, - предупредил Скотти, сидевший за инженерной консолью, - Корабль и так весь в заплатах.
- Максимальная скорость веганского штурмовика? - спросил Кирк.
- Три четверти импульсной, - ответил Кайл, сверившись с компьютером. - У разведчиков немного меньше.
- А как насчёт остального... флота?
Как ни комично выглядело бегство боевого звездолёта от грузовых и пассажирских судов, Кирк понимал, что недооценивать войско торговой станции очень опасно. Потрёпанный в предыдущих боях, едва залатавший раны, "Энтерпрайз" не выстоял бы против этой разношёрстной своры, навались они все разом.
Кайл ненадолго задумывался, оценивая быстроходность прочих кораблей.
- Большинство из них выжимает чуть больше половины импульсной.
- Тогда мы легко оторвёмся от этой шайки, - фыркнул Скотти с нескрываемым презрением.
- Если мы оторвёмся от них, - задумчиво сказал Кирк, - они просто вернутся на станцию. Нет, мы должны драться. Надо только заставить их растянуть строй, чтобы бить их поодиночке.
- Капитан Кирк! - загремели динамики внешней связи. - Говорит лорд Катх. Сдайтесь мне на милость и избавьте себя и свой экипаж от мучительной смерти!
- Не отвечать, капитан? - осведомилась Палмер.
- Не отвечайте, - Кирк развернулся вместе с креслом к научной консоли. - Кайл, проверьте все данные разведки об этом лорде Катхе. Что мы о нём знаем?
Кайл застучал по клавишам. Кирк нетерпеливо ожидал ответа. Он невольно вспомнил Спока и его умение работать напрямую с операционной системой. То, на что Кайлу требовалось несколько минут, вулканец сделал бы за считанные мгновения.
- Лорда Катха не существует, - сказал наконец Кайл. - Ни на "Фальчионе", ни где-либо ещё в клингонской армии. Однако в наших базах есть упоминание об офицере связи по имени Катх.
Новость была встречена дружным хохотом.
- Так нас преследует выскочка с манией величия, - Кирк широко улыбнулся. Простая психологическая уловка должна была сработать. - Лейтенант Палмер, включите внешнюю связь.
- Частота вызова открыта, сэр.
- Слушайте, "лорд" Катх, - Кирк насмешливо подчеркнул титул. - Говорит Джеймс Т. Кирк, капитан звездолёта "Энтерпрайз". Я не собираюсь сдавать свой корабль какому-то мальчику на побегушках. Я буду говорить только с настоящим клингонским воином...
Этого хватило с избытком. Из динамиков раздался нечленораздельный вой, и веганский штурмовик на экране разом прибавил ходу, отрываясь от прочих кораблей.
- Всё даже проще, чем я ожидал, - пробормотал Кирк. - Мистер Лесли, увеличьте скорость до трёх четвертей импульсной. Не отрывайтесь далеко от веганского корабля, но заставьте его попотеть, чтобы удержаться у нас на хвосте.
Через несколько минут плотный строй атакующих судов рассыпался. Вместо него образовалась длинная цепочка кораблей, где каждый шёл на предельной для себя скорости. Быстроходные вырвались вперёд, самые медленные плелись в хвосте, а веганский флагман возглавлял гонку.
Кирк следил за ними, пока дистанция между кораблями не стала достаточно большой.
- Раз уж этому Катху так не терпится, дадим ему то, чего он хочет. Полный стоп, мистер Лесли, - приказал он рулевому.
Гул двигателей умолк. "Энтерпрайз" безжизненно завис в пространстве.
- Не сейчас, Бенус, - добавил Кирк, предостерегая энсина от преждевременного выстрела. - Подпустим флагман ближе... ещё ближе...
Палмер прикоснулась к наушнику:
- Ещё одна передача от "лорда" Катха, - сообщила она, включая динамики.
Гортанный голос клингона едва не дрожал от бешенства.
- Ты дурак, капитан Кирк! Мы знаем, что ваши щиты вышли из строя и не хватает мощности на зарядку оружия. А теперь у тебя и двигатели отказали!
- Цельтесь тщательнее, - приказал Кирк. - Мы не можем тратить энергозапас впустую.
- Цель захвачена, капитан. Одного выстрела хватит.
- Огонь!
Освещение на мостике замигало и наполовину погасло, когда вся энергия корабля перетекла к орудийным системам. 
- Я убью тебя! - бушевал Катх. - Я ещё увижу, как твой мозг...
Он не довёл угрозу до конца. Один-единственный фазерный луч с ювелирной точностью полоснул по двигателям штурмовика, и веганский корабль взорвался изнутри. Ещё несколько секунд огненный цветок медленно догорал в холодной пустоте космоса.
Стены рубки дрогнули от нестройных воплей триумфа, и даже Кирк не мог сдержать хищной ликующей усмешки. Он предпочёл бы честную схватку вместо этих трюков и хитростей, но в конечном итоге он всё-таки предпочитал побеждать.
- Отличная работа, Бенус, - Он позволил экипажу повеселиться ещё минуту, затем снова призвал их к порядку. - Война ещё не окончена. Рулевой, разворот на сто восемьдесят. Полная импульсная тяга.
"Энтерпрайз" описал изящную дугу и, разогнавшись, понёсся навстречу нападающим. 
Ни один корабль Воронов не мог в одиночку противостоять звездолёту. Лишившись общей поддержки, безнадёжно уступая "Энтерпрайзу" и в скорости, и в маневренности, они гибли один за другим, срезанные короткими, экономными фазерными залпами.
- Восемь-ноль в пользу "Энтерпрайза"! - проорал Лесли, когда Бенус подбила очередной пассажирский лайнер. - Осталось ещё четверо...
- Капитан! - взволнованно прервал его Кайл. - Сенсоры показывают, что от станции к нам направляется ещё одна атакующая группа. Идут плотным клином, четыре корабля-разведчика второго класса во главе с телларитским сторожевиком.
- Чёрт!
Кирк знал, что такое сторожевой корабль. Для охраны караванов с грузом полезных ископаемых, особенно нелегально добытых, теллариты использовали тяжёлые, хорошо защищённые суда.
- Вороны знают, что я солгал. Каким-то образом они догадались, что "Энтерпрайз" ещё способен оказать сопротивление.
Это могло означать только одно: десантный отряд захвачен в плен. Вылазка провалилась, и Спок... но сейчас он не мог думать об этом.
- Открыть канал связи.
Палмер покачала головой.
- Они не отвечают на наш вызов.
Нет, этого командира не удастся обмануть и заставить рассеять силы...
- Скотти?
- У нас хватит энергии либо на щиты, либо на фазеры, но только на что-то одно. А если и второй дилитиевый кристалл треснет, то не будет ни того, ни другого.
Сражаться и погибнуть - или поджать хвост и бежать. До сих пор Кирк никогда не бегал с поля боя.
- Кайл, за какое наименьшее время мы сможем достичь ближайшего форпоста Федерации?
- На импульсной тяге - около четырёх месяцев.
Вторая ударная группа приближалась и уже была видна на экране. Кирк молча разглядывал атакующих. Используя станцию в качестве опорной базы, за четыре месяца Вороны успеют натворить немало бед. В их распоряжении будет весь сектор - и все торговые маршруты, ведущие к десяткам населённых планет...
- Глушите двигатели, мистер Лесли. Пусть сами подойдут к нам. Всю мощность - на фазеры, мистер Скотт.
"Энтерпрайз" первым открыл огонь, едва Вороны вошли в зону поражения. Сторожевик, неуязвимый со своей усиленной защитой, продолжал движение, но кораблям сопровождения пришлось хуже.
- Три разведчика уничтожены, один подбит, - подсчитал Кайл. - Но сторожевик подходит на расстояние ответного выстрела...
- Заряд фазерных батарей исчерпан, - Бенус впустую нажимала клавиши на панели управления вооружением. - Перезарядка через две минуты...
Огненная стрела перечеркнула экран, и "Энтерпрайз" содрогнулся всем корпусом.
- Щиты отключаются, капитан! - крикнул Скотти. - Ещё одно попадание, и нам крышка.
Кирк замер в ожидании второго и последнего удара. Он был уверен, что их не станут брать в плен.
Удара не было. Телларитский корабль неожиданно замедлил ход. Ничего не понимая, Кирк следил за ним. Сторожевик остановился и повис неподвижно, словно потеряв управление. 
- Внешняя связь, Палмер.
- Вороны по-прежнему не отвечают, - доложила связистка.
- Фазеры перезаряжены, капитан, - Руки Бенус застыли над орудийной панелью. - Цель всё ещё в пределах досягаемости.
- Не стрелять, энсин, - Кирк повернулся к компьютерной консоли. - Что скажете, мистер Кайл?
- Сенсоры дальнего действия показывают... что на станции произошёл взрыв! Судя по выбросу энергии, конструкции причинён значительный ущерб.
У Кирка вырвался радостный возглас:
- Он сделал это! Спок сумел наподдать им как следует!
Как раз в этот момент телларитский корабль развернулся и двинулся назад. Лесли следил за его перемещениями.
- Курс сторожевого корабля ведёт на территорию телларитов, а не на станцию Вагнер.
- Пусть себе летят, - отмахнулся Кирк. - На импульсной скорости они будут ещё несколько месяцев болтаться в космосе. Мы успеем перехватить их позже, а сейчас нужно обеспечить подкрепление нашему десанту. Рулевой, держите курс назад на станцию. Скотти, какой максимальной скоростью мы располагаем?
Скотти схватился за голову.
- Какая скорость, капитан, о чём вы говорите? Да я едва удерживаю корабль, чтобы он не развалился на части! Все заплатки, которые я понаставил в прошлый раз, наверняка превратились в труху. По правде говоря, мы сможем двинуться с места не раньше, чем через пять часов.
- Пять часов? - недоверчиво повторил Кирк.
- Капитан, - вмешалась Палмер, - я принимаю подпространственную передачу с федерального звездолёта. U.S.S. "Лексингтон" только что вошёл в наш сектор.
- Что и говорить, вовремя! - фыркнул Скотти.
Кирк обернулся к раздосадованному инженеру.
- Напротив, мистер Скотт. Я уверен, что "Лексингтон" с удовольствием возьмёт нас на буксир до станции Вагнер.
- Ещё чего! - вознегодовал Скотти. - Да мы будем на ходу прежде, чем они до нас доберутся!
- Я в этом не сомневаюсь, - ответил Кирк с непроницаемым видом.
Обзорный экран замерцал, и на нём возникла плотная фигура коммодора Роберта Уэсли.
- "Энтерпрайз", Звёздная База 10 приняла ваш беспилотный зонд с сообщением. Мы готовы оказать любую помощь.
Кирк откинулся на спинку кресла, придав лицу самое беспечное выражение.
- Извини, Боб. Веселье уже закончилось.
- Кажется, я пропустил нечто очень интересное, - вздохнул капитан "Лексингтона", разглядывая покалеченный "Энтерпрайз" у себя на экране. - Джим, ну как ты умудряешься вечно влипать в неприятности?
- Сам влип, сам и выбрался, - парировал Кирк. - Оставайся на связи, я передам тебе копию бортового журнала, чтобы ввести вас в курс дела.  Нам ещё пригодится ваша помощь там, куда мы сейчас направляемся.
Два командира назначили рандеву на станции Вагнер. Имея исправный варп-привод, "Лексингтон" должен был пройти через половину сектора как раз за то время, что требовалось хромому "Энтерпрайзу" на обратный путь. Как только сеанс связи между звездолётами закончился, лейтенант Кайл снова наклонился к монитору сенсорного наблюдения:
- Капитан, я засёк ещё один корабль. Приближается к нам со стороны станции.
- Это "Фальчион", - объявила Палмер, перебирая клавиши настройки на своей консоли. - Связь прерывается... слишком много помех из-за остаточной ионизации в районе взрыва.
Она напряжённо прислушалась.
- Только одно слово, капитан, - "потери"...

Глава 23

Медицинский журнал: Десантный отряд докладывает о смерти главы службы безопасности Хуана Круза и тяжёлом ранении коммандера Спока. Состояние раненого критическое, прогноз в настоящий момент невозможен. За этим исключением, экипаж "Энтерпрайза" понёс минимальные потери в ходе последних боевых действий...

Появление доктора Кортехо прошло незамеченным среди беготни и шума громких голосов. Он вышел из кабинета главного хирурга как раз в тот момент, когда Маккой и два санитара влетели в палату, толкая перед собой гравиносилки. Их тут же окружили врачи из дежурной бригады. Доктор выхватил у Маккоя полевой медицинский сканер и зачитал вслух его показания, в то время как Чепэл быстро отдавала приказы медсёстрам. Вопросы, ответы и распоряжения сыпались со всех сторон;  для непосвящённого это выглядело бы сущим хаосом, но Кортехо без труда разобрался в происходящем. Спокойно и неторопливо он начал готовиться к операции.
Кто-то тронул Маккоя за плечо. Он обернулся: позади него стояла Диана Дайсон. Её быстрый взгляд задержался на тёмных кляксах, забрызгавших его комбинезон.
- Это ведь не ваша кровь? - тихо спросила она, пока санитары перекладывали Спока с носилок на биокровать.
Маккой покачал головой.
- Нет, только его.
Лицо и руки вулканца покрывали чёрные разводы копоти и ярко-зелёные потёки. Его комбинезон был изорван на груди и пропитан кровью, окрасившей фиолетовую ткань в те же тёмные цвета, что и одежду Маккоя.
- Рада слышать, - сухо сказала Дайсон. - А теперь пропустите-ка меня.
Маккой отошёл от кровати, уступая ей место, потом снова отодвинулся, чтобы дать пройти двум санитарам; потом его отпихнула в сторону медсестра с тележкой медицинского оборудования.
Когда капитан Кирк влетел в лазарет, доктор стоял в самом дальнем углу палаты с полотенцем, тщательно стирая зелёную кровь с рук и одежды. Кирк, не задумываясь, направился к нему.
- Сулу посвятил меня в тактические подробности вашей миссии. Что со Споком?
- Он находился в стыковочном кольце, когда взорвалась мина, - объяснил Маккой, безуспешно пытаясь привести в порядок свой перепачканный комбинезон. - Чистое везение, что он ещё жив. Тело Ворона заслонило его от прямого удара, а взрывная волна выбросила его в наш коридор прежде, чем поднялись аварийные переборки. Он получил тяжёлые травмы - ожоги, осколочные ранения, несколько переломов, повреждения внутренних органов...
По мере перечисления лицо Кирка становилось всё мрачнее и мрачнее.
- Но он выживет, - твёрдо сказал капитан.
Маккой воспринял это как вопрос.
- Извините, капитан, - Он отвёл глаза. - Я, правда, не знаю. Я незнаком с физиологией вулканцев.
Он, наконец, закончил вытирать руки и отложил окровавленное полотенце.
- Поселенцам на торговой станции всё ещё нужна медицинская помощь. Я хотел бы вернуться туда вместе с десантным отрядом...
- Чёрта с два!
Проходящая рядом медсестра изумлённо взглянула на него; лицо Маккоя застыло. Кирк быстро понизил голос, но и в шёпоте его звучал едва сдерживаемый гнев.
- Доктор Маккой, ваше место здесь, в лазарете.
- Я отправлюсь на станцию, капитан, - Доктор Дайсон выбралась из тесного круга врачей и медсестёр, обступивших биокровать, где лежал старший помощник. - Здесь моя работа сделана.
От неё не укрылся взгляд, брошенный капитаном на диагностическую панель, где мерцали датчики пульса, кровяного давления, дыхания.
- Доктор Кортехо приступит к операции, как только жизненные показатели стабилизируются.
Усилием воли Кирк взял себя в руки.
- Каково его состояние? - бесстрастно спросил он.
В отличие от Маккоя, Дайсон смогла прямо взглянуть в лицо капитану.
- Не очень. Тяжёлые внутренние повреждения и значительная потеря крови. Ещё больше крови он потеряет во время операции. Поскольку на борту нет подходящего донора-вулканца, мы ограничены теми запасами крови, которые он сам сдавал в наше медицинское хранилище. Самое главное - восстановить рассечённые ткани и заблокировать кровотечение, прежде чем эти запасы будут исчерпаны. Однако доктор Кортехо...
Кирк поморщился, услышав имя старшего хирурга, и мельком взглянул на Маккоя.
- Спасибо, доктор Дайсон. Если вы собираетесь на станцию, то вам лучше поторопиться. Первая группа охранников уже транспортировалась на "Фальчион".
Он резко повернулся и отошёл. Обходя группу врачей, столпившихся вокруг кровати Спока, он замедлил шаги, но не остановился. Заметив, что сестра Чепэл выбегает из палаты, он последовал за ней.
Когда Кирк переступил порог гематологической лаборатории, Чепэл стояла перед открытой камерой, где хранили кровь для переливаний. На всех полках лежали прозрачные мешочки с ярко-красной жидкостью, и только в одном отделении находились несколько пакетов с изумрудно-зелёным содержимым.
- Он сможет это сделать? - спросил Кирк.
Чепэл удивлённо подняла голову.
- Сэр?
- Кортехо. Он сможет сделать эту операцию?
- Он замечательный хирург, - Медсестра уткнулась взглядом в свою планшетку. - Он думает...
- Мне плевать на то, что он думает, - отрезал Кирк. - Я спрашиваю ваше мнение.
Чепэл с трудом взглянула ему в глаза.
- Нет, - тихо сказала она, - я не думаю, что он достаточно квалифицирован. Он ещё никогда не оперировал вулканцев.
- Как и Маккой, когда он провёл операцию на сердце послу Сареку.
- Состояние мистера Спока гораздо тяжелее... - Её голос вдруг задрожал. - А доктор Кортехо не изучал анатомию вулканцев так тщательно, как доктор Маккой, и...
Она помотала головой, не в силах продолжать.
- Спасибо, сестра Чепэл.
Она отвернулась и с усиленным вниманием продолжила осмотр.

- Вот этот, - распорядилась Дайсон. Они с Маккоем стояли в маленькой каморке, отведённой под склад. Стеллажи, где хранились медицинские принадлежности и наборы первой помощи, занимали всё пространство от пола до потолка, частично отгородив обоих от шума и суеты, царивших в палате неотложной помощи.
Маккой дотянулся до верхней полки и снял металлический кейс, на который она показала.
- Не понимаю, почему я должен сидеть здесь, - пожаловался он, передавая ей кейс. - В лазарете я только путаюсь под ногами у опытных врачей, которые лучше меня знают, что делать. А там, на станции я мог бы быть полезен хотя бы в качестве санитара.
Дайсон открыла защёлки ящичка и быстро проверила содержимое.
- Вы напрасно тратите слова, Лен. Приказ есть приказ.
- Но я не военнослужащий, - заупрямился врач. - Это тот, другой Маккой записался на Флот. Почему я должен выполнять приказы, если это он принимал присягу?
- Только попробуйте покинуть корабль. Капитан Кирк отправит на гауптвахту "другого" Маккоя, но в кандалах и под трибуналом окажетесь именно вы.
- Я заявлю о своей недееспособности. Вы можете выступить в качестве главного эксперта и подтвердить, что я недостаточно умён, чтобы быть судовым врачом, - Маккой нахмурился, поняв, что Дайсон уже не слушает его. - Диана, ведь так может пройти несколько дней, прежде чем я снова увижу вас.
Она взглянула на него внимательнее, и лукавая усмешка дрогнула в уголках её губ.
- По-моему, вы достаточно насмотрелись на меня в прошлый раз.
Маккой покраснел, как варёный рак, но умудрился напустить на себя совершенно невинный вид.
- Я же начальник медицинской службы. Это мой долг - тщательно наблюдать за персоналом.
Дайсон подавилась смешком.
- О, так вам уже хочется обратно в Звёздный Флот. Ну так послушайте, лейтенант-коммандер Маккой...
Что она собиралась сказать - осталось неизвестным, потому что дверь за её спиной открылась, и на пороге каморки появился Кирк.
- Уже иду, капитан, - Дайсон торопливо закрыла аптечку и подхватила её со стола.
- Я бы лучше помог... - Маккой двинулся следом за ней, но Кирк взял его за локоть - а хватка у капитана была железная.
- Нам надо кое-что обсудить в вашем кабинете, - сказал он.
Притихшая Дайсон быстро выскочила за дверь.
- Это не мой кабинет, - Маккой сердито вырвался, но Дайсон уже скрылась из виду.
- Хорошо, поставим вопрос иначе, - голос Кирка был угрожающе тих. - Вы пойдёте со мной в ту комнату, или мне придётся тащить вас за шиворот?
Маккой обернулся -  и то, что он увидел в лице капитана, превратило уже готовый сорваться с языка ответ в еле слышное "Да, сэр".
Он молча последовал за капитаном в кабинет главного хирурга. Кирк подождал, пока за ними закроется дверь, и отрывисто сказал:
- Вы должны оперировать Спока.
- Что? - от неожиданности Маккой чуть не рассмеялся. - Вы с ума сошли? Моих хирургических способностей не хватит, чтобы оперировать даже землянина, не говоря уже о вулканце. Я едва гожусь в ассистенты Кортехо...
- Это не так, - Слова Кирка прозвучали почти как мольба, и врач будто заново увидел его - не сурового и властного командира, но человека, доведённого до отчаяния страхом за друга и сознанием собственного бессилия. - У вас есть все необходимые умения, Маккой, - они в вашей памяти. Отыщите их. Используйте их.
Маккой покачал головой.
- Вы не понимаете, о чём просите меня, капитан.
- Мне всё равно, - яростно сказал Кирк. - Вы должны это сделать - как врач, как мой судовой хирург...
- Нет! - Маккой испуганно отшатнулся. - Я не могу резать живое существо. Я никогда не делал этого!
- Ты делал это сотни раз! Чёрт побери, Боунс, ведь Спок умирает!
Маккой насупился.
- Сколько можно повторять - я не ваш "Боунс". Я ничего не помню. Сожалею, но я не могу ему помочь.
- Не можете? - с горечью переспросил капитан. - Нет, я думаю, вы не хотите вспоминать. Вы рады забыть последние двадцать пять лет. Ваше прошлое пугает вас, потому что оно не было спокойным и предсказуемым, а было полно грязи, боли и разочарований. Вы всё ещё мальчик, который хочет, чтобы в его жизни не было ошибок - тяжёлых ошибок, непоправимых ошибок. Ведь признать свои ошибки означает встать лицом к лицу со своей слабостью...
- Хватит! - выдохнул Маккой.
- ...и обрести свою силу, - Голос Кирка стал сухим и жёстким. - Послушайте, Леонард Маккой. Может, вам и всё равно, что будет со Споком, но где-то в глубине вас есть человек, который был готов на всё, чтобы спасти жизнь своего друга, чтобы спасти любую жизнь - невзирая на трудности и не считаясь с личной ценой. Именно это качество сделало его лучшим медицинским офицером Звёздного Флота. Если в вас нет того же стремления, того же осознания ценности жизни, то вам никогда не быть таким врачом, каким был он. И никогда не быть таким человеком.
Кирк задержал взгляд на бледном лице доктора.
- Неужели вы так просто позволите Споку умереть?
Маккой вздрогнул и медленно покачал головой.
- Когда я в первый раз потерял пациента, - глухо сказал он, - я со злости пробил дыру в двери палаты. С меня вычли недельное жалование за ремонт. Другие врачи говорили мне, что я должен к этому привыкнуть... смириться.
- Вы перестали ломать двери, - сказал Кирк, - но вы никогда не мирились со смертью.
Маккой помолчал, глядя куда-то мимо капитана, в пустоту. Потом моргнул, будто стряхивая наваждение.
- Это лучшая эпитафия, о которой только может мечтать врач, - Он глубоко вздохнул и распрямил плечи. - Я ничего не могу обещать, капитан Кирк, - кроме того, что я попытаюсь.
Охватившее Кирка облегчение развеялось в следующую секунду, когда Маккой попросил:
- Только покажите мне дорогу в операционную.

Когда капитан ворвался на мостик, старшина нерешительно протянула ему электронный планшет. Жест был чисто символическим. Последние две недели Кирк с презрением отмахивался от всех документов; в результате у неё накопилось ошеломляющее количество неподписанных отчётов о повреждениях и ремонтных работах. К её удивлению, на этот раз он схватил планшетку, словно то был спасательный круг. Хмуря брови, он просмотрел отчёт и написал свои инициалы.
- Этот запрос поступил двенадцать дней назад, старшина, - неодобрительно отметил Кирк. - Почему я не получил его раньше?
Девушка растерянно молчала, но капитан и не ждал ответа.
- Принесите мне последние данные, - распорядился он. - Принесите мне всё, что у вас есть.
Он устроился в кресле и начал целенаправленную атаку на отчёты.

Когда Кортехо сделал первый надрез, Маккою потребовалась вся сила воли, чтобы не выбежать из операционной. Он с трудом подавил тошноту. Бледный, обливающийся потом, он смотрел, как Кортехо и сестра Чепэл подключают систему поддержки жизнедеятельности, протягивая провода и трубки к открытой грудной полости.
Во время обучения в Центральной клинике Атланты Маккой не без труда приучил себя подавлять естественный ужас при виде того, что выглядело как самое жестокое надругательство над живым телом. Работа на станции скорой помощи изобиловала тяжёлыми и кровавыми случаями, а действовать приходилось быстро; нерешительность была роскошью, которая могла стоить пациенту жизни.
Входя в эту комнату вслед за носилками Спока, он мысленно приготовился к тому, что ему предстояло увидеть, но не принял в расчёт инопланетную природу пациента. С первого взгляда самообладание Маккоя рассыпалось в прах. Здесь всё было неправильным, чужеродным: цвет, форма, расположение органов, даже запах крови - непривычно-горький, с привкусом медной окалины.
- Вас никто не заставляет смотреть, - ядовито заметил Кортехо. - Может, капитану Кирку спокойнее оттого, что вы находитесь в этой комнате, но не думайте, что я разрешу вам участвовать в операции.
Маккой глубоко вдохнул и сделал два шага к столу.
- Как врач, я рад возможности понаблюдать за новыми медицинскими процедурами.
Он заставил себя взглянуть вниз, сквозь голубое свечение стерилизующего поля. Там, внутри, всё текло и сочилось мутной зеленью, и Маккой сглотнул, осознав масштаб кровопотери, которая почти не оставляла шансов на благополучный исход.
- Я понимаю, насколько ограничены мои возможности, - сипло сказал он. - Я здесь для обучения, а не для практики.
- Это не учебный госпиталь...
- Система поддержки жизнедеятельности работает, - пробормотала Чепэл, включая управляющий модуль.
- ...так что не рассчитывайте на подробную лекцию, как в медицинской школе.
Руки хирурга погрузились в открытую рану. Чуткие пальцы ощупывали края тканей сквозь скопившуюся в грудной полости кровь. Нашли что-то, остановились...
- Осушите здесь.
Чепэл опустила в указанное место длинную гибкую трубку. Прозрачный шланг наполнился тёмно-зелёным, и через несколько секунд разорванная артерия показалась на свет. Кровотечение продолжалось, но теперь насос откачивал кровь быстрее, чем она прибывала. Молча, не дожидаясь приказа, медсестра наложила зажимы. Включив лазерный скальпель, Кортехо отсёк неровные концы сосуда и тут же соединил их лучевым сшивателем. Когда зажимы были сняты, артерия осталась целой. И всё же поток крови не иссякал.
Модуль поддержки жизнедеятельности издал тонкий писк, и Чепэл нахмурилась.
- Объём крови сократился до шестидесяти восьми процентов.
- Продолжайте переливание в прежнем темпе.
- Какую максимальную кровопотерю могут переносить вулканцы? - спросил Маккой.
- Теоретически, они могут пережить потерю ещё десяти процентов общего объёма крови.
- Но мистер Спок не вполне вулканец, - тихо, но твёрдо добавила Чепэл. Она обращалась к Маккою, но её слова были предназначены для Кортехо. - Он вряд ли выдержит больше семи-восьми процентов.
Кортехо не ответил, но медсестра знала, что он услышал и воспринял информацию. Не прекращая работать, хирург принялся рассуждать вслух:
- С учётом ожидаемой продолжительности операции, решающим фактором для нас является ограниченное количество крови для переливания. Увеличение скорости переливания в настоящий момент, при продолжающемся кровотечении, быстро истощит наши запасы. Кроме того, пока я не устраню основные источники кровотечения, дополнительный объём крови будет только затруднять мою работу.
Ловким, едва уловимым движением он сменил сшиватель на скальпель. Чем дольше Маккой следил за ним, тем больше поражался его мастерству. Руки Кортехо работали хладнокровно и точно, извлекая осколки, отсекая поражённые некрозом участки тканей, искусно соединяя края ран лучом сшивателя.
Хотя вид и назначение внутренних органов оставались для него непонятными, Маккой всё же мог разобрать сложную последовательность действий хирурга и оценить быстроту, с которой тот определял порядок обработки ран в зависимости от их тяжести, не теряя лишнего времени на раздумья.
Ещё один пронзительный сигнал привлёк внимание Маккоя к модулю поддержки жизнедеятельности и к двум пустым пакетам из-под крови, сложенным рядом.
- Объём крови упал до шестидесяти двух процентов, - мрачно объявила Чепэл.
- Готовьтесь увеличить темп переливания.
Кортехо говорил всё так же неторопливо, но его пальцы летали с удвоенной скоростью.
- Сложная операция - вызов для настоящего профессионала. Мне это всегда нравилось. Доктор Маккой, вам выпала счастливая возможность наблюдать как раз такой случай.

- Станция Вагнер вызывает "Энтерпрайз". Приём, "Энтерпрайз", - затрещал искажённый голос Ухуры из динамиков громкой связи, едва пробиваясь сквозь шум статики, наводимой ионным облаком. Несмотря на все усилия Палмер, связь оставалась очень слабой.
- Ухура, вы можете наладить визуальный контакт? - спросил Кирк. Вид пустого экрана над терминалом связи действовал ему на нервы.
- Простите, капитан, но видеопередатчик взорван вместе с третью стыковочного кольца. Я прокопалась несколько часов, чтобы восстановить хотя бы звуковой канал.
Кирк принял её слова с покорным вздохом, но его мучило подозрение, что пройдёт много времени, прежде чем он научится снова доверять радиоконтакту.
Он придвинулся поближе к терминалу, словно это могло улучшить качество связи.
- Что там у вас на станции?
- Всё чисто. Детёныши погибли вместе с Королевой, а выживших Воронов мы усыпили.
- Как это - усыпили? - воскликнул Кирк. - Они должны сидеть под замком! С круглосуточной охраной!
- Согласна, капитан, - ответил ему голос Дайсон. - Но скорее по медицинским показаниям, чем ради безопасности. После смерти Королевы "заимствованная" личность каждого Ворона стала доминировать над телом, что привело к тяжелейшим эмоциональным травмам. Большинство бывших жертв впали в истерику, и я накачала их снотворным, чтобы не допустить массовых самоубийств.
- Большинство?
- Один... человек, капитан Нейл. Похоже, ему всё равно, как он выглядит, если с его кораблём всё в порядке. Думаю, он может помочь остальным преодолеть шок, но сейчас у меня едва хватает сил держать их под контролем, пока я занимаюсь выжившими поселенцами. Мне не помешала бы помощь. Здесь по горло работы.
- За этим дело не станет, доктор Дайсон. "Лексингтон" прибудет к вам через три с небольшим часа.
- Давно пора.
- И я так думаю, - Кирк выдавил усталую улыбку.
- Капитан... - Дайсон заколебалась - или, может, были виноваты помехи. - Как там мистер Спок?
Улыбка сошла с лица Кирка.
- Пока не знаю. Кортехо и Маккой работают уже больше пяти часов.
Видимо, труды Ухуры по наладке передатчика пошли насмарку, потому что связь с Дайсон внезапно оборвалась.

- Это последний пакет Т-отрицательной, - Чепэл ловко подсоединила зелёный мешочек к модулю, так что поток крови, струящийся по трубкам, не прервался ни на секунду.
- Выделение через дренаж? - спросил Кортехо, бережно обследуя грудную полость в поисках ещё одного ранения, высвеченного на хирургическом мониторе.
- Сократилось до трёх процентов переливаемого объёма.
- И что означает этот факт, доктор Маккой? - Хирург осторожно прощупал кромку левого лёгкого, нашёл разрыв в мягкой губчатой ткани и тщательно обработал его реген-зондом. На диагностической панели погас ещё один сигнал.
- Состояние пациента улучшается, - ответил Маккой, наблюдая, как Кортехо управляется с зондом. Каждый жест был быстрым, чётким, выверенным до миллиметра. - Организм удерживает поступающую от переливания кровь, а это показывает, что внутреннее кровотечение под контролем.
Хирург кивнул.
- Ещё немного, и будем зашивать. Этого пакета едва хватит, чтобы восполнить объём крови до безопасного минимума, - Он отложил зонд и взял перезаряженный скальпель, который держал наготове Маккой. - Ещё только одно иссечение...
Кортехо нацелил кончик инструмента на почерневший участок ткани и провёл последний надрез тонким лазерным лучом. Вязкая оранжевая жидкость брызнула из-под скальпеля, и на диагностическом мониторе зажёгся новый огонёк. В первый раз за пять часов рука Кортехо дрогнула.
Маккой испуганно взглянул на Чепэл поверх стерильного поля.
- Сестра, вам не кажется...
- Я руковожу этой операцией, - отрезал Кортехо.
- Что это? Что случилось? - спросил Маккой, чувствуя тревожный холодок под ложечкой.
- Я не знаю, - Великий и ужасный Кортехо впервые выглядел растерянным. - У людей так не бывает...
Жидкость медленно сочилась из раны.
- Сшиватель, - потребовал хирург, откладывая скальпель.
Он прошёлся по разрезу соединительным лучом, но шов расползался под его пальцами, и тонкая оранжевая струйка продолжала течь.
- Жизненные показатели снижаются, - в голосе Чепэл звучало отчаяние. - Половина объёма крови израсходована.
Скрипнув зубами, Кортехо увеличил мощность луча и наложил шов заново, но это не помогло. Стрелки датчиков на диагностической панели неумолимо ползли вниз.
Маккой взглянул на руки Кортехо, беспомощно замершие над открытой раной, потом на монитор, где всё реже и реже вспыхивал индикатор пульса, - и с пугающей ясностью осознал, что всё было напрасно. Спок умирает.

Капитан уже с полчаса мерил шагами приёмную палату лазарета, когда врачи вышли из операционной. Первым шёл Кортехо, и при виде его мрачного лица у Кирка сжалось сердце. Не проронив ни слова, доктор прошествовал мимо и скрылся в кабинете.
Следом вышел Маккой и устало прислонился к стене. Не обращая внимания на шквал вопросов со стороны капитана, он поочерёдно стащил с рук хирургические перчатки. С невыносимой медлительностью расстегнул и снял халат. Потянулся, разминая затёкшую спину. И только потом сказал:
- Непосредственной опасности нет.
- Что это значит? - требовательно спросил Кирк, разрываясь между страхом и облегчением.
- Это значит, что Спок в неплохом состоянии, если не считать неизбежного послеоперационного шока, - Маккой потёр затылок. - Не организм, а чёртово лоскутное одеяло! Всё вперемешку - и вулканское, и человеческое, а некоторые фрагменты генома вообще взяты с потолка. Каждый раз, когда его доставляют сюда в разобранном виде, я диву даюсь, как мне удаётся собрать этого Шалтая-Болтая снова.
Лишь спустя секунду смысл этих слов дошёл до капитана.
- Боунс? - прошептал он. Потом сгрёб врача за плечи и встряхнул. - Боунс!
- Перестань, Джим, - Маккой раздражённо освободился. - Ничего более определённого сейчас сказать не могу. Имей хоть каплю уважения к усталому человеку. Я провёл в операционной чёрт знает сколько...
Он вдруг поморщился, как от острой боли.
- Что? - насторожился Кирк.
Маккой провёл ладонью по лицу и нахмурился в раздумье. Он смотрел на Кирка, и в его голубых глазах светилась растерянность, а складка между бровей становилась всё глубже и глубже.
- Как Спок был ранен, Джим? Он ведь не пострадал во время атаки... - Взгляд Маккоя сделался отсутствующим, словно он разговаривал сам с собой. - Ну да, он приходил в мою комнату, молол какую-то чепуху насчёт циклической памяти и резервных микросхем. Я как раз глотнул немного этого мерзкого пойла, "Красной Новой"...
- А потом? Что ты помнишь после этого? - допытывался Кирк.
- В операционной... - Маккой говорил с видимым усилием. - Повреждение печени... я уже думал, что мы потеряем Спока... Ты бы видел, какую художественную штопку мне пришлось проделать, чтобы соединить рассечённые ткани.
- И ты закончил операцию, - тихо сказал Кирк.
- Но зачем Кортехо взялся за это дело? - снова забеспокоился Маккой. - Он, конечно, хороший хирург, но у него не хватает опыта работы с вулканцами, чтобы проводить такие сложные операции...
Врач потряс головой, словно разгоняя туман перед глазами.
- Я даже не помню, как вернулся в лазарет... - На его лице вдруг отразился неподдельный ужас. - Джим, неужели... неужели я пришёл на операцию пьяным? Это непростительно, пусть даже...
Маккой запнулся на полуслове.
- Непростительно, - мрачно повторил он.
- Не переживай, Боунс, - Кирк произнёс это имя с нескрываемым удовольствием. - Ты не был пьян, просто... как бы гулял во сне.
Он поймал непонимающий взгляд Маккоя и счастливо улыбнулся.
- Я расскажу тебе всё от начала до конца за стаканом "Красной Новой". Выпьем за здоровье Спока. И помянем некоего Леонарда Маккоя, честного гражданина, который отдал жизнь во имя долга.

ЭПИЛОГ

- Боунс...
- Да, Джим? - рассеянно отозвался Маккой, просматривая длинный список требований на экране своего настольного компьютера. Рядом громоздилась внушительная стопка дискет. В качестве действующего начальника медслужбы Кортехо не уделял должного внимания рутинным обязанностям, сопровождавшим его временное повышение.
- Тебе никогда не приходила мысль о том, чтобы оставить службу? - спросил Кирк с деланной небрежностью, вертя в руках запечатанный бумажный свёрток, на котором было написано его имя.
Маккой удивлённо взглянул на него поверх экрана.
- Это такой прозрачный намёк на то, что твоему начальнику медслужбы пора в отставку?
- Нет, вовсе нет, - Кирк сломал печать и начал разворачивать бумагу. - Я просто подумал... может, тебе больше нравится идея о частной практике где-нибудь на Земле, в маленьком городке...
Маккой удивлённо улыбнулся.
- Но у меня уже есть практика, Джим, - здесь, на этом корабле и с этим экипажем. Кроме того, я хирург - чертовски хороший, между прочим, - а в провинции маловато работы для хирурга. Не говоря уже о том, что здешняя исследовательская лаборатория на голову превосходит все лаборатории Джорджии.
Кирк пожал плечами:
- Я просто хотел убедиться, - Он снял последний слой бумаги и замер в изумлении, глядя на то, что оказалось у него в руках. - Боунс!
Доктор широко ухмыльнулся.
- Я собирался подарить его раньше, но совсем забыл из-за всей этой суматохи.
Кирк поднял тиреллианский нож к свету, любуясь зеленоватыми и голубыми бликами на полированном металле.
- Так ты вернулся за ним, пока мы разговаривали с управляющим? - Он уставился на доктора с внезапным подозрением. - И во что он тебе обошёлся?
- Не твоё дело, - твёрдо сказал Маккой. И добавил себе под нос: - Я слуплю со Спока всё, что переплатил.
Нож сверкающим веретеном взвился в воздух, завис на миг в верхней точке полёта и упал вниз. Рукоять легла в ладонь Кирка, как влитая.
- Смотри, не порежься, - буркнул Маккой, подсчитывая в уме количество незаконченных дел, которые ему ещё предстояло сделать. - У меня и без того работы по горло.
- Да, кстати! Тебе полагается медаль за неуклюжесть, не забыл? Производственная травма по причине собственной рассеянности.
- Так я и знал! - опечалился Маккой. - Ты будешь попрекать меня этим до конца моих дней.
- Подожди, вот Спок встанет  на ноги и возьмётся за тебя как следует, - рассмеялся капитан.
Маккой вздрогнул. Вулканец умел быть на редкость язвительным, когда предоставлялся удобный случай.
Кирк бережно завернул старинный клинок в бумагу и взял под мышку.
- Когда закончишь с делами, забегай ко мне.
- Жди меня через месяц, - вздохнул Маккой, с тоской глядя ему вслед.
Через несколько секунд дверь снова открылась перед Кристиной Чепэл с очередной кучей дискет в руках. Не обращая внимания на протестующее бурчание Маккоя, она стала выкладывать их на стол, сопровождая каждую пояснением:
- Журнал дежурств. Краткая сводка проведённых операций. Журнал регистрации амбулаторных больных. Последняя сводка по реанимации...
- Кортехо вообще хоть чем-нибудь занимался? - вырвалось у Маккоя при виде неумолимо растущей стопки.
Чепэл выразительно хмыкнула и принялась выстраивать вторую стопку:
- Журнал выписки пациентов. Обзор заболеваний, часть первая. Обзор заболеваний, часть вторая. Здесь есть и ваш случай.
Она протянула ему дискету и продолжала:
- Обзор заболеваний, часть третья. Перечень сырья и принадлежностей для медицинских лабораторий. Журнал учёта медицинского оборудования, - Последняя дискета легла на место с торжествующим щелчком, возвещая конец мучений. - С возвращением, доктор Маккой.
- Лучше бы я никуда не уходил, - Он посмотрел на дискету, которую держал в руке. - Кстати, насчёт амнезии: куда запропастилась доктор Дайсон? Я целое утро пытался её найти.
- Э... где-то в исследовательской секции, - неопределённо пробормотала Чепэл. - Она работала с Фрейзером над последним отчётом по изучению Воронов.
- Стоило на две недели отлучиться, и всё полетело к чертям, - Маккой раздражённо воткнул дискету в терминал. - Спок переманил половину моего персонала к себе в научный отдел, Гонзало испортил целую партию стокалина...
Когда он поднял голову, Чепэл уже была у двери.
- Найдите Дайсон и пришлите её сюда, - крикнул он вслед медсестре.
Спустя примерно два часа дверной звонок сообщил о приходе посетителя.
- Войдите, - машинально откликнулся Маккой.
Молодая женщина в синей тунике остановилась на пороге.
- Вы хотели меня видеть, сэр?
Маккой жестом пригласил её в кабинет, но глаза его по-прежнему были устремлены на монитор.
- Неудивительно, что Гонзало запорол весь цикл синтеза... Подумать только, он расписался вместо Тахири в журнале дежурств. Хорошо, что этот парень служит в Звёздном Флоте: подделка документов - явно не его специальность, - Он выключил экран и перевёл взгляд на невролога. - Садитесь, доктор Дайсон.
- Спасибо, - сказала она, не двигаясь с места, - но у меня не слишком много времени, сэр.
Маккой поднял бровь при виде такого рвения.
- Мистер Спок пробудет в лазарете ещё несколько дней. На вашем месте я бы воспользовался этой передышкой и отдохнул немного.
- Да, сэр. 
- Это было не предложение, а приказ, - сказал он с напускной суровостью. - Я не Кортехо, со мной шутки плохи.
Наградой ему была несмелая улыбка. Если бы только она поменьше нервничала...
- Сестра Чепэл рассказала, что вы очень помогли мне во время моего "внепланового отпуска". К сожалению, я не могу поблагодарить вас за что-то конкретное...
- Всё в порядке, доктор Маккой. Вы были очень интересным случаем, - Слабая улыбка снова промелькнула на её лице. - Вам повезло, что я не написала о вас статью в медицинский журнал.
Он печально улыбнулся.
- Такое ощущение, будто я всю ночь шатался по ресторанам и только сейчас проснулся. Как говорится - раз ты ничего не помнишь, значит, вечер удался, - Он запнулся и смущённо добавил: - Если я и успел натворить глупостей, никто мне об этом не скажет.
Она пожала плечами.
- Ваш южный акцент немного усилился, но по большей части вы были погружены в учёбу - как раз успели окончить третий курс медицинского училища.
- Боже правый, - простонал Маккой. - Мой первый отпуск за все эти годы - и я провёл его, страдая над учебниками. Какая бездарная трата свободного времени!
Дайсон украдкой покосилась на дверь.
- Прошу прощения, доктор Маккой, но у меня много дел...
- Хорошо, Дайсон. Вы свободны.
- Спасибо, сэр.
Она повернулась и стремительно вышла.
Маккой задумчиво проводил её взглядом. Опыта пока маловато, но у девочки хорошие задатки. Пожалуй, из неё выйдет толк.
Он улыбнулся про себя и снова углубился в работу.